Сборник 'ИЗБРАННОЕ' - Теодор Гамильтон Старджон

Дружелюбную. Прохладные ночи, теплые дни, чистый воздух, сильно насыщенный кислородом. Пригодная для питья вода. Могло бы быть и хуже если бы дело было только в этом. Так вот, когда дело стало не только в этом, было хуже.

- Насколько я помню, мы оправились от болезни к концу третьего дня и смогли как следует оценить ситуацию. Мы были покрыты синяками и нам хотелось есть, но мы вышли из шока. Джен сказала мне, что она видела сны сон, должен вам сказать, отчетливый и повторяющийся: какое-то, напоминающее руки приспособление сортирует и перемешивает карты, раскладывает их, собирает смешивает и снова раскладывает, а она и есть эта колода карт. Я бы не упоминал об этом и даже не запомнил бы этот сон, если бы она не описывала его так настойчиво и так часто. Я тоже видел сон, но вы же знаете, лихорадка и все такое... - он сделал отгоняющий жест.

- Каким был этот сон, Кейз? - спросил Доктор и быстро добавил: - Если ты не против... - потому что Кейз отпустил соску, сжал ладони вместе и нахмурился.

- Я не против... хотя теперь я не помню его так отчетливо. Думаю, слишком долго пытался не запоминать его. - Он замолчал, потом продолжил: Тяжело передать, и любые слова, которые я использую всего лишь приблизительны, но... Казалось, я подвешен на какой-то нити. Один конец находился внутри меня, а другой был высоко, в тени. Вокруг меня кружились глаза. Не пары глаз и не одна пара, но - я забыл как они были расположены. И я понял, что не глаза кружатся вокруг меня, а то, к чему прикреплена нить, а глаза просто смотрели, а еще там был...

- Да? - подсказка была очень мягкой.

- Смех, - ответил Кейз и прошептал. - Смех. - Он посмотрел на Доктора. - Я говорил вам о шуме, непосредственно перед тем, как мы рухнули?

- Вы упоминали о шуме.

- Частично это были подшипники двигателей, - сказал Кейз. - Я обнаружил это позже, когда корпус развалился, и я смог заглянуть в двигательный отсек Чтобы этому поверить, надо увидеть собственными глазами. Единственный способ описать это - попросить вас представить, что все комплекты подшипников - все до одного, обратите на это внимание вращаясь с максимальной скоростью, вдруг стали единым целым, словно спаялись в один кусок. Валы пробили огромные рваные дыры в арматуре, и именно это замедляющееся вращение, разрывающее все, что там находилось, и создавало большей частью этот секрет. В остальном же это была Джен, ну, я тоже и...

Доктор ждал.

- Смех, - сказал Кейз после паузы, - не думаю, что это был настоящий звук. Джен сказала, что тоже его слышала, но это был не настоящий звук... Слова ничем не могут помочь, иногда. Что бы мы ни слышали, это было не благодаря нашим ушам. - Он закрыл глаза и слегка покачал головой. - Смех. Это смех.

Не смех Кейза, он не смеялся.

- Мы были голодны. Я подсадил ее назад в шлюпку - разрыв находился слишком высоко от поверхности, чтобы я мог залезть через него сам, и она обыскала шлюпку, пытаясь найти что-нибудь съедобное. Но ничего не нашла. Спасательные шлюпки предназначены для выживания в космосе, а не для падения на планеты. Соски и их содержимое - это сырые элементы, которые бесполезны без обработки, а у нас не было энергии на обработку. Мы долго кричали один другому, так как я пытался отыскать способ разблокировать устройства, перекрывшие доступ к энергии, когда шлюпка накренилась, но ничто не срабатывало. Она сбросила вниз все, что по ее мнению, могло оказаться полезным - мягкие сиденья и другой хлам, а также аптечку первой помощи, которую мы оценили намного позже, но в тот момент, как я уже сказал, мы были голодны. Не думаю, чтобы кому-нибудь из нас было знакомо это чувство раньше, и нам оно не понравилось.

Джен читала, что фрукты можно есть без обработки и сказала мне об этом, так что мы покинули шлюпку и отправились к покрытой растительностью зоне. Ощущение песка под ногам было странным, не неприятным, но болезненным, по мере того, как мы двигались к рыхлой почве, скалам и подлеску. Маленькие ветки хлестали наши тела, некоторые из них имели острые шипы, которые царапали. Мы нашли большую группу растений, обильно усыпанных маленьким красными плодами, которые, как сказала Джен, были ягодами. Она съела несколько, подождала немного, но так как никаких дурных последствий не было, она сорвала несколько и для меня. Мы также нашли нечто похожее на большие фрукты, но когда разбили их, обнаружили, что они полны маленьких серповидных составляющих в такой твердой оболочке, что мы не смогли ее разбить. Мы принесли несколько с собой и раздробили их при помощи камня, положив на пластины корпуса. Они были очень вкусными, очень питательными. Мы заснули.

Они спали на песке и замерзли, пока Джен не отыскала кусок мягкой обшивки и не укрыла их. Тепло их тел оказалось в ловушке и согрело их. Это было новое ощущение для обоих, так как до этого они оба практически не носили одежду, находясь в контролируемой среде, и спали в невесомости, удерживаемые на месте ремнями или легкими полями.

- На следующий день мы отправились искать еду по другой дороге, к озеру. Джен вошла в воду, вымыла в ней все тело и позвала меня. Так как у нас больше не было тинглера, я присоединился к ней. Это было не совсем то, но неприятных ощущений не вызывало, и после этого мы почувствовали себя гораздо лучше. На пляже, недалеко от скал, выступающих из воды росли большие скопления твердых существ, которые Джен назвала моллюсками. Их нелегко было оторвать от камней, и при прикосновении они плотно захлопывали створки, но мы приноровились использовать камень и нам удалось собрать вполне приличный урожай. Поначалу процесс их глотания вызывал у меня приступ тошноты, но это был как раз тот случай, когда со временем приобретаешь вкус и вскоре мы ели их с большим энтузиазмом. Именно когда мы сидели там на пляже, и начала разваливаться наша шлюпка.

Кейз посмотрел на Доктора, который терпеливо стоял перед ним, но как обычно его взгляд ничего ему не сказал.

- Шум был ужасным, пластины сдвигались со страшным