Дар богов - Анна Сергеевна Одувалова

скорее как магниты – тратим все усилия на то, чтобы не примагнититься окончательно. Точнее, я трачу, а Дар – нет. Силюсь его понять – и не могу.

– Я ведь ждала тебя, – говорю тихо, с трудом сдерживая злость на то, что он по-прежнему сводит меня с ума. – Ждала несколько лет. Ты хоть раз пожалел о том, что ушел, даже не прощаясь?

Не знаю, почему мне так важно получить ответ на этот вопрос. Возможно, я хочу убедиться в том, что ему все равно. Получить очередной удар ножом в сердце и наконец-то успокоиться.

Но, вопреки моим ожиданиям, Дар не пытается лукавить. Не пытается казаться бесчувственнее, чем есть на самом деле. Он тихо говорит то, из-за чего мое сердце рвется на части – я падаю и понимаю, что подняться уже не смогу, не получится вернуться в то состояние относительного спокойствия, которое я недавно обрела благодаря Энджелу.

– Каждый день…

– Тогда почему…

Закончить не могу, душат слезы. Вот зачем он тогда сделал это с нами? И зачем судьба свела нас снова?

– Тогда это казалось мне самым правильным решением.

– Винил меня? – с болью уточняю я.

– Тебя, себя, обстоятельства… Не знаю… Но совершенно точно не мог позволить себе быть счастливым. А с тобой тогда я был счастлив. И испортил все своими же руками. Это сложно было пережить. Я разрушил все… и никогда не смогу это искупить и исправить. Только сейчас я понял, что мне в любом случае жить с этим. В дорогих брюках, рваных шортах, на старой осе или новом магмобиле. Прошлое не исправишь, но у меня есть настоящее и, возможно, будущее, если я не наделаю ошибок.

С этими словами Дар срывается с места. Я инстинктивно вжимаюсь в кожаное сиденье, но оса трогается удивительно плавно, словно за кристаллом управления сидит кто-то другой. Парень, который не может исправить прошлое, но старается не допускать ошибок в настоящем?

Глава 8

Когда мы выруливаем с набережной на узкую, ведущую мимо небольших гостиниц и симпатичных жилых домов улицу, вижу впереди на перекрестке алый приметный магмобиль. Сердце замирает и совершает в груди кульбит. Появляется неприятное пугающее чувство стыда и страха, будто меня застукали за чем-то постыдным.

Помню, как в школе я попалась за попыткой изменить оценку по нелюбимому предмету. Тогда я чувствовала себя примерно так же. Одно из самых неприятных ощущений.

Едва мы приближаемся, магмобиль срывается с места и скрывается на соседней улице. Энджел? Он следил за мной? Или мне показалось? Мы с ним взяли приметный транспорт, но это Монарко – здесь парад дорогих тачек, и каждая третья красного цвета.

Но становится не по себе. Не знаю, от чего мне больше гадко: от того, что я соврала, или от того, что он за мной следит. И он ли? Или просто яркая машина? Остальное сделало мое собственное чувство стыда. И Энджел мне просто померещился, едва я увидела красный магмобиль.

– Что-то не так? – спрашивает Дар, видимо, заметив, что я слишком напряжена.

– Да так… Кажется, видела магмобиль Энджела. Но я не уверена.

– Переживаешь, что он нас заметил? – с усмешкой отмечает парень, а я злюсь.

– Да! – Я с вызовом оборачиваюсь к нему и ловлю в голубых глазах шальной азарт. Дар всегда слишком хорошо умел выводить на эмоции. Это его фишка.

– Интересно, почему? Ты делаешь что-то предосудительное? Ты же просто едешь со мной в магмобиле. Почему так боишься, что кто-то тебя заметит?

– Я еду в магмобиле со своим бывшим, с которым целовалась с утра! Прости, если меня это волнует. А Энджелу я сказала, что сижу в баре. Я терпеть не могу врать!

– Ну так не ври. – Дар пожимает плечами. – Я не узнаю тебя, Каро, – с издевкой говорит он. – Ты никогда не врала. Просто была выше этого. Делала то, что считаешь правильным, и не спрашивала ни у кого разрешения. Что случилось?

– Ты? – с болью уточняю я, понимая, что Дар к этим изменениям не имеет никакого отношения. Но мне неприятно слышать от него неудобную правду. Я сама не понимаю, что со мной. До приезда в Монарко я не замечала этих изменений. Мне просто было спокойно и комфортно. Спокойствие и комфорт – это ведь нормально? Просто я никогда не испытывала этих чувств.

– Нет, – усмехается он. – Нет. Тебя изменил не я. Тебя изменил он. Неужели ты этого не видишь?

Вижу. Но ни за что в этом не признаюсь. Просто потому, что мне самой очень не нравится это открытие. И я пока не понимаю, что с ним делать.

– Он был со мной в самый темный период моей жизни. Он помог мне выбраться из бездны, поэтому да, я ему благодарна. И да, я не хочу его расстраивать. Это нормально. Именно поэтому я не сказала, что уехала с тобой.

– Ненормально то, что ты уносишься в ночь с плохим бывшим, соврав такому хорошему настоящему. Возникает закономерный вопрос: так ли хорош этот настоящий?

– Я и забыла, что когда-то тебя не только любила, но и ненавидела, – признаюсь я. – Теперь начинаю вспоминать за что.

– Я просто говорю тебе правду.

– Зачем?

– Затем, что мне не нравится то, что он сделал с тобой, Каро, – отвечает Дар как-то слишком серьезно.

– Что он сделал? – начинаю раздражаться я. – Он исцелил меня своей заботой! Тем, что был рядом и помогал!

– Исцелил заботой или задушил? И ты уверена, что исцелилась? Глядя на тебя, этого не скажешь. Ты стала похожа на удобную куклу.

– Это бессмысленный разговор, – раздраженно отрезаю я и поворачиваюсь к окну.

Мы обогнули пешеходную часть набережной по жилым кварталам и сейчас снова свернули в сторону моря. Почти стемнело. В воде отражаются последние всполохи заката и загорающиеся звезды. Здесь так красиво, что захватывает дух и совсем не хочется думать о своей жизни. Оказалось, она у меня снова слишком сложная.

Темная тень осы появляется рядом с нами на повороте. С одной стороны скала, с другой – отвесный каменный склон и чернеющее море внизу. Я даже не понимаю, откуда вылетает сумасшедший гонщик. Сначала чувствую, как мотает магмобиль, слышу, как ругается Дар, и только потом вижу пытающуюся просочиться между нами и отвесной скалой тень.

– Что за…

Я сглатываю и вцепляюсь в ручки сиденья, а Дар резко уходит в сторону, чтобы не задеть гонщика на осе. Но тот словно специально еще сильнее сдает вбок, вытесняя нас с трассы. Этот маневр опасен, он рисковый и лишен логики и здравого смысла.

– Дебил… – шипит Дар, и магмобиль, вращаясь в воздухе, как волчок, улетает с трассы.

Я успеваю попрощаться с жизнью, но, к счастью, Дару удается его стабилизировать. Магмобиль делает круг, и, заложив еще один крутой вираж, в последний момент успевает заскочить на трассу, а не рухнуть на скалы.

На всей скорости мы лихо входим в следующий поворот. Магмобиль снова заносит, но у Дара получается его выровнять и затормозить в первом же кармане. Там дорога расширяется и есть обочина, на которой можно остановиться.

– Что это было? – выдыхаю я и опускаю взгляд на свои руки. Они дрожат. Накрывает осознание того, как близко к краю гибели мы оказались.

– Представления не имею! – Дар поворачивается ко мне. На его лице лихорадочный румянец, заметный даже в сумерках. – Этот идиот чуть не убил нас! Пусть только попадется! Жаль, что я не запомнил его осу!

– Совсем, что ли! Мы же могли пострадать! Как можно быть таким неаккуратным? – возмущаюсь я, пытаясь привести дыхание в порядок.

– Ты что, думаешь, это случайность? – зло усмехается Дар. – Нет, он хотел, чтобы мы улетели на скалы! Эта тварь пыталась нас убить! Я смог вырулить только потому, что долго занимался гонками и носил экзоскелет, с которым сложнее управлять магмобилем. Расчет был на то, что я не справлюсь с ситуацией.

– Но кто это? – ошарашенно спрашиваю я. – И зачем? Это какой-то бред!

– Представления не имею, кто и зачем. Но это точно была не случайность. Каро. Почему рядом с тобой кто-то всегда пытается убить или тебя, или твое окружение? Может, это твой дружок?

– Энджел? А ему-то зачем? – искренне удивляюсь я, игнорируя нападки. В конце концов, в последние несколько лет меня никто убить не пытался. – Скорее, кто-то мстит тебе. Ты ни у какого гонщика девушку не уводил?

– Не моя тема, – отрезает Дар. – И ты прекрасно это знаешь. У меня нет привычки размениваться или брать чужое. Представления не имею, кто это, но на осе он