Говорящие с... - Мария Барышева

   - Потому что левая баба может сделать так... - Эша потянула пакетик с шариками из кармана, и Зюзя отчаянно замотал головой. Она с трудом сдержала смешок, мыс-ленно проговаривая услышанную фамилию. Карташов, Карташов... распространен-ная фамилия, но не в этом дело. Где-то она уже встречала эту фамилию... совсем не-давно... и это было очень важно. Но где? В любом случае, результат один - Зюзя ни-как не тянет ни на Говорящего, ни на пособника Говорящего, и все ее действия ни к чему ни привели.

   - Ладно, - Шталь встала, - ваши внутренние трения меня не касаются. Только ска-жи, какие еще странные колтаковские неприятности списать на тебя, чтобы я не за-бивала себе голову и свой третий глаз.

   - Только паук, - Зюзя снова закашлялся. - Я больше ничего не делал!

   - В таком случае, думаю, мы сохраним наши маленькие секреты в тайне - я твою паучью шалость... - Эша застыла, потом, ругнувшись, начала рыться в своей сумке одной рукой, вторую вытянув ладонью вперед и повелев: - Не вставать!

   - Да я сижу, - удивленно пробормотал он, опасливо глянув на ладонь. Эша выта-щила записную книжку, торопливо пролистала ее, после чего сменила угрожающую ладонь на угрожающий указательный палец.

   - Роман Васильевич Карташов... одна из крупнейших саратовских фирм, зани-мающихся грузоперевозками... он что - умер?!

   - Ну да, Ромка... ну да, умер... а что такое?

   - Когда он умер?

   - Я ж сказал - недавно! Ну, кажется... недели две назад, не раньше.

   - А что случилось?

   - Горло ему перерезали, вот что случилось!

   - Это плохо...

   - Ну так, я думаю - плохо!.. А Ромке - хуже всех! Странно - с его-то охраной...

   - Раз ты помощник Влада, то наверняка хорошо осведомлен о его делах.

   Зюзя угрюмо заметил, что нет такого человека, который хорошо осведомлен о де-лах Колтакова. За время разговора, сидя на полу, он успел слегка отдохнуть, его глаза стали проясняться, и Эша уловила, что от испуга и ошеломленности Зюзя начинает переходить в фазу удивления тем фактом, что он, человек мощных габаритов и с бо-гатым жизненным опытом, слушается какую-то девчонку и даже откровенничает с ней на серьезные темы. Нетрудно было предположить, что последует за этой фазой, и Шталь поняла, что пора сворачиваться.

   - Я тебе назову несколько имен и фамилий, а ты скажешь - знаешь ли кого-нибудь из них. Просто скажешь - это совершенно все.

   Зюзя пожал плечами, потом кивнул, и Эша прочитала данные жертв предполагае-мых Говорящих-предполагаемых вымогателей - и живых, и покойных, которые она переписала из бумаг Ейщаров. Зюзя старательно выслушал, утирая мокрое от пота лицо.

   - Последние трое, - буркнул он. - Мы вели с ними дела в разное время... ну и по-том иногда пересекались. Деловая дружба, так сказать... А в чем дело?

   - Именно последние трое? - переспросила Эша почти жалобно. - Санаев, Гильман и Мусиенко . И плюс Карташов. Так, хорошо... вернее, совсем нехорошо. Здесь есть компьютер, Интернет, телефон...

   - Там, - озадаченно сообщил Зюзя, вытягивая руку в направлении одной из ком-нат. - А в чем де...

   - Там, так пошли, чего ты расселся?! Вставай, вставай, - подскочив, Эша суетливо начала его подталкивать, и Зюзя, окончательно растерявшись, покорно поднялся.

   - Слушай... я конечно, понимаю, что ты эта... с магическими заскоками... но есть же предел всякой...

   - Ты их знаешь... значит, можешь с ними связаться?! У тебя же есть какие-то кон-такты? Позвони им...

   - Контакты есть, но с ними чаще Влад общался, не я... Что я им скажу?

   - Да что угодно! Спроси, как здоровье, как дела...

   - Да они меня могут послать...

   - Неважно, главное убедись, что они... в общем, что они еще есть.

   - Ты такая же шизанутая, как и Влад... - начал было Зюзя, но тут Шталь выхвати-ла пакетик с шариками, и Зюзя, сделав ладонями отталкивающий жест, устремился в комнату. Эша встала в дверном проеме и, привалившись к косяку, принялась ждать, подбрасывая пакетик на ладони. Шарики стукались друг о друга, и заплывший глу-бокими складками затылок Зюзи нервно подергивался в такт этому стуку.

   Через некоторое время он повернулся, вяло ткнул пальцем в кнопку, отключая спикер, потом уронил телефон на стол и, сжав ладонями виски, уставился на Эшу.

   - Мы не знали... - пробормотал он. - Никто не знал... Нам не сообщили. Ну, ты сама все слышала. Откуда ты... что происходит вообще?

   - Я не знаю, что происходит, - Эша швырнула книжку обратно в сумку, - но знаю точно две вещи: во-первых, что бы в этот раз не затеялось против твоего босса, его точно шлепнут! А во-вторых, я бы на твоем месте взяла больничный.

   Зюзя отпустил свою голову, как-то тоскливо посмотрел в окно и сказал:

   - Так и сделаю.

  * * *

   - Я не детектив, - жалобно сказала Шталь шоколадному батончику, стремительно таявшему в ее пальцах под жарким солнцем, после чего откусила приличный кусок от своего собеседника и запила нагревшейся минералкой. - Совершенно не детектив. И не ведьма. Я - журналистка. Э-э... хмм, - она откусила еще кусок, - ладно, я не-важная журналистка. Я писала о подъездных дверях, пьяных гимнастках и домах с привидениями. Может это и было глупо, но это было мило. И безопасно.

   Она проводила мрачным взглядом изукрашенного ленточками печального и пыльного пони, который неторопливо нес на спине повизгивающего от удовольствия ребенка, и, отмахнувшись от бабочки, поправила свою широкополую ажурную шля-пу. Какая-то женщина, шедшая мимо, авторитетным тоном сделала ей замечание:

   - Что ж вы, девушка, свой телефон на скамейку просто так бросили, - она указала на валяющийся на досках сотовый, из которого доносились резкие громкие звуки. - Стянут ведь - не заметите!

   - Не мешайте мне - я разговариваю со своим начальником, - буркнула Эша. Жен-щина пожала плечами и ушла, а Шталь, нарисовав в своем блокноте несколько зако-рючек, прикончила шоколадку, подтянула к себе телефон и, набрав в рот минералки, запрокинула голову и прополоскала горло, постаравшись, чтобы трубка была макси-мально приближена ко рту. В трубке на мгновение наступила тишина, а потом раз-дался резкий сухой хлопок, и Эша испуганно прижала трубку к уху.

   - Олег Георгич, что это?! Олег Георгич, вас застрелили?!

   - Если вы что-то слышите, это не значит, что произошло именно то, на что вы на-деетесь, - наставительно сказал Ейщаров. - Я слышал бульканье, и мог бы с трепетом в душе предположить, что кто-то наконец вас утопил. Но я же не спрашиваю об этом прямо в лоб, потому что это невежливо.

   - Я не всегда понимаю ваших иносказаний...

   - Это не было иносказанием - ни сейчас, ни тогда, когда я давал вам задание! Я велел вам постоянно находиться возле Колтакова! А вы что сделали?!