Тайна Мебиуса - Наталья Менщикова

Пошли мы с бабкой последнюю траву на зиму собирать для приготовления колдовского зелья. Надела на меня Сониха вышитую рубаху и сама надела похожую.

- Вышивка-то от разных бед бережет, ты молода ешо, знай.

В лесу и в горах змей было видимо-невидимо, поэтому бабка потребовала, чтобы я затвердила наговор от молнии, грозы и змей.

- Повторяй: "...тот золот человек, не боится ни огня, ни полымя, ни грома, ни молнии, ни колдуна, ни колдуньи, ни Змеястой Васлисы...".

В этих краях еще живо поверье, что змея может залезть в рот спящего человека, чтобы сосать кровь из сердца, иногда в утробе человека плодит змеенышей - до двенадцати штук. Поверье родилось, видимо, оттого, что со змеями были распространены и гельминты.

Влезли на гору. Бабка ходит, за травой наклоняется, прощенье у каждой былинки просит да заговоры, смачно сдобренные матом, читает. И меня научила, потому что самой стало тяжело наклоняться. Вставки из ненормативной лексики я, правда, опускала, хотя это самое настоящее русское языческое заклинание, и бабке помогало. Раз довелось мне на защите диссертации на тему "Происхождение русского мата" побывать. Защита проходила закрыто, потому что было еще советское время. Меня тогда затронуло заявление, что слово, обозначающее мужской половой член и состоящее из трех букв, которое можно обнаружить на любом заборе, отглагольное существительное от русского "куй": "Куй железо, пока горячо!". Подходящая этимология для соответствующего органа! Бабка свое дело знала туго.

На горе воинская часть располагалась. Ходить туда не позволялось, но именно там росло то, что нужно было бабке. Солдаты спустили собак. Псы побежали с горы, как в фильмах про фашистов показывают. Я испугалась и бросилась в кусты.

Сониха повернулась, глядя на разъяренных зверей страшными глазами и что-то бормоча. И когда, по расчетам по моим, псы должны были в нас вцепиться и разорвать в клочья, - вдруг они остановились, поджали хвосты, виновато завизжали, резко повернулись и убежали обратно.

Вернулись мы, бабка проследила, чтобы я хорошенько вымыла руки, что входило в колдовские меры предосторожности, а только после этого помогла ей разложить и подвесить траву для сушки в разные места. Полотенце Сониха вешала прямо на дерево.

- Это полотенце ешшо из моего свадебного приданого. Видишь, две птицы по сторонам куста вышиты - на счастье молодым, - показала она мне красными нитями вышитый на белом полотенце рисунок.

- А ты-то взамуж собирашься?

- Зовут. Боюсь.

- Кого боишься-то?

- Не знаю.

На движение Наташиной планеты, безусловно, влияли другие планеты, но она вертелась вокруг своей оси, как и полагается это делать всем уважающим себя планетам. А взаимоотношения с другими небесными телами всякий раз порождали метеоритные дожди, затмения и прочие неприятности.

- Свободу боюсь потерять, инстинкт самосохранения срабатывает.

- Досохраняшься, потом и сохранять неча будет. Идти надо взамуж и все!

- Подумаю.

- Не шибко-то думай, а то в вековухах просидишь. Доломаешься!

У меня бабка Сониха обнаружила порчу, сделанную "мужней женой", как она мне пояснила. Я отчетливо вспомнила этот случай. Однажды я выходила из квартиры и наступила на сухие березовые листья, лежавшие у порога. Был май, и появление прошлогодних листьев меня удивило. Это была порча насмерть, как определила бабка. Тогда я встречалась с женатым Денисом. Уж не из-за порчи ли у меня с мужчинами складывались сложные отношения, никого я не любила и было полное отвержение замужества?

Бабка потолкла в ступке какие-то сухие травы, заварила их, нашептала что-то над глиняной чашкой собственного изготовления - глину она брала под яром на речке, топтала ее ногами, а вместо гончарного круга использовала сковороду - дала мне выпить, а потом окатила водой с ног до головы. Особенно тщательно требовалось вымыть гениталии, так скомандовала бабка.

Научила меня Сониха, как бороться с ворами и злодеями разными, как порчу снимать, как ее наводить, используя фигурки из корней. А еще дала один рецепт от пьянства "на всяк случай", хотя сама созналась, что ничего-то ей не помогает от этого недуга, все получается, - а это никак.

Не как у Гоголя

В дверь позвонили. У меня прекрасная память, и я легко узнаю знакомые звонки. Это был соседский мальчишка, который обыкновенно приходил звонить по телефону. Последнее время он зачастил. На моем лице была персиковая маска, и я не открыла ему. Он позвонил несколько раз и продолжал стоять за дверью. Через некоторое время я услышала, что он стал совершать какие-то манипуляции с замком. Мне сразу стало ясно, почему я часто заставала его с дружком у моей двери, и почему его визиты с просьбами позвонить участились, и то, что во время своего телефонного разговора он среди казахских слов вдруг вставлял русские: "телевизор", "магнитофон". Речь шла о моем телевизоре и моем магнитофоне, хотя эти вещи давно пора было отдать "мусорщикам". Но даже не надо быть ведьмой, чтобы понять, что задумано что-то недоброе.

У меня была кошка, которую котенком я нашла 13 сентября в углу лестничного пролета, а потому назвала ее Косинусом. Она была вся черная, как пантера, был черным ее нос, губы, подушечки на лапках, даже во рту было все черно. Она быстро уловила мое состояние тревоги и неслышно, крадучись, будто тень, передвигалась по квартире, словно готовилась к прыжку, а когда я открывала входную дверь, начинала неистово кричать и бегать, вскакивать на ковер и, цепляясь за него когтями, перепрыгивать на шкафы, бросаться в кресла, на стол, тумбочки.

Я сказала заклинание, которому научила меня бабка Сониха. Согласно этому действу, кража либо вовсе не удается ворам, либо краденые вещи приносят столько несчастий, что лучше бы эти вещи и не попадали ни к кому в руки, кроме хозяина.

Холодный ветер пронизывал насквозь. Я ужасно замерзла и сразу бухнулась в ванну, не зажигая света в комнатах. Теплая хвойная вода возвращала меня к жизни. Вдруг я услышала знакомые звуки у замочной скважины входной двери.

- Вставь сюда спичку. А теперь легко...- услышала я голос своего соседа, который говорил на чистом русском языке, без признаков какого-либо акцента.

Вдруг сейчас они откроют дверь и войдут?.. Что будет?

Я позвонила сестре и сообщила, что операция, о которой я ее уже давно предупреждала, началась.

- Звоню в милицию! - ответила мне сестра и положила трубку.

Не дожидаясь милиции, я взяла в руки утюг и резко открыла дверь, сказав перед этим заклинание и поводив у двери дорогомиловским гребнем:

- Что надо?! - взвопила я на весь подъезд.

Воры быстро натянули на глаза спортивные вязаные шапки и молча, как по команде, побежали вниз по лестнице.