Убить, чтобы жить. Польский офицер между советским молотом и нацистской наковальней - Стефан Газел

– Я в вашем распоряжении, пан полковник, – ответил Рышард.

Я подтвердил слова Рышарда.

– Благодарю, господа. Можете садиться.

Нас пригласили за стол. Обед состоял из миски супа, в котором плавали куски конины, овощи, картошка и приправы. Мы ели, наслаждаясь горячим супом и солнечным днем. После еды майор подвел нас к лошадям.

Лошади, чистые, ухоженные, были привязаны к деревьям.

– Чем же вы их кормите? – спросил я майора.

– Обычным кормом. Его нам по ночам приносят крестьяне.

Мне досталась гнедая кобыла, высотой около ста шестидесяти сантиметров. Слева на шее у нее была марлевая повязка.

– Получила неглубокое ранение, – объяснил майор. – Ничего серьезного. Рана ее не беспокоит. Будьте аккуратнее с поводьями. Ее кличка Ведьма, но она хорошая девочка. К тому же отлично скачет.

К седлу Ведьмы была прикреплена длинная кавалерийская сабля. Я вытянул ее из ножен и взвесил в руке.

– Умеете ею пользоваться, лейтенант? – поинтересовался майор.

– Пользовался, но очень давно, – ответил я. – Во время воинской учебы у нас были уроки фехтования.

– А верхом на лошади с саблей?

– К сожалению, мы тренировались только на чучелах. Так что у меня почти нет такого опыта, – признался я.

– Ну, какой-то опыт у вас есть. Скоро он вам потребуется. Учтите, Ведьме не понравится, если вы отрубите ей уши.

Мы с Рышардом оседлали лошадей, вскочили в седло и выехали вслед за майором на поляну. Там сержант продемонстрировал нам основные удары саблей, и мы доставили немало веселых минут майору, пытаясь подражать действиям сержанта.

– Ладно, достаточно, – сказал он спустя полчаса. – Я понял, что вам никогда не быть кавалеристами. Но вы прекрасно сможете рубить головы немцам.

Я все еще не мог поверить в происходящее. Мы тренировались на лесной поляне, словно находились на маневрах, и это в то время, когда мы проиграли страшную войну. Слова майора, что «скоро» нам потребуется умение пользоваться саблей, показались мне совершенно нереальными.

На самом деле все было вполне реально. Патрули, объезжавшие округу, приносили известия, полученные у крестьян, о передвижении немецких частей. В середине ночи мы все вскочили на лошадей. Разделившись на две группы, мы двинулись через лес к дороге и остановились примерно в трехстах метрах от нее. Мы спешились, расседлали и накормили лошадей. Затем подкрепились уже знакомым нам супом из конины с овощами.

Я оказался в группе майора, который после еды объяснил нам задачу:

– Сейчас полковник со своей группой должен быть в роще, находящейся вон на том холме, примерно в полукилометре от дороги. План простой. Полковник отправит патруль наблюдать за дорогой из Томашува. Увидев подходящую цель, движущуюся из города, патруль выпустит зеленую ракету. После этого сигнала двое наших должны будут повалить два телеграфных столба, чтобы они перегородили дорогу. Когда немцы поравняются с той группой деревьев, – он показал рукой, каких именно, – мы бросимся в атаку, а люди полковника в это время отрежут им пути отступления. Таким образом, они окажутся в западне, и мы сможем их уничтожить.

Все сказанное очень напоминало маневры мирного времени и казалось весьма далеким от реальности. Похоже, он прочитал наши мысли.

– У немцев наверняка будут автоматы. У нас их нет. Но в этом деле важен элемент неожиданности. Вот этим мы и воспользуемся. Мы должны молниеносно пересечь жнивье и выскочить на дорогу. Все решает скорость. Каждый из вас должен мгновенно выбрать среди немцев добычу. Отход проиграет труба. Все встречаемся на биваке. Немцы не станут преследовать нас в лесу. Вопросы есть? – Вопросов не было. – Тогда дайте отдохнуть лошадям. У нас будет достаточно времени, чтобы после сигнала зеленой ракеты оседлать лошадей. Можете покурить.

Вставало солнце, и, когда мы с Рышардом подошли расседлать лошадей, над ними поднялся рой мух.

– Ну что ж, Стефан, у тебя есть шанс покрыть себя славой, – насмешливо сказал Рышард.

– Или быть изрешеченным, как сито, немецкими автоматчиками, да? – в тон ему ответил я.

Немного подумав, он признался:

– Я тоже не чувствую себя героем. Никакой я не кавалерист, могу даже упасть с лошади, когда буду перескакивать канаву. Да, была бы у нас пара автоматов, тогда бы мы оставили от немцев мокрое место.

– А как ты собираешься действовать саблей? – спросил я.

– Буду бить по голове. Или по шее, если на немце будет стальной шлем.

За все утро по дороге проехал немецкий мотоциклист и один грузовик. На протяжении нескольких часов на дороге не появилось ни единой живой души. Примерно в час дня, когда мы доедали суп, наблюдатель закричал:

– Зеленая ракета! Пан майор, зеленая ракета!

Мы быстро оседлали лошадей и вскочили в седло.

Майор проехал вдоль строя, держа в правой руке поводья и подбоченясь левой.

– Подтяните подпругу! – скомандовал он. – Приготовьтесь! Теперь следуйте за мной, шагом!

Он направился к опушке леса. Мы рассредоточились за деревьями и застыли в ожидании.

Возбуждение наездников передалось лошадям, и они начали нервно переступать ногами, натягивать уздечки. Моя Ведьма вела себя неспокойно: выгибала дугой шею и била копытом. Я тоже сильно волновался, чувствовал, как по спине струится пот.

Наконец мы увидели вдалеке двигающуюся в нашем направлении колонну. Прошло несколько минут, когда стало ясно, что едет колонна с продовольствием из восемнадцати конных повозок.

Колонна медленно тянулась по дороге, и мы смогли рассмотреть, что на каждой из повозок сидят по пять-восемь немецких солдат. Во главе колонны ехал мотоцикл с пулеметом. Такой же мотоцикл замыкал колонну.

До нас уже доносился треск мотоциклов, и мы внимательно наблюдали за приближением колонны к группе деревьев, которую майор обозначил для нас как точку начала атаки. Я бросил взгляд на соседей и увидел, что они волнуются не меньше меня.

– Сабли наголо! – раздался приказ майора.

Немцы проезжали отмеченную группу деревьев. Наши лошади вставали на дыбы и гарцевали на месте. Ведьма даже умудрилась укусить лошадь Рышарда.

– За мн-о-о-й! – скомандовал майор и пустил лошадь рысью. Затем, повернувшись в седле, подождал, пока все выскочат из леса, приподнялся на стременах и закричал: – В атаку!

Пришпоривая лошадь, он мчался к дороге, а мы следом за ним.

– У-у-р-р-а! – закричали кавалеристы.

– Ура! – Мой голос влился в общий крик.

Ведьма, вытянув шею и прижав уши, летела по стерне.

– У-у-р-р-а!

Мы уже проскакали половину поля, а немцы так и не открыли стрельбу. Мы увидели, как немецкие солдаты спрыгивают с повозок и кто-то из них ныряет в канаву, а кто-то стремглав убегает по дороге.