Семья волшебников. Том 4 - Александр Валентинович Рудазов

– Была! Ты повредился в рассудке, пока перерождался! Или… слушай, ты не виноват. Нет причин забывать.

Лахджа переводила взгляд с Такила на Рокила. Кто из них врет?.. нет, неверное слово. Они явно оба верят в свои слова, вон как горячатся. У кого из них беда с башкой… сильнее, чем у другого? Рокил забыл сестру или Такил ее выдумал?

Давай поговорим о моей сестре, пожалей меня!.. Ты так на нее похожа!.. Ты прямо как моя сестренка!.. Я говорил, что она погибла?

Прекрати. Откуда ты вообще знаешь? Опять подсматривал, что мне снится?

Только когда ОН лезет в твои сны.

Мне очень неуютно, что ты мне настолько не доверяешь, что даже во сне…

ТЕБЕ я доверяю! Я не доверяю ЕМУ!

Он безобиден.

Он сумасшедший, который может забраться в сон к кому угодно. Сделать там что угодно. И уйти так, что ты даже не вспомнишь. Он не оставит памяти о себе.

Ладно, когда ты так говоришь, он выглядит жутко.

Тем временем перепалка близнецов достигла апогея. Ни один не желал признавать, что это с ним что-то не так, каждый был уверен, что беды с башкой у другого. Такил вспоминал все новые случаи из жизни покойной сестры, а Рокил закатывал глаза и твердил, что это все бред, фантазии, вымысел.

– Слушай, у тебя всегда было богатое воображение, – сказал он. – Но сейчас ты переходишь все границы.

– Нет, это у тебя всегда была плохая память, особенно после… того, что случилось, – возразил Такил. – Но забыть собственную сестру…

– Ничего. Не. Случилось, – отчеканил Рокил. – Это был несчастный случай. Забыли.

– Да, ты-то уж точно забыл многое…

– Я ничего не забыл. Такил. У нас не было сестры, потому что она умерла, не родившись. Наша мама умерла родами.

– Нет! – вспыхнул Такил. – Мама умерла, но Лахтун осталась! Ты просто… предпочел забыть!

– Я тебя сейчас ударю, – зло скривился Рокил. – Прекрати… это.

– Так, если вы будете драться, то валите куда-нибудь подальше от моего дома, – хмуро велел Майно.

– Нет-нет-нет, мы не будем, – заверил Такил. – Я бы никогда не доставил беспокойства своим друзьям. Вы все мне очень дороги. Брат, я не буду больше упорствовать. Пусть будет по-твоему и неважно, кто из нас прав. Давай обнимемся в знак примирения.

И он крепко обнял Рокила, который сначала недовольно заворчал, но потом все же ответил на объятие и буркнул, что тоже немного переборщил.

– И вам я тоже не хотел бы доставлять беспокойства, – сказал Такил, беря в свои руки ладони Лахджи.

– О, да ты не… – начала та.

…И тут случилось нечто ужасное. Лахджа поняла, что ее брата сейчас, возможно, убьют.

Ну как брата… видимо, не очень-то и брата. Сам себя он, по всей видимости, таковым не считает.

А еще она поняла, что он, во-первых, не умеет подбирать моменты, во-вторых, не умеет выбирать женщин, и в-третьих, не умеет целоваться.

Майно смотрел на этот поцелуй недолго. Он и сам-то прекратился сразу, как только Лахджа отошла от изумления и оттолкнула Такила. А мигом спустя…

– Ой, нас что-то прервало, – сказал Такил, падая на землю и удивленно глядя на обнаженный меч. – Это кровь. Эта штука в моем животе. Убери ее, пожалуйста.

Ровно одну секунду еще Майно держал клинок вонзенным в демона. Потом резко выдернул и… возможно, он бы зарубил Такила на месте, но тут вступил Рокил. Как бы он ни относился к брату и его поведению в гостях, это был его брат.

Он вскочил со стула и… ничего не сделал. Ничего не сказал. Просто его глаза засветились, а Майно почувствовал, что тело не слушается. Меч выпал из пальцев, ноги будто вросли в землю, а дыхание сперло.

Еще секундой спустя Рокила накрыло волной плоти. Лавина щупалец ударила тараном, смяла и отшвырнула.

Там на ноге сомкнулись страшные челюсти. Тифон бросился молча, без единого звука. На траву хлынула кровь.

Пес тут же повалился бездыханным кулем. Рокил поджарил его изнутри, спек пневму. Нога висела плетью, но он поднял самого себя в воздух, ища взглядом Такила. Этот дурак совершенно бесполезен, когда бодрствует.

И… как же он облажался. Дзимвел их предупреждал. Отдельно Рокила предупреждал.

Что это было вообще?!

Такил лежал в луже крови. Ее натекло уже слишком много… рана не закрывалась. Плохая рана. Нужна Мученица, срочно. Или…

Рокил вперил взгляд в чародея. Что же, раз все так обернулось, лучше бы его добить. Только вот…

Вокруг хозяина поместья будто вспух бутон. Вырос мгновенно – и снова сократился. Заключил тело в живой костюм, доспехи из множества хитиновых лепестков.

Рокил почувствовал, как две мишени сливаются в одну. Янтарные потоки сомкнулись… он дернулся к ним, схватил… и его оттолкнуло. Волшебник и Отшельница стали единым целым, и это целое словно прикрылось мощным щитом.

Рокил всмотрелся. Он надеялся увидеть брешь. Хоть одну. Но волшебник пустил в ход чары, а демоница… ее регенерация справится почти с любыми повреждениями.

Неприятный тандем.

Чудовищный рыцарь поднял меч и… скакнул к Рокилу. Метнулся блохой, врезался в дерево, чуть не переломив ствол, оттолкнулся ногами – и полетел в фархеррима. Клинок сверкнул на солнце, Рокил едва успел отвести голову… но его все равно задело краешком.

Крыло сломалось. Рокила отбросило, точно пинком великана. Он шмякнулся совсем рядом с бездыханным псом… тот уже шевелился, на туше восседал белоснежный кот. Он свысока посмотрел на Рокила и с презрением отвернулся.

А из травы высунулась змеиная голова – и кожу обожгло ядом. Твари волшебника действовали как пальцы одной руки, как один рассредоточенный разум. Из каждой пары глаз смотрел Майно Дегатти.

Рокил с горечью подумал, что из-за глупой выходки братца они оба бесславно умрут.

Тем временем Такил продолжал истекать кровью, но уже пытаясь подняться. Волшебник в живых доспехах шагнул теперь к нему… и замер на полпути. Он поднимал ногу и опускал. Вскидывал меч… и отводил его за спину. Шла нешуточная борьба, и Рокил почти услышал яростный беззвучный спор.

Закончилось тем, что с держащей меч руки будто слезла перчатка. Вторая кожа отпрянула, обнажив человеческие пальцы, но те не успели ухватить рукоять. Клинок снова выпал, снова упал на землю.

Хороший момент! Борясь с жгучей болью, Рокил приник взглядом к голой руке. Волшебник отвлекся, Отшельница отвлеклась… просто поразить сердечную мышцу! Проникнуть в пневму и сварить мозг вкрутую!

И он ударил… ударил изо всех сил!.. Но почему-то их оказалось так мало… голова закружилась, перед