С/С том 29. Никто ничего не заподозрит. Спокойной ночи. Игра в гольф - Джеймс Чейз

Я больше ничего не мог добавить к этому, так как совсем не знал систем оружия.

Он улыбнулся, обнажив ряд желтых, напоминавших клавиатуру, зубов.

— Да, да… теперь многие интересуются ручным оружием… очень современно… часто приходится стоять перед необходимостью самозащиты… не так ли, сэр? У меня найдется кое-что для вас. — Черные проницательные глаза ощупывали мое лицо. — Цена немного выше обычной, но зато оружие отличное: полицейский автоматический пистолет, калибр 3,38 — редкий экземпляр.

Я не знал, что ему ответить. Мне нужен был револьвер, чтобы убить Видаля, но об этом я не мог сказать. Между тем он продолжал:

— Я вам отдам его за сто тридцать долларов. — Черные глаза испытующе смотрели на меня. — Великолепный экземпляр, сэр.

— Ну что ж, покажите.

Он вышел и вскоре вернулся, положив передо мной револьвер. Холодная дрожь пробежала по моему телу, когда я рассматривал короткий ствол, спусковой крючок и вороненую металлическую рукоятку.

— Вы живете поблизости, сэр? Теперь здесь стало опасно. Лет тридцать назад здесь было спокойно, а теперь люди приходят ко мне в страхе: они боятся, и им нужно защищаться. Но с такой штучкой, — он поднял револьвер и любовно погладил его, — можно спать спокойно.

— Я ничего не понимаю в револьверах. Покажите, пожалуйста, как им пользоваться.

Десятью минутами спустя я вновь окунулся в жару и истер. В кармане брюк притаился купленный пистолет.

Вернувшись в резиденцию Видаля и оставив машину на стоянке, я направился к дому. Тут я увидел, как по ступенькам лестницы спускались доктор Фонтэн и какой-то плотный невысокий мужчина, который, по-видимому, был приглашенным специалистом по нервным заболеваниям. Они увлеченно о чем-то спорили. Фонтэн, наклонившись вперед своим птичьим лицом, полным беспокойства и тревоги, видимо, в чем-то не соглашался с коллегой, так как отрицательно махал рукой. Они сели в машину Фонтэна и уехали.

Неожиданно откуда-то вынырнул Дайер. Увидев меня, он спустился со ступенек и направился в мою сторону.

— Где вы были? — спросил он.

— Ездил по делу, а что случилось?

— Состоялся консилиум. Они считают, что это нервное потрясение. Фонтэн сообщил Видалю, и тот возвращается.

Внезапный шквал дождя и ветра заставил его отступить внутрь помещения. Я последовал за ним.

— Ну и ну! — воскликнул Дайер. — Видимо, урагану не миновать нас. Вы слышали полчаса назад предупреждение по радио?

Все эти разговоры об урагане меня ничуть не трогали.

— Так вы говорите, что это нервное потрясение?

Он пожал плечами.

— Смотрите, как кругом все заволокло. Сообщили, что урагана такой разрушительной силы не было с 1928 года.

Он посмотрел на низко нависшее над нами свинцовое небо, затем, покачав головой, вышел под дождь и побежал по дорожке к служебному корпусу. Я медленно побрел к себе.

Конни разговаривала по телефону, зажав в толстых пальцах надкушенную сосиску. Вскоре она закончила разговор и повесила трубку.

— Я заказала две визы, мистер Бэрдн, для мистера и миссис Мауэр. Я послала за ними Поттера.

— Хорошо, — ответил я. — Что еще было без меня?

— Была одна заявка…

До меня не доходило ни одно ее слово. Итак, он возвращается, но когда? Я щелкнул выключателем коммутатора.

— Это Бэрдн, — сказал я, когда Дайер снял трубку. — Когда возвращается Видаль? Может, надо заказать билеты?

— Он уже в пути. Ожидаем завтра в шесть. Шофера уже предупредили. Для вас, Бэрдн, на этот счет ничего не осталось.

Щелкнув выключателем, моя рука незаметно сползла вниз, коснувшись при этом холодной стали револьвера.

— Извините, мистер Бэрдн, — сказала вдруг Конни, — можно мне позвонить в бюро погоды?

Я был настолько поглощен своими мыслями, что даже вздрогнул при звуке ее голоса. Ресницы мои заморгали.

— Что вы хотели, Конни?

— Хотела позвонить в бюро погоды.

— Конечно позвоните.

Дежурный на метеостанции ответил, что к Флориде приближается ураган по имени «Гермес» со скоростью двадцать миль в час. Если он не свернет, что маловероятно, то он пронесется над Ки Уэстом через два дня, а затем на следующее утро достигнет Майами.

Я вопросительно взглянул на Конни. Она же спокойно извлекла из бумажной сумки сверток с очередным бутербродом.

— Не хотите ли кусочек, мистер Бэрдн?

В то же самое время зажужжал зуммер коммутатора.

— Не зайдете ли ко мне, дружище? — раздался голос Дайера. — Возьмите только зонт, а то хлещет как из ведра.

Пока я перебегал через двор к служебному корпусу, я промок до нитки. Дайер сидел за столом, телефонная трубка была у уха. Закончив разговор, он как-то косо улыбнулся мне.

— «Гермес» натворил уже много бед. Приближается к нам. С завтрашнего дня вся работа сворачивается. Часть сотрудников переезжает в Даллас, там вторая штаб-квартира «малыша», остальные остаются дома. Что будете делать вы, Бэрдн? Останетесь здесь или пойдете домой?

— Не разделяю ваших опасений. Откуда столько суматохи?

Он засмеялся.

— Еще бы, вы же из Бостона. Вы никогда не видели настоящего урагана, а потому вам этого не понять. Миграция уже началась. Сильные мира сего уже двинулись. Все, кто могут, сматываются. Парадиз Майами, Форт Лодердейл пустеют. Если он решит остаться, я тоже останусь, а это довольно тоскливо: одни консервы, без электричества, дьявольский шум. Что же вы решили? Советую отправиться домой. Вся работа приостанавливается.

— А как же быть с миссис Видаль? Ее куда-нибудь перевезут?

Он пожал плечами.

— Это не моя забота. Пусть решает «малыш». Он приезжает завтра, и, надеюсь, ее переправят в Даллас. Мне нужно знать, где будете вы. Как только ураган промчится, мне надо будет всех собрать. Где искать вас?

— Я останусь здесь… Если Видаль переедет в Даллас, тогда буду дома.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Как хотите. Работы здесь не будет, но если вы хотите остаться, то мне будет веселей. Тогда захватите из дома все необходимое на несколько дней, потому что послезавтра на улицу уже не выйдешь.

Страшный удар грома потряс стекла в окнах. Дождь стоял сплошной стеной. Мне пришлось одолжить зонт у операторов, чтобы добраться к себе.

Конни я отпустил домой, сказав, чтобы она больше не приходила, пока не пройдет ураган. Затем, позвонив миссис Клеменс по коммутатору, я сказал:

— Мистер Дайер сказал, что я смогу переждать ураган здесь. Это можно устроить?

— Да, конечно, мистер Бэрдн. Комната два рядом с вашим кабинетом.

Это было в нескольких десятках шагов от спальни Вал.

Около шестнадцати часов дождь немного стих, и Конни отправилась домой. После ее ухода я закурил сигарету и откинулся в кресле. Итак, Видаль возвращается завтра. Я проведу следующую ночь здесь, рядом с Видалем и Вал.

Вынув из кармана револьвер, я внимательно разглядел его. Старый негр объяснил мне, как пользоваться предохранителем, как заряжать и разряжать оружие. Сейчас револьвер был разряжен, но у меня в кармане было шесть патронов. Подняв оружие, я прицелился и нажал на спуск. Послышался сухой, колющий звук. Положив затем револьвер в портфель, я закурил новую сигарету. Теперь пришло время решать, какой выбрать способ, чтобы безопаснее расправиться с Видалем. Надо сделать так, чтобы никто не заподозрил ни Вал, ни меня.

Сидя за письменным столом и прислушиваясь к бушевавшей снаружи стихии в течение двух следующих часов, я перебрал в голове всевозможные способы убийства Видаля, рассматривая одни более подробно, другие отвергая напрочь. Я пытался убедить себя, что возможность обязательно представится. Наконец, убедившись, что ничего конкретного я придумать не могу, я отправился домой.

Ветер раскачивал пальмы, движение транспорта заметно поредело, и почти все было направлено из города. Автобусы были переполнены людьми пожилого возраста.

Дайер оказался прав. Миграция началась. На торговых улицах спешно снималась электрическая реклама, закрывались жалюзи на витринах. В жилых домах на крышах домов копошились люди, укрепляя кровлю, закутывая в тряпки трубы своих домов.

Встречный ветер был такой силы, что автомобиль с трудом двигался в нужном направлении. Время от времени его заносило и разворачивало поперек улицы. Наконец мне удалось добраться до своей квартиры, и море дождя осталось позади.

Дома я застал Роду, стоявшую у окна и наблюдавшую за тем, что творилось на улице.

— Ураган все-таки приближается, — сказал я, укладывая портфель, в котором находился револьвер, в ящик письменного стола, — Ты видела, какие везде идут приготовления?

Она молчала и не оборачивалась.

Нахмурившись и пожав плечами, я направился в спальню. На кровати стоял чемодан. Оглядевшись, я подошел к нему и приподнял крышку. В нем было собрано кое-что из одежды Роды. Вернувшись в комнату, я спросил: