Нейтралы - Роман Г. Артемьев

здания; пропадают без следа ключевые сотрудники; в иностранной прессе по отношению к Британии господствует тотально негативный тон. В страну валом валят наёмники со всего мира, причем даже сами они не всегда готовы сказать, на чьей стороне планируют сражаться. И планируют ли вообще – может, просто пограбить приехали.

Вот примерно в такой обстановке мы поехали в Хогвартс. Под «мы» я понимаю нашу старую компанию, отправлять кого-либо ещё в школу леди отказалась. Остальные главы кланов поступили так же. А вот те, кто жил ближе к центрам цивилизации, не в диких землях, предпочли подчиниться.

- Что-то народу многовато, и все с сундуками, - отметил Артур, стоя на платформе. – Причем лица незнакомые. На провожающих не похожи.

- Зачем гадать? Вон хаффы стоят, у них спросим.

Барсуки чрезвычайно информированы, в первую очередь потому, что среди своих активно делятся сплетнями. Тайны они хранить умеют, но только всем факультетом.

- Переведенные ученики из других школ, - ответил Фрай. – Про указ об обязательной учебе слышали? Ну вот. Всех, кто раньше находился на домашнем обучении, гребут в остальные школы, а к нам переводят лучших из них.

Новичков – туда, лучших – в Хогвартс. Хммм…

- Концепция в принципе кажется разумной, - заметил Артур. – Деньги на поступление в Хог есть не у всех. В чем-то даже несправедливо получается – простецовы дети учатся в элитной школе, и неважно, насколько они тупые, а бедные талантливые чистокровки вынуждены ходить в школы попроще. Только они ведь, кажется, пятилетние?

- Кроме колледжа при Мунго, он на восемь лет рассчитан. Меня больше волнует, за чей счет банкет.

- Раз идея Министерства, то оно и платит, - нахмурился друг.

- А если нет? У них в финансах полный раздрай. Скинули новичков на баланс Хогвартса, и крутитесь, как хотите. Возможности возразить у деканов нет, особенно учитывая, кто сейчас директором. Тогда начнут резать расходы.

- Я всё-таки думаю, до такого не дошло.

Особой уверенности в голосе Артура не чувствовалось. Всякое может быть.

- Чем это нам грозит? – спросил Фрай.

- Еда станет похуже, учебных пособий и дополнительных занятий меньше, - объяснил я. – Но ты подожди паниковать, мы пока точно ничего не знаем. В вашем Доме есть ученики, чьи родители работают в отделе магического образования? Из наших-то нет никого.

- Сходу не припомню, - потер подбородок Фрай. – Вроде бы, нет.

Остальные хаффы, стоявшие рядышком, но в разговор не вмешивавшиеся, тоже отрицательно помотали головами. Жаль, можно было бы поспрашивать.

Ощутив слабенькое дуновение знакомой магии, я обернулся. Уроки тетушки Сары не прошли даром, чувствительность повысилась, здорово изменив восприятие. Мир, на какую-то часть, стал другим, открылся новыми гранями. Очень необычное ощущение, полезное, но иногда доставляющее неудобство, особенно при нахождении в толпе.

- Привет, - подошедшая Мораг поцеловала меня в щеку, приподнявшись на носочки.

Затем обернулась, посмотрела назад, на четырех парней, буравивших меня нехорошими взглядами, и быстро поцеловала ещё раз. В губы. Барсучихи вокруг дружно захихикали.

- Не то, чтобы я был против, но с чего бы?

- Кое-кто, - Мораг выразительно повела бровью, - подумывает отдать меня в монастырь. Или в иное заведение со схожими нравами. Весь мозг продолбили своими нравоучениями.

- Хочешь, я попробую с ними пообщаться, успокоить чуток?

- Если ты с ними сейчас пообщаешься, дело закончится мордобоем, - честно сказать, я считал так же, и предложил для галочки. – Не подходи к ним, я сама.

С родственниками Мораг я встречался на каникулах, пересекались несколько раз в гостях и в Лондоне. Старшие воспринимали меня нормально, пусть и без особой радости, со сверстниками вышло нехорошо. Зато теперь они точно знают, что парень их сестренки – не трус и не слабак!

Пока друзья прощались с родными, я прошелся по перрону, здороваясь, кивая направо-налево. Мои сегодня не пришли, как, впрочем, и родители некоторых других старшекурсников. В первую очередь властям стараются не мозолить глаза те, кто имеет основания опасаться нового режима. Не видно старших Уизли, из Боунсов на перроне только Сьюзан, окруженная плотной стайкой желто-черных, Малкольм Джонс в одиночку стоит в сторонке, бросая тяжелые взгляды на авроров. Последних значительно больше обычного, примерно столько же, сколько и в прошлом году – но отношение к ним другое. Меньше уважения, больше страха.

Кеннер занят на работе, у деда тоже дела, а маму с Илоной мы не пустили. Не сегодня. Пусть с мелким сидят. Потом, когда спокойнее станет, и с коллегами по Гильдии пообщаются, и на Ксенофилиуса Лавгуда в белоснежной мантии издалека полюбуются. Он на станции, похоже, единственный, кто имеет полностью безмятежный вид – стоит, слушает поток сознания Полумны, с мягкой улыбкой поглядывает на тех, кто осмеливается подойти слишком близко. Маги почему-то ежатся и сразу ищут другое место.

Поклонился ему издалека, и сразу наткнулся на Симуса Финнигана.

- Да, мы с ним созвонились, - разумеется, в завязавшемся разговоре сразу всплыла тема Дина Томаса. – Спасибо, что помог ему.

- Без обид, но организованность никогда не была сильной стороной Гриффиндора, так что я засомневался. У вас получилось?

Говорить вслух о нашей маленькой афере не хотелось. Я точно знал, что никто из принадлежащих к Рейвенкло простецовых детей не приехал; не видел магглорожденных среди барсуков. А вот насчет гриффов у меня уверенности не было, эти могли явиться в Хогвартс из чувства протеста.

- Что? А, понял. Слушай, не знаю, - он покрутил головой, оглядываясь по сторонам. – Вроде из магглорожденных не видел никого. После обхода точно скажу.

- После обхода?

Финниган поморщился и показал значок:

- Я теперь староста, вместе с Браун. Про Рона слышал, будто он лишай подхватил, болеет и дома лежит. Грейнджер никто найти не может. Оно и к лучшему. Газеты читал?

- Ты про «нежелательное лицо номер один»? Конечно.

- Тогда сам всё понимаешь. Грейнджер сейчас лучше не попадаться, она ж не Уизли. Те-то чистокровные, их не тронут.

Симус прав и не прав одновременно. Чистокровных очень даже трогают, свидетельством чему продолжавшиеся весь прошлый год аресты. Что касается Уизли, то им, действительно, опасность оказаться в Азкабане мало грозит. Сошлись несколько факторов, до определенной степени защищающих эту семью. Во-первых, они слишком известны. Не с самой лучшей стороны, по меркам современных властей, однако, всё-таки Уизли чистокровны, репрессии против них будут прямо противоречить официальной политике. Во-вторых, британская ветвь этого рода служит своего рода индикатором для остальных ветвей.