Защитники неба - Леонид Михайлович Млечин

Горький”. Эти коридоры, этот салон, эти кабины, этот мощный гул восьми моторов, эта внутренняя телефонная связь — все было не похоже на привычную для меня воздушную обстановку.

Но еще больше, чем техническим совершенством самолета, я восхищался молодым экипажем и тем порывом, который был общим для всех этих людей. Я восхищался их серьезностью и той внутренней радостью, с которой они работали. Чувства, которые обуревали этих людей, казались мне более мощной движущей силой, нежели сила восьми великолепных моторов гиганта».

Владимир Михайлович был счастлив.

В феврале 1933 года за выдающиеся успехи в конструировании тяжелых цельнометаллических самолетов и за их внедрение в серийное производство Петлякова наградили орденом Красной Звезды, а в декабре — орденом Ленина.

Петлякова называли правой рукой Туполева. А он мечтал о самостоятельной работе. И в 1936 году занял должность начальника конструкторского отдела, а летом 1937 года стал заместителем главного инженера ЦАГИ. Среди прочего он отвечал за летные испытания новых машин и передачу их в серийное производство.

Лауреат Ленинской и Сталинской премий авиаконструктор Леонид Львович Кербер вспоминал Петлякова:

«На любом совещании он сидел молча, только пытливые и умные глаза выдавали работу его мысли. Вслушиваясь в мнения, он анализировал их, отбрасывал всю словесную шелуху (а на совещаниях, особенно в министерствах, ее наберется процентов восемьдесят от сказанного), вынашивал решение, затем четко, немногословно его сообщал.

Большинство этот процесс не понимало и считало Петлякова простым исполнителем воли и решений Туполева. На самом деле это было не так. Конечно, общие решения принимал Туполев. Детальную же разработку вел Владимир Михайлович.

А чертежи самолета Пе-2 он выпустил уже без всякого участия Туполева. Короче, он был совершенно самостоятельным главным конструктором…

Он был мягким, застенчивым человеком. Прикрикнуть, а тем более отругать подчиненных он не мог, точно так же, как не привык жаловаться на них начальству. Коллектив эти его черты знал, уважал Владимира Михайловича и работал дружно, а главное, внутренне очень напряженно».

Петляков занялся созданием дальнего четырехмоторного бомбардировщика — ТБ-7. В 1936 году начались летные испытания. И самолет понравился знаменитому летчику-испытателю Герою Советского Союза Михаилу Михайловичу Громову.

Петлякова отправили в служебную командировку во Францию и Соединенные Штаты — изучать европейское и американское авиастроение. А осенью 1937 года арестовали — вместе с целой группой работников ЦАГИ. Обвинение стандартное: «вредительство».

Задание выполнено!

Владимира Петлякова определили в так называемую «шарашку», где бесплатно трудились арестованные специалисты, — в Центральное конструкторское бюро № 29 Наркомата внутренних дел СССР. Ему поручили создание совершенно нового дальнего высотного скоростного истребителя. Его именовали «Соткой». Владимир Михайлович справился с заданием в рекордные сроки. Так появился двухмоторный высотный истребитель, снабженный герметичной кабиной. В мае 1940 года во время первомайского парада его самолет показал восхищенным зрителям фигуры высшего пилотажа.

Но Красная армия уже приняла на вооружение истребитель, разработанный Артемом Ивановичем Микояном и Михаилом Иосифовичем Гуревичем. К тому же и война в Испании, и Финская кампания, и начавшаяся в Европе Вторая мировая изменили потребности военно-воздушных сил. В небе разыгрывались настоящие сражения. И бомбардировочная авиация приобрела особое значение.

Летом 1940 года объединенные англо-французские силы были разбиты вермахтом. Франция поспешно капитулировала. Островная Англия могла выжить только с помощью Соединенных Штатов и полностью зависела от доброй воли президента Франклина Рузвельта, которого в ноябре 1940 года переизбрали на третий срок.

Нацистская Германия располагала значительными сухопутными силами, но Адольф Гитлер и его генералы не решились совершить бросок через пролив Ла-Манш и высадиться на Британских островах. Германия не располагала флотом, достаточным для такой грандиозной десантной операции. Тогда рейхсмаршал Герман Геринг твердо пообещал фюреру, что его летчики сравняют Англию с землей.

24 августа 1940 года первые бомбы упали на Лондон, и в Ист-Энде вспыхнули пожары. А через две недели, 7 сентября, в субботу, небо словно заволокло тучами — немецкие бомбардировщики обрушились на город. Их прикрывали истребители, которые вились вокруг них, как пчелы вокруг матки. Ночью немецкие самолеты вернулись — 247 «Юнкерсов». Бомбили до 4.30 утра.

С этого дня бомбардировки продолжались каждый день, и утром, и ночью. 170 «Юнкерсов» днем, 200 — ночью. Тысячи лондонцев остались без крова. В уцелевших домах не было ни газа, ни электричества, ни воды. Многие убежища оказались недостаточной защитой от мощных бомб. В Англии только что появившемуся телевидению запретили выходить в эфир: опасались, что вражеские бомбардировщики будут наводить на цель по излучению телепередатчиков. По всему городу погасли огни, Лондон погрузился в темноту. Приняли закон, который запрещал несанкционированное использование сирен и заводских гудков. В июне 1940 года церквям запретили звонить в колокола.

Зенитный огонь был поначалу малоэффективным. В сентябре 1940-го на один сбитый самолет уходило 30 тысяч выпущенных снарядов. Ситуация изменится, лишь когда у англичан появятся радиолокаторы, которые снизили эффективность налетов немецкой авиации на Лондон. Уходя от зенитного огня, немецкие бомбардировщики сбрасывали груз с большой высоты и промахивались. Вместо портов и железных дорог бомбы попадали в жилые дома.

Бомбардировщики превратились в оружие стратегической важности. И Владимиру Петлякову поручили срочно переделать свой новый истребитель в трехмоторный пикирующий бомбардировщик, крайне нужный войскам. «Так появилось постановление правительства, — вспоминал заместитель Петлякова Александр Михайлович Изаксон, — где нам предлагалось сделать из “сотки” пикирующий бомбардировщик».

Петляков исполнил казавшееся невыполнимым задание. Более того, он блестяще справился с задачей. Испытывал новый самолет известный летчик-испытатель Петр Михайлович Стефановский, будущий генерал и Герой Советского Союза. Он уважительно говорил о Петлякове: «Я много лет работал с конструктором. Чудесный был человек. Простой, обходительный, уравновешенный, вечно обуреваемый новыми мыслями, идеями, поисками».

Новая машина так понравилась, что ее сразу запустили в серию. Начальник ВВС РККА генерал-лейтенант Яков Владимирович Смушкевич[5] 23 мая 1940 года предложил наркому авиапромышленности Алексею Ивановичу Шахурину немедленно начать производство самолета на заводе № 22 в Филях: «“Сотка” летает быстрее, кроме того, этот самолет, судя по макету, очень хорошо приспособлен для бомбометания из пикирующего положения. И “Сотка” имеет большие перспективы для развития».

Летом 1940 года Владимира Михайловича освободили вместе с помощниками. Началась новая жизнь, невероятно насыщенная. «Сотку» переименовали в Пе-2. Так появился один из главных бомбардировщиков времен Великой Отечественной. Вот что показали результаты испытаний:

«Самолет Пе-2, построенный на заводе № 39 имени Менжинского, является первым отечественным скоростным пикирующим бомбардировщиком. Полученные максимальные скорости ставят Пе-2 в ряды лучших наших серийных и, по имеющимся данным, европейских самолетов данного класса.

Широкое применение электромеханизации и частичное внедрение автоматов значительно облегчает управление агрегатами самолета и моторов. Установленные на самолет модифицированные моторы… можно нормально эксплуатировать на всех высотах на номинальной