Пробуждение стихий - Бобби Виркмаа

Тропа спускается с гор, и холодный каменистый ландшафт постепенно сменяется густым лесом. Исполинские деревья кажутся древними, их корни переплетены и раскинулись во все стороны. Воздух меняется, как только мы уходим под полог леса, вокруг тяжелеет запах хвои и влажного мха. Сквозь плотную крону пробиваются солнечные лучи, рваными пятнами ложась на истоптанную грунтовую дорогу.

На востоке река прорезает долину, поблёскивая, словно жидкое серебро. Мы едем вдоль её берегов, минуя несколько деревень — небольшие скопления каменных домиков с соломенными крышами, из труб которых лениво тянется дым.

Люди. Настоящие люди. Не воины. Не маги и не солдаты. Просто крестьяне, работающие в полях, дети, гоняющиеся друг за другом в высокой траве, торговцы, разгружающие телеги на шумных площадях.

Это ощущается… иначе. Видеть их. Жизнь за пределами форпоста. То, ради чего я должна сражаться. И то, откуда я родом. Теперь я смотрю на царство другими глазами. Не только своими — глазами Духорождённой.

Раньше я была просто деревенской девчонкой, которой, скорее всего, было уготовано выйти замуж за очередного фермера из Клана Земли. Теперь я еду в столицу Лумории как якобы «спасительница».

Я позволяю всей значимости этого осесть во мне.

Сначала я слышу копыта, потом одна лошадь ровняется с моей — на ней сидит Киеран. Он ухмыляется легко, беззаботно, словно мы просто отправились на ещё одну прогулку, а не меняем ход истории мира.

— Не знала, что ты едешь с нами в столицу.

— Назначили, — отвечает он.

Он пожимает плечами так, будто это пустяк, хотя его выбрали для этого лично. Но взгляд всё же скользит вперёд, всего на миг, к Тэйну, скачущему впереди, потом возвращается ко мне, и губы трогает намёк на усмешку.

— Как у вас дела? — его голос звучит непринуждённо, слишком уж непринуждённо. Будто он делает вид, что это просто задание, а не спрашивает о Тэйне.

Я позволяю тишине затянуться.

Я могла бы уйти от ответа. Могла бы сделать вид, что не понимаю, о чём он на самом деле спрашивает. Но я устала притворяться. Я чуть наклоняю голову, раздумывая.

— Всё… меняется, — ответ расплывчатый, но честный. Я позволяю ему повиснуть в воздухе, давая Киерану самому решить, что с этим делать.

Улыбка его становится острее, будто он слышит всё, о чём я умалчиваю.

— Я заметил.

Его взгляд снова скользит к Тэйну, затем возвращается ко мне. Киеран куда более проницателен, чем я думала.

Его ухмылка чуть меркнет, когда он переводит взгляд на дорогу впереди.

— Но серьёзно, Тэлор… ты в порядке?

— О чём ты? — я хмурюсь, удивлённая сменой его тона.

Он смотрит на меня так, словно я и так должна всё понимать.

— Слияние ваших огней, — сейчас его голос тише, ниже. — То, что тогда произошло, ненормально. И вы оба были в самом центре.

Его слова падают в меня, как камень. Потому что он прав. То, что случилось, было не просто связью или пророчеством. Это было что-то ещё, более древнее, более огромное, и у меня даже нет слов, чтобы это описать.

Я медленно выдыхаю. Я могла бы отмахнуться и сказать, что со мной всё нормально. Но Киеран — не Лира. Он не станет поддевать или давить, он просто спрашивает.

— Не знаю, — слова срываются прежде, чем я успеваю их остановить. Потому что это правда и, если честно, я ещё ни разу не останавливалась достаточно надолго, чтобы по-настоящему об этом задуматься.

Киеран смотрит на меня, и на этот раз на его лице нет ни ухмылки, ни тени насмешки. Только тревога, и отчего-то именно это выбивает меня из равновесия сильнее все

— Ты же понимаешь, что ты в этом не одна, — его голос спокоен и ровен. — Я знаю, ты Духорождённая и всё такое…

Он выдыхает, чуть наклоняя голову в сторону дороги впереди.

— Но всё это несёшь на себе не только ты. Форпост за тебя. Всё царство за тебя. Мы верим в тебя и стоим рядом, — его взгляд цепляется за мой, не отводя глаз. — И это в ближайшее время не изменится.

Я выдыхаю, пытаясь уложить всё это в голове. Он прав. С тех пор как я здесь, меня только поддерживали. И, разумеется, проявляли живой интерес.

— Спасибо, — я бросаю взгляд вперёд, туда, где едет Тэйн, где Вален тихо о чём-то говорит с Гарриком. Но знать это и чувствовать — не одно и то же.

Киеран подводит свою лошадь ближе.

— Ну, если ты когда-нибудь захочешь об этом поговорить, — он снова ухмыляется легко и беззаботно, но под этим я слышу искренность, — я отличный слушатель.

— Правда? С каких это пор? — криво улыбаюсь я.

Он прикладывает ладонь к груди, изображая оскорблённого.

— Да всегда, Тэлор. Я глубоко мудрый и проницательный.

Я смеюсь, и часть напряжения в груди отпускает.

Киеран всё ещё внимательно смотрит на меня. И, боги, он действительно говорит серьёзно. Я поёрзываю в седле, прочищая горло.

— Пророчество. Наша магия, — я качаю головой. — Это не просто что-то из пыльного старого свитка. Я чувствую это, Киеран. И не в каком-то возвышенном, предначертанном смысле. Я чувствую, что оно живое. Настоящее. Что оно что-то делает со мной. Какая-то связь.

Киеран приподнимает бровь.

— Делает что-то?

Я киваю.

— Не знаю, как это объяснить, — ненадолго замолкаю, пальцы сильнее сжимаются на поводьях. — Казалось, будто что-то просыпается. А теперь? Теперь эта связь уже не просто сила между мной и Тэйном.

Я выдыхаю, приводя мысли в порядок.

— Это как нить, тянущая меня к чему-то более древнему. Более глубокому. К чему-то большему, чем просто мы двое.

Киеран наклоняет голову, о чём-то размышляя.

Потом самым серьёзным тоном, который я когда-либо от него слышала, произносит:

— О да. Глубокие, сложные душевные терзания Военачальника. Я, разумеется, всегда понимал их до самых глубин.

Я таращусь на него. Потом смеюсь. Не могу сдержаться. Потому что это нелепо. Потому что это Киеран. Потому что мне это было нужно.

— Что? У меня вообще-то есть глубина, Тэлор, — он ухмыляется, выглядя самодовольно до безобразия.

— Ну да. Конечно, есть, — я качаю головой, всё ещё смеясь.

— Ещё какая. Душевные страдания мрачных Военачальников всего царства тяжёлым грузом лежат у меня на сердце, — Киеран расплывается в улыбке.

— И всё-таки каким-то образом ты несёшь это бремя.

— Истинный мученик, — говорит он, театрально прижимая руку к груди.

Я закатываю глаза и качаю головой, но в груди становится легче.

Киеран ещё секунду наблюдает за мной. И на этот раз он просто кивает:

— Ну, если ты всё-таки во