Буран, Тайга и Асмодей. Пора домой - Денис Чистяков

мир вокруг как на игру. Возможно, если мы все еще в игре, то герцог предлагает нам альтернативное решение и пренебрегать им будет глупо. С другой стороны, я дико устал от чехарды с Санрайз и бесконечных приключений. Я шел к Разлому, надеясь поставить точку в этой истории, хорошей или плохой, не важно… Вернуться домой в унылый, но знакомый мир, быть может, на какое-то мгновение, увидев Санрайз рядом с собой, а не в отражении. Я все еще наивно думал, что у Разлома мы разделимся, и я успею встретиться с ней взглядами, хотя все могло произойти совсем не так, как я себе представлял. Возможно, просто в какой-то момент Санрайз перестанет существовать, или я очнусь дома, и на этом приключения закончатся…

– Я не знаю, Рыжик, – Честно выдохнул я.

– Если мы Всадники, – Подал голос Дарлис, – То нам самое место в Разломе.

Рыжик нахмурился, явно опасаясь, что это правда.

– И возможно именно мы, с армией или без, можем этот Разлом закрыть, – Добавил Игорь.

– Но лучше все-таки с армией, – Посмотрел на меня Рыжик.

С этим сложно было спорить, и я не стал, ответив лишь:

– Будем надеяться, что Скират стоит и Нартагойн все еще жив.

Подумав, я мрачно добавил:

– Возможно, другой попытки закрыть Разлом у нас уже не будет.

На лицо Рыжика упала тень, но возразить он не смог и только кивнул:

– Надеюсь, другой попытки и не потребуется.

На этом наш разговор закончился. Рыжик ушел в свой угол и принялся за сочинение бестиария, а Дарлис снова уставился в огонь, жадно пожирающий остатки древней мебели. Все остальные либо спали, либо дремали. Я смотрел на лист пергамента в руках, крутил в руке стилус, но не мог собраться с мыслями. Мне хотелось побыть одному, а здесь, среди гвардейцев, я словно стоял на сцене.

– Пойду, освежусь, – Тихо бросил я Дарлису.

– Могу с тобой пройтись, – Тут же отозвался Игорь.

Я покачал головой, красноречиво предъявив ему пергамент. Он догадался, что в компании я не нуждаюсь и любезно предложив звать на помощь, в случае необходимости, стал укладываться.

Кое-как пробравшись мимо дремавших гвардейцев, я добрался до двери и прислушался. Ливень вроде бы затих. Оглянувшись, я убедился, что меня никто задерживать не собирается, и тихо выглянул за дверь. Тучи разбежались, оставив над нами черное небо с мутными блестками звезд. С пергаментом в руке, я вышел из башни, приглядываясь к силуэтам часовых на стене. Двор был мрачен, полон теней, но после всех наших приключений тени меня не пугали. Хотя если я планировал писать письмо Санрайз, свет бы мне не помешал. Я добрался до колодца в центре двора, бросил взгляд на гвардейцев, караулящих ворота. Все так же сжимая в руке пишущие принадлежности, уставился в наполненный до краев колодец. Внезапно посветлело, над моим отражением в воде появилась луна, отогнав от себя маленькую потерявшуюся тучку. Я давно не видел Санрайз в отражении, ее невероятно притягательные синие глаза на изысканно утонченном, будто фарфоровом лице, обрамленном влажными темными слегка вьющимися волосами. Полные ровно на столько, насколько необходимо карминовые губы, которые сейчас в сумраке виделись почти черными. Она казалась мне безупречной. Лишь один изъян таился в ответном взгляде отражения и этим изъяном был я. Мне хотелось узнать, как отличается взгляд Санрайз от моего, как эти глаза смотрят на Андрея, Пикселя, на остальных. Как Санрайз выглядит, когда рядом нет никого, кто мог бы субъективно описать мне ее…

– Собой любуешься? – Раздался голос у меня за спиной, от которого я едва не подскочил.

– Что?! – Я оглянулся, бросив злой взгляд на Веронику, – Нет! Иди ты к черту!

– Ого, какая бурная реакция! Как будто я тебя за чем-то срамным застала.

Вероника подошла к колодцу и оперлась на него, заставив меня отступить подальше.

– Наверно грустно, когда хочется подр…ть на любимую, а в штанах пусто.

– Да пошла ты!

Я гневно ткнул пальцем в наглую физиономию Копипасты, решив, что достаточно освежился и лучше вернусь в башню.

– Постой! Я могу научить тебя обращаться с тем, что у нее между ног.

Предательское тело на каком-то подсознательном уровне тут же вспомнило ощущения пальцев Вероники там, где им не полагалось быть:

– Нет спасибо! Лучше сама развлекись, если охота.

– Охота, – Неожиданно призналась Вероника, – Поэтому я здесь.

Я посмотрел на нее и покачал головой:

– Извини, но я тебя развлекать не планирую.

– Жаль, – Вероника уселась на край колодца, будто призывая меня спихнуть ее туда. Я даже пожалел, что в этом колодце не обитает жуткая девочка из японского хоррора. Хотя, кто его знает…

– Тогда мне придется найти другой способ развлечься.

Я догадывался, какой именно и, закусив губу, пытался решить, стоит ли и дальше держаться за свой секрет или плюнуть и уйти?

– Тогда удачи тебе, – Наконец выдохнул я и развернулся к двери в башню.

– Эх, я думала, ты ее любишь.

Я не повелся на провокацию и упрямо шел к двери.

– Тебя не беспокоит, что Слидгарт узнает о твоей двойственной природе?

Я замер и очень медленно повернулся к Веронике, которая теперь стояла возле колодца в очень откровенной позе:

– Причем здесь Слидгарт?

Девушка пожала плечами:

– Просто подумала, что ему будет интересно узнать о «иной душе», про которую говорил Амерон, и которая явно застряла в теле Санрайз.

Вероника сделала ко мне пару шагов и, поджав губы, предположила:

– Санрайз наверно придется не просто, если герцог решит, что она та самая Тайга.

– С чего ему тебе верить? – Повел плечом я, ощущая, как петля на моей шее затягивается.

Я не боялся, что Вероника выдаст меня, но я не хотел, чтобы последствия затронули Санрайз, а стерва явно постарается, чтобы усложнить ей жизнь, да еще и меня выставит виноватым!

– Может и не поверит, – Ответила Вероника, подобравшись еще ближе, – Но уж точно в покое не оставит.

– Ты хочешь, чтобы она снова отослала герцога с гвардией куда подальше? Или что бы я это сделал?

Вероника улыбнулась, вскинув бровь и подобравшись почти вплотную ко мне:

– Я хочу узнать, как далеко ты готов зайти, чтобы сохранить свою тайну.

Мне бы тоже этого хотелось, но я не мог ответить даже себе. Мне казалось, что я смирился с