Сочинения. Том 2 - Гален Клавдий

ζώου τὰ συµπτώµατα. πολλαχῇ γὰρ ἀλλήλοις οὕτως ἔοικεν, ὡς καὶ τὸ σύµπτωµα ἔργον νοµίζεσθαι καὶ τοὖργον σύµπτωµα. καὶ εἰ µή τις ἔχει τι κᾀν τούτῳ κριτήριον ὑγιὲς, ἐξ ὧν ἂν αὐτὸς σφάλληται συκοφαντήσει τὸν λόγον. εἰ γὰρ δὴ τῶν κατὰ φύσιν ἐκκρίσεων, οὕτω δὲ καλοῦσι τὰς ἐπὶ τῶν ὑγιαινόντων γιγνοµένας, ἤτοι τὸ ποσὸν, ἢ καὶ τὸ ποιὸν, ἢ καὶ τὸ γένος αὐτὸ τῆς οὐσίας ὑποθέµενός τις σκοπὸν, ἔπειτα πρὸς τοῦτ’ ἀποβλέπων κρίνοι τὰ συµπτώµατα, σφαλήσεται πολλαχόθι. πολλαπλάσιος γὰρ ἱδρὼς ἐνίοτε τοῦ κατὰ φύσιν, ἢ γαστρὸς διαχώρησις, ἢ οὖρα τοῖς ἀῤῥωστοῦσι γίνεται, µὴ ὅτι βεβλαµµένης ἐνεργείας τινὸς, ἀλλὰ καὶ µετὰ ῥώµης καὶ προνοίας τοῦ ζώου γιγνοµένης. ἔνια µέν γε καὶ ὅλῳ τῷ γένει παρὰ φύσιν ὑπάρχο-ντα, καθάπερ αἱµοῤῥαγίαι διὰ τῶν ῥινῶν, ἢ ἔµετος, ἢ αἵµατος ὑποχώρησις, ἢ αἱµοῤῥοῒς, ἤ τι τοιοῦτον ἕτερον, ὅµως οὐδέπω παρὰ φύσιν ἐστὶν, ἂν ἐν καιρῷ γίνηται. τὸ δ’ ἐν καιρῷ δῆλον ὅτι τοῦτ’ ἔστιν, ἂν τὸ λυποῦν ἐκκαθαίρηται. µενούσης οὖν τῆς ὁµολογίας, ἣν ἐξ ἀρχῆς ὡµολογήσαµεν, ὡς αἱ τῶν ἐνεργειῶν βλάβαι συµπτώµαθ’ ὑπάρχουσιν, οὐδὲν τῶν ἐπ’ ὠφελείᾳ γινοµένων ἐκ τούτου τοῦ γένους ἐστὶ τῶν συµπτωµάτων. ἔργον γὰρ φύσεως ἕκαστον αὐτῶν µᾶλλον ἢ βλάβη τις ὑπάρχει. ἀλλ’ ἴσως τις ὑπάξει θατέρῳ γένει τῶν συµπτωµάτων, τῷ τῆς παρὰ φύσιν διαθέσεως, ἅπαντα τὰ τοιαῦτα. τὸ γὰρ ὅλως διῃρῆσθαί τινα φλέβα καθ’ ὁτιοῦν µόριον τοῦ σώµατος, ἢ ἀνεστοµῶσθαι µέχρι τοῦ προχεῖν ἃ πρότερον ἔστεγεν, οὐ κατὰ φύσιν εἶναι διάθεσιν. καί τοι κᾀνταῦθα τὴν διάῤῥοιαν τῆς γαστρὸς, ἢ τὸ τῶν οὔρων πλῆθος οὐκ ἂν ἔχοι δεικνύναι πάντως ἑπόµενα ταῖς παρὰ φύσιν διαθέσεσιν. αἱµοῤῥαγίας µὲν γὰρ καὶ ἐµέτους ὅλῳ τῷ γένει φησί τις παρὰ φύσιν ὑπάρχειν, οὔτε δὲ ἡ διὰ γαστρὸς, οὔτε ἡ διὰ κύστεως, οὔτε ἡ διὰ µήτρας ἔκκρισις ὅλῳ τῷ γένει παρὰ φύσιν. ἴσως δ’ ἀµφισβητήσει τις καὶ περὶ τῶν ἱδρώτων, ὡς οὐδ’ αὐτῶν ὄντων κατὰ φύσιν. καὶ γὰρ οὖν καὶ ὁ Διοκλῆς ἱκανῶς ἐπεχείρησεν εἰς τοῦτο. πάνυ δ’ εἶναι τραχὺ δοκεῖ τόδε τὸ δόγµα καὶ παρὰ τὴν ἐνάργειαν, εἰ καὶ ὅτι µάλιστα πιθανῶς κατασκευάζηται. περὶ µὲν δὴ τῶν τοιούτων ἴσως ἄν ποτε καὶ αὖθις εἰπεῖν ἂν γένοιτο ἡµῖν· παντάπασι γὰρ ὀλίγα διαµφισβητεῖται περὶ δὲ τοῦ παντὸς πλήθους τῶν ἄλλων συµπτωµάτων ἱκανῶς ἐπιδέδεικται, καὶ χρὴ καταπαύειν ἤδη καὶ τόδε τὸ γράµµα. καὶ γὰρ δὴ καὶ γεγυµνασµένος τις ἐν τοῖς ὁµολογουµένοις ῥᾷον ἂν ἀκολουθήσειε τῇ τῶν ἀµφισβητουµένων κρίσει.

О разновидностях симптомов[212]

1. В предыдущих сочинениях[213] были описаны все простые и сложные болезни, каждый их вид и количество в соответствии с их разделением на роды и виды, а также все возможные причины их возникновения. Теперь же, чтобы полностью исследовать все неестественные состояния [организма], остается изучить симптомы [болезней]. Любое состояние организма, отличающееся от естественного, является болезнью, ее причиной или симптомом заболевания, которые некоторые врачи называют «побочным явлением» (ἐπιγέννηµα). Но этот термин эллинские [врачи] используют нечасто, они обычно называют подобные явления «симптомами», «негативными воздействиями» (πάθηµα) либо «страданием» (πάθος). Эти названия означают не совсем одно и то же, но соотносятся друг с другом так, как я покажу далее, анализируя их единообразно и последовательно и сопоставляя друг с другом. Итак, болезнью называется некое неестественное устройство (κατασκευή), которое само по себе повреждает функции [организма]. Ясно, что когда мы говорим о неестественном состоянии (διάθεσις) [организма], которое наносит вред его функциям, то мы имеем в виду то же самое. Так как каждое существующее явление находится в каком-либо «состоянии», то оно может быть здоровым, больным либо представлять собой ни то, ни другое[214]. Существительное же «состояние» (διάθεσις) в каком-то смысле произошло от глагола «находиться в каком-либо положении» (διάκειµαι), и в этом значении оно использовалось не только древними философами, но и другими эллинами. Поэтому «состояние» — это понятие, общее для всех, обозначающее их здоровое, больное или промежуточное положение. Таким же образом эллины говорят о положении песни, гармонии, рассуждения или выражения. Болезнь же есть противоположность (ἐναντίον) здоровью.

И от того, и от другого отличается то, что называется «страданием» (πάθος) или «негативным воздействием» (πάθηµα). Платон также различал [эти два термина], когда говорил, что все, что переносит кто-либо, подвергаясь (πάσχῃ) внешнему воздействию, следует называть страданием. Я считаю, что именно поэтому Платон называет воздействие на органы чувств страданием[215], имеет ли это отношение к зрению, воспринимающему белый, черный, желтый и другие цвета, или к ощущениям, будь то жара, холод, сухость, влажность, твердость, мягкость и тому подобное. Это же относится к каждому из других видов чувственного восприятия. Кроме того, он называет воздействием и удовольствие, и в целом для него воздействие есть любое движение, которое происходит в одной вещи из-за действия другой[216]. Движение действующего есть действие, в то время как воздействие или страдание (πάθος) есть движение того, что подвергается воздействию. В целом «подвергаться воздействию» (διατίθεσθαι) есть то же, что «страдать» (πάσχειν). Воздействие создает движение и изменяет [прежнее] состояние таким образом, когда производящее изменение прекращает действовать, то, что сохранилось от воздействия, для претерпевшего воздействие есть состояние (διάθεσις) предмета, претерпевшего воздействие. Итак, страдание (πάθος) есть действие, движение, превращение и изменение, а состояние (διάθεσις) есть то, что осталось и сохранилось в претерпевшем воздействие теле.

Сейчас же эллины называют оставшееся состояние [тела после воздействия] страданием. Точно так же они называют причиной [заболевания] то, что уже вызвало его, а не то, что вызывает его сейчас. Однако ни это нельзя назвать причиной в точном смысле, ни оставшееся состояние нельзя назвать страданием в точном смысле. Ведь, строго говоря, это состояние является прошедшим, но уже не присутствующим страданием (πάθος). То, что для эллинов было обычным делом называть эти вещи данным образом, показано в сочинении, посвященном медицинским терминам. Нам необходимо помнить, что мы постоянно говорили о терминах с той лишь целью, чтобы как можно быстрее согласовать их друг с другом, решить все вопросы, связанные с их использованием, и больше не тратить на них время. Большинство же из тех, кто думает иначе, растрачивают свою жизнь в полемике по поводу значения имен и тем самым оказываются не в состоянии достичь совершенства в своем деле. Как же тогда должен поступить тот, для кого истина важнее? Надо разграничить те понятия, которые сходны по природе своей и поэтому по невниманию смешиваются, и дать им имена, по возможности используя те, которые наиболее употребляемы среди эллинов. Если же такие имена