Пробуждение стихий - Бобби Виркмаа

— Мы спали, Ли, — я ухмыляюсь. — В смысле именно спали.

Она сверлит меня взглядом. Потом тихо выругивается.

— Ненавижу тебя.

— Ты меня любишь.

— Ладно, но я ненавижу, что ты заставила меня подумать… — она стонет, откидывая голову назад. — Просто расскажи, что произошло, чёрт подери!

Я смеюсь и качаю головой, но смех быстро сходит на нет. Я выдыхаю, на этот раз медленнее. Потому что, боги, я не могу вечно уходить от ответа. Не с Лирой. Но я не могу рассказать ей всё, даже если раньше рассказывала. Не могу рассказать ей секрет Тэйна.

— Я даже не знаю, с чего начать.

— Попробуй, — Лира даже не моргает.

Я прикусываю губу, бросая взгляд на Тэйна, скачущего чуть впереди, его плечи напряжены, одно его присутствие держит меня на земле. Мне не нужно видеть его лицо, чтобы знать, что он слушает. Мне не нужно поднимать глаза, чтобы чувствовать его рядом, потому что связь натянута в груди тугой нитью.

И одного этого должно быть достаточно, чтобы меня пугать.

Но не пугает. Уже нет. Сейчас это просто… на своём месте.

— Теперь всё по-другому, — говорю я тише.

— Как? — выражение лица Лиры меняется.

— Потому что он больше не сопротивляется. Ни в каком смысле.

Связи между нами, чувствам.

Лира молчит, давая мне пространство, чтобы продолжить. Тяжесть этой правды опускается между нами. Потому что дело не только в нём.

— И я тоже перестала.

Глаза Лиры смягчаются, потому что она понимает. Потому что она знает меня.

— Я не знаю, что это, — бормочу я. — Куда это ведёт, чем закончится. Что всё это вообще значит… — выдыхаю. — Но знаю, что больше не могу делать вид, будто это не важно. Потому что больше не получается.

Лира какое-то время просто смотрит на меня. Потом уголки её губ поднимаются в усмешке.

— То есть ты хочешь сказать, что ты обречена.

Я фыркаю, усмехаясь и качая головой.

— Ага. Похоже на то.

Потом Лира вздыхает.

— Что? — я косо смотрю на неё.

Она прикусывает губу, словно о чём-то спорит сама с собой. Потом небрежно, слишком небрежно говорит:

— Раз уж заговорили об обречённых… Я сплю с Гарриком.

— Я догадывалась, что там что-то есть, — я улыбаюсь подруге.

Она расплывается в широкой улыбке, явно довольная моей реакцией.

— Да, это продолжается уже какое-то время.

— И ты только сейчас мне об этом говоришь? — я таращусь на неё.

Она пожимает плечами.

— Ну, ты была слегка занята: связывалась с драконом, швырялась магией по всему форпосту, становилась новой сияющей спасительницей царства… так что я решила, что новости о моей личной жизни не такой уж приоритет.

Я смотрю на неё. А потом разражаюсь смехом.

Лира ухмыляется.

— Видишь? Вот такой реакции я и ждала.

— Гаррик?! — я качаю головой, всё ещё смеясь.

— Что тут сказать? Это тело. И выносливость у него будь здоров, — она хищно усмехается.

— Этой информации мне не нужно было знать, — стону я.

— О, ещё как нужно, подруга, — она заливается смехом.

Некоторое время мы едем в спокойном, почти уютном молчании, и только шуршание ветра да ровный глухой стук копыт по земле нарушают тишину. Но чем ближе к столице, тем тяжелее становится, словно я ношу титул Духорождённой, как доспех, который сидит не по мне.

— А вдруг меня окажется недостаточно? — шепчу я. Слова срываются прежде, чем я успеваю их удержать. Страшно. Слишком правдоподобно.

Лира резко оборачивается, её медно-рыжие волосы вспыхивают в солнечном свете, выражение лица меняется с лёгкой насмешки на жёсткое.

— Что?

Я качаю головой, уже жалея, что вообще заговорила. Но Лира никогда не позволяла мне отмалчиваться.

— А что, если я их подведу? Что, если я подведу всех?

Связь натягивается резкой, острой нитью. Тэйн тоже чувствует это: я вижу, как он начинает поворачиваться, но останавливает себя. Он оставляет этот момент мне и Лире. И, боги, я благодарна ему за это.

Лира долго молчит. Потом резко дёргает поводья, её лошадь выскакивает вперёд и встаёт поперёк дороги перед моей, заставляя меня остановиться.

— Что за…

— Нет, — её голос твёрдый. Ровный. Несокрушимый.

— Нет? — хмурюсь я.

— Нет, так не пойдёт, — она указывает на меня, огонь вспыхивает в её светло-карих глазах. — Ты не имеешь права сидеть тут и грызть себя сомнениями, когда я видела, как ты становишься сильнее и дохрена могущественной. Каждый чёртов день с тех пор, как мы сюда попали. Когда я чувствовала твою магию, когда видела, как ты связываешься с проклятым богами драконом так, словно это самое естественное действие в мире.

Я приоткрываю рот, но она ещё не закончила.

— Ты не подведёшь, Амара. Ты никого не разочаруешь. И, уж будь уверена, тебя более чем достаточно, — она подаётся вперёд, смертельно серьёзная. — И, если ты ещё хоть раз вот так усомнишься в себе, я лично столкну тебя со скалы.

Я смотрю на неё. Сердце сжимается — и не только от страха. От любви.

— Разве не так я и связалась с Кэлрикс? — говорю я, улыбаясь сквозь эту боль.

— Это не относится к делу, — её взгляд пригвождает меня к месту.

Смех сам поднимается, прежде чем я успеваю его остановить, и я качаю головой, чувствуя, как в груди медленно разливается тепло.

— Вот она. Та Амара, которую я знаю, — Лира довольно улыбается.

— Ты ужасна, — я закатываю глаза.

— А ты вот-вот станешь самым известным человеком во всём царстве, так что пора уже начинать вести себя соответственно.

Я стону, снова подталкивая лошадь вперёд:

— Ненавижу тебя.

— Ты меня лю-ю-юбишь.

Лира откидывается в седле, потягиваясь.

— Честно? Я просто в восторге от того, что наконец увижу город.

— Правда? — я приподнимаю бровь.

Она фыркает:

— Ещё бы. Я всю жизнь провела в маленькой пыльной деревушке. Ты вообще представляешь, как долго я ждала, чтобы увидеть жизнь в большом городе?

— Ты просто хочешь посмотреть на моду, — ухмыляюсь я.

— Абсолютно, — она театрально взмахивает волосами. — Я хочу увидеть знатных дам в платьях, которые стоят дороже, чем дом моей семьи. Хочу увидеть нелепые шляпы с перьями. Бесполезную моду. Вот это мечта.

Я смеюсь, качая головой. Столица никогда не манила меня. Но с Лирой рядом, превращающей всё в представление, может, всё будет не так уж плохо. Может, это даже будет похоже на начало чего-то.

Кто-то окликает её сзади, и Лира отстаёт. Она наклоняется к седлу одного из солдат, смеясь прямо посреди фразы и уже отпуская шутку ещё до того, как тот успевает договорить.

Я пользуюсь моментом, чтобы осмотреться, взгляд скользит по дороге впереди, по меняющемуся