Как соблазнить мужчину - Джил Монро

— Какой сюрприз!

Этот отвратительный ехидный голос мог принадлежать только одному человеку. Обернувшись, Аннабелл убедилась, что слух не обманул ее.

— Неприятный сюрприз, надо сказать, — произнес Вагнер с отвращением. — Если бы я знал, что ты здесь будешь… — он сделал многозначительную паузу Кенни Роадс. Этот человек был омерзителен.

Из богатой семьи, избалованный и смазливый, он получал все, что хотел. Деньги семьи решали все проблемы. Кенни вырос, не зная, что такое совесть. Последний раз она видела его на суде. На том самом суде, который осудил ее отца на восемь с половиной лет тюрьмы и отпустил Роадса.

Артур Скотт был в своем роде артистом среди мошенников. Он великолепно умел строить финансовые пирамиды. Но только в союзе с Кенни Роадсом он стал еще и жестоким.

Аннабелл потянулась за стаканом и сделала глоток воды. Она была в шоке, когда отца приговорили к тюремному заключению. Но еще большим шоком для нее стало освобождение партнера отца по махинациям, Кении Роадса.

— Все еще занят обворовыванием вдов и сирот, Кенни? Или ты теперь мучаешь беззащитных животных? — спросила она спокойно. Вообще-то Белл не видела, чтобы Роадс мучил животных, но с его натурой это вполне возможно.

Внезапно Белл почувствовала в себе прилив новых сил. Встреть она Кенни несколько лет назад, даже несколько недель назад, она бы смертельно испугалась. Но не сейчас.

И не рядом с Вагнером. Ярость босса при виде Роадса только подпитывала ее собственные силы.

Улыбка их оппонента стала еще шире:

— Ты перепутала меня с твоим отцом и его дружками.

Низкий поступок низкого человека.

— Не забывай, что я знаю правду.

Кении повернулся к Вагнеру.

— Вы так дружелюбны сегодня вечером. Кстати, я только что болтал с миссис Таггерт из конгресса…

Аннабелл застыла. Как звали ту женщину из конгресса, которая продвигала билль, так нужный Вагнеру?

Круг влиятельных фигур в нефтегазовой сфере был довольно узок, и появления Кенни Роадса можно было ожидать. Непонятно только, как его до сих пор не вывели на чистую воду, ведь Кенни был мерзавцем и жуликом по натуре. Даже ее отца ему удалось провести.

Аннабелл попыталась проанализировать ситуацию. Вагнер принадлежал к типу людей, презираемых Кенни Роадсом. Роадс не только презирал тех, кто самостоятельно добился успеха, не прибегая к связям и мошенничеству, он еще и боялся их.

Но сейчас Кенни не боялся смотреть им в глаза.

Поскольку Вагнера ему не удалось вывести из себя, Кенни снова повернулся к Аннабелл:

— Как…

— Заткнись, — произнес Вагнер, вставая. Медленно, но решительно.

Кенни сделал шаг назад.

— Что?

— Не смей с ней разговаривать!

— Ты мне угрожаешь? — сглотнул Кенни.

Он привык сам угрожать людям, а не получать угрозы. В душе он, как и все негодяи, был трусом.

Вагнер, видимо, почувствовал его страх.

— Кем ты себя считаешь? Ты такой же, как ее отец. Ничем не лучше.

Синие глаза Вагнера пронзили Кенни.

— Мне нечего терять. И я тебя предупреждаю.

Если ты когда-нибудь еще заговоришь с мисс Скотт, ты пожалеешь. Не смей попадаться нам на глаза.

Кенни сначала побелел, потом покраснел и надулся. Он буквально сбежал от их столика.

— Почему ты не сказал мне, что Кенни Роадс замешан в наших проблемах? — спросила Аннабелл, не зная, радоваться ей его уходу или бояться последствий. Но она все равно была благодарна Вагнеру за то, что он не позволил Кенни ее оскорблять.

Вагнер схватил стакан и залпом осушил его.

— Я не знал до сегодняшнего дня.

— Но почему ты ничего не сказал? Ты знал, что он был партнером моего отца?

Вагнер не мог отрицать. Он не умел лгать.

— Да, я знал все о нем и твоей семье.

Аннабелл сглотнула. Она всегда подозревала, что Вагнер в курсе преступлений ее отца. Наверно, все в Оклахома-Сити были в курсе.

Но он никогда не говорил о нем, никогда не осуждал.

— Насчет отца… Мне потребовалось время, чтобы понять это, но.., он не был отчаявшимся мечтателем, он был подлецом, способным на кражу и заслужившим тюремное наказание… — она замолчала. К горлу подступил комок. Аннабелл не могла без слез вспоминать это. Только Кэти она это рассказывала. — Он заслужил тюрьму, — повторила она в отчаянии.

Ваг не сказал ни слова. Но на лице его не было удивления. Как не было и отвращения. Его отношение к ней не зависело от поступков ее отца.

Несмотря на то что ему нужна была информация по Кении Роадсу, он не попросил Аннабелл помочь ему найти ее. Потому что он знал, какую боль Кении Роадс принес ей и ее семье.

Вагнер хотел защитить ее. Как защитил от оскорблений Кении пару минут назад.

Ей стало жарко от таких мыслей. Господи, она не хотела становиться сентиментальной. Она хотела быть веселой и беззаботной Аннабелл, но старая Аннабелл никак не хотела исчезать из ее жизни. Чего хотел Вагнер? Хотел ли он развлечений или чего-то большего?

Их взгляды встретились. Аннабелл вглядывалась в глаза напротив в поиске ответа на вопросы.

Может ли она надеяться на то, что Вагнер все-таки влюбится в нее по прошествии стольких лет, или эти надежды тщетны?

Синие глаза затуманились.

Рука сжала бокал. Другая начала теребить галстук, который она велела ему надеть.

Ей захотелось прикоснуться к нему.

— Сила и власть много значат для меня.

Четко и ясно. Он предупреждает ее, чтобы она не надеялась на нечто большее, кроме секса. Единственное, что его интересует, — это власть и деньги.

И горячий секс. Если он не мешает первым двум интересам. Но она это изменит. Она поставит секс на первое место в списке их общих интересов.

Аннабелл больше не нравился ресторан. Кении Роадс все испортил. Ей не хотелось сейчас вспоминать преступления своего отца. Ей вообще не хотелось думать… Только чувствовать.

Она заерзала на сиденье, не в силах сидеть спокойно. Скинув с ноги туфельку, она сунула пальчики ног ему под брюки и погладила лодыжку. Вагнер резко выпрямился в кресле. Восхитительно.

— Сила и власть. Это так возбуждает. — Она понизила голос:

— Я хочу тебя. Прямо сейчас.

Сунув ногу в туфельку, она встала.

— Куда ты? — спросил Вагнер.

— Платить по счету. Встретимся в офисе. Если тебе повезет, ты узнаешь, что надето у меня под юбкой.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Бросив на стол несколько банкнот, Вагнер схватил ее за руку:

— Я провожу тебя до машины.

Это было не предложение, а скорее приказ. Как сексуально он отдавал команды…

Рука Вагнера скользнула ей на талию, прижимая ближе к себе. Аннабелл воспользовалась возможностью и просунула руку под ткань его пиджака, лаская спину через рубашку. Какие у него крепкие мышцы. Кончики пальцев буквально вибрировали от нетерпения. Они шли медленно, любуясь каналом. Заходящее солнце окрасило пейзаж в красные, оранжевые и золотистые тона и сделало канал нереально красивым. Мягкое журчание воды сливалось с нежными звуками саксофона, доносившимися из блюзового кафе.