Грани Чести (СИ) - Щукин Иван

И в эти ворота беспрерывным потоком вливались ученики. Кто-то шел своим ходом, а некоторых, кто богаче и статуснее, высаживали у входа дорогие экипажи. По одиночке и группами, гимназисты всё шли и шли, а я минут пять стоял в десяти метрах от ворот, пялился и не решался идти дальше.

Дело в том, что несмотря на память Маркуса и мой решительный настрой, всё это казалось чужим. Или даже чуждым. Ну в самом деле, какая к чертям гимназия для обеспеченных подростков, да ещё и в непонятном княжестве? Сюр какой-то! Я Владимир Северский. Архимаг и взрослый человек, который уже пять лет учился такому, о чём в этом мире и не подозревают. И мне теперь идти в школу?! Не хочу!

– Чёрт! – ругнулся я, когда проходившие мимо четверо парней довольно грубо пихнули меня в сторону, видимо решив не обходить. Да ещё и весело заржали, козлы.

Но к счастью, это происшествие снова вернуло меня в реальный мир, оставив лишь раздражение и небольшую злость в эмоциях. К демонам! Мне ли боятся какую-то гимназию!

– Да твою же мать! – уже в голос ругнулся я. В этот раз какой-то кретин не просто оттолкнул меня с дороги, а попросту снес плечом, заставив отлететь в сторону. И если бы не прутья забора, за которые получилось ухватиться в последний момент, то я вполне мог бы растянуться на земле. – Ты что, бараняка, вообще нихрена не видишь?!

– Не понял? – обернулся этот индивидуум, что уже успел пройти несколько шагов вперед.

Вот только когда он обернулся, то где-то у меня внутри испуганно сжался Маркус и появилось сильное желание развернуться и сбежать. Чужое желание. Дело в том, что толкнувшим меня идиотом оказался Щаслав Концов, боярич и главный мучитель Маркуса Дёмина. Тощий, лопоухий и весь какой-то нескладный, он, тем не менее, полгода назад сдал на первый ранг по рукопашке и очень этим кичился.

Этот гад никогда не мог пройти мимо, чтобы хоть как-то, морально или физически, не задеть «тупую немчуру». А Маркус конечно же всё терпел, не желая ввязываться в драку. Вот и сейчас его трусливая натура хотела лишь одного – избежать конфликта. Но вот меня уже понесло!

– Чего ты не понял, олень?! – зло спросил я. – Того, что на дорогу надо смотреть?! Так тебе и не дано! Я же говорю – бараняка безмозглая!

– Немец, ты совсем страх потерял? – с угрозой спросил Щаслав. Вот только подходить ближе отчего-то не решался. То ли из-за нетипичного поведения Маркуса, что всегда молча проглатывал все унижения, то ли из-за отсутствия с ним в данный момент двух прихлебателей, которые всегда поддерживали его забавы. – Тебя давно мордой по земле не возили?

– А ты попробуй! – воинственно оскалился я, бросая портфель на мостовую и делая шаг вперед. – Сейчас и посмотрим, кто из нас будет землю жрать!

Но Концов решил конфликт не продолжать. Он бросил быстрый взгляд мне за спину, сплюнул, и пробормотав что-то вроде: «ещё увидимся», развернулся и пошел в гимназию. А мне на плечо опустилась чья-то ладонь.

– Что Марк, воюешь? – поинтересовался веселый голос. – Правильно, давно пора этим придуркам отпор дать!

– Привет, Вить, – обернувшись, поздоровался я, чувствуя как проходит боевой задор.

Витослав Большаков. Одноклассник и единственный человек в гимназии, который заступался за Маркуса и даже пытался быть ему другом.

Боярич во втором поколении. Его отец из купцов, и был возведен в боярское достоинство всего лишь десяток лет назад. Из-за этого дети родовитых бояр Витослава в свой круг общения не принимали. Но он на этот счет особо и не парился, а жил в свое удовольствие.

Русоволосый крепыш, среднего роста, с вечной задорной улыбкой. Он ещё год назад взял никчемного боярича Дёмина под негласную опеку и неоднократно выручал из совсем уж неприятных ситуаций.

– Здарова! – Большаков пожал мне руку и потянул в сторону гимназии, на ходу задавая кучу вопросов. – Ты куда пропал? А правда, что тебя кто-то так сильно избил, что ты чуть не помер? А, кстати, слышал новости про Саблеславу? Она такое удумала!

– Стоп, стоп! – взмолился я. – Вить, давай по порядку? А лучше вообще потом, хорошо?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Да без проблем! – заразительно улыбнулся Витослав. – Пойдем тогда учиться. Кстати, а ты в курсе, что стал говорить без акцента?!

О Боги! За что мне всё это?

Уроки оказались для меня настоящей пыткой. А всё дело в том, что воспоминания Маркуса абсолютно не помогали, а скорее даже мешали.

Как я уже говорил ранее – боярич Дёмин был весьма посредственным человеком, а знания его обо всём были какими-то… поверхностными. Соответственно и учился он плохо, чего-то не понимая, во что-то не вникая, а на некоторые вещи попросту забивая.

И сейчас вся каша из его головы смешалась с моими личными воспоминаниями. Вот и тупил я на уроках, пытаясь хоть что-нибудь понять в математике, которая вроде как и схожа с привычной мне, но основывается на совсем другой теории, или разобраться в истории, которая совсем уж сильно разнилась с историей моего мира.

В общем, когда закончился четвертый урок, и наступила большая перемена, я своим видом напоминал задумчивого зомби, пытаясь осознать, что тут вообще происходит и как мне из этого выпутаться.

Витослав, который на уроках сидел с бояричем Дёминым за одной партой, пытался меня расшевелить, беспрерывно шутил, но успеха в итоге не добился, вызвав лишь приступ раздражения. К счастью, он это понял и махнув рукой, потащил меня в столовую, на обед.

Столовая располагалась в отдельно стоящем здании, во внутреннем дворе гимназии. И было в ней очень шумно и многолюдно.

– О, Киска! – воскликнул Витослав и хлопнул меня по плечу. – Пойдем к ней, там как раз места есть. Эй, Марк, ты чего?

А ответить ему я прямо сейчас не мог, потому что после его хлопка у меня в боку что-то словно взорвалось. Приступ боли был такой, что даже дыхание перехватило.

– Марк, ты нормально? – с искренним беспокойством в голосе спросил Большаков. – Может в больничку?

– Нет, Вить, всё нормально, – отдышавшись и осмотрев себя магическим зрением, ответил я. – Просто лечилка разрядилась.

– Лечилка… – задумчиво протянул Витослав. – Ладно. Пойдем займем места, потом я схожу за едой, а затем ты мне всё расскажешь. Идёт?

– Идет, – вздохнув, согласился я, решив, что проще будет действительно всё рассказать. Иначе от этого настырного боярича не отделаться.

– Вот и отлично! – враз повеселел этот тип, и потянул меня в нужную сторону, ловко протискиваясь между другими гимназистами и лавируя между столиками. – Киска, привет!

Этот приветственный крик был адресован сидящей в одиночестве смуглокожей девушки, что при нашем приближении устало закатила глаза.

– Вить, я же просил меня так не называть, – практически безэмоционально произнесла она.

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулся от её слов Большаков, бросил на один из свободных стульев свой портфель и повернулся в сторону раздачи. – Я за жратвой!

– Привет, Ханна! – поздоровался я с девушкой.

– Здравствуй, Маркус. Что-то давно тебя не было.

– Болел, – пожал я плечами, рассматривая эту… милашку.

Да, девушка на самом деле была очень и очень хороша собой. Немного смуглая кожа, длинные черные волосы и удивительные голубые глаза, которые придавали её образу некую изюминку.

Ханна Кискер. Ещё один изгой в этой гимназии. Ходят слухи, что Ханна внебрачная дочь князя Ульчинского и индейской женщины. И в это охотно верится, если знать некоторые нюансы.

Например то, что её мать выгнали из племени из-за беременности. Но она с дочкой совсем не бедствует, а живет в собственном домике в центре города. Да ещё и Ханна ходит в гимназию для сливок местного общества… Да и глаза, как говорят, у Киски один в один как у покойного князя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Впрочем, мне это всё не очень то и важно. В данный момент надо перекусить.

Спустя пятнадцать минут обед был съеден, а я почти закончил историю своего ранения. Без особых подробностей, правда. Мол, шёл себе, шёл, никого не трогал, а какие-то дебилы попытались меня ограбить и чуть не зарезали.