Тайна рода Загорских - Алёна Токарева

Вот та стоит перед зеркалом и с удивлением вглядывается в своё бледное отражение — глаза запали, под ними явно обозначились тёмные круги, румянец исчез. К тому же она уже не первый день испытывала сильные приступы утренней тошноты.

— Что со мной? — спрашивала себя Дарья Сергеевна. При этом держалась за комод, ибо голова невыносимо кружилась. — Откуда такой измученный вид? И дурнота? Я что, заболела?

Пришлось послать за домашним доктором. Давненько она не прибегала к его услугам — вроде как не было необходимости.

— Дарья Сергеевна, голубушка, что-то вы неважно выглядите… — не удержался тот от замечания, едва переступив порог её опочивальни, где она теперь часто отдыхала.

— Да вот и я о том же, Пётр Игнатьевич… — досадливо поморщилась хозяйка. Всё же неприятно, когда напоминают, что ты утратила былую привлекательность. — Ещё и чувствую себя ужасно… Совсем нет сил. И эта постоянная дурнота…

— И давно она у вас? — Пётр Игнатьевич с озабоченным видом начал осмотр.

Это был почтенный седовласый господин в пенсне и с бородкой клинышком, доктор с большим опытом, который ещё пользовал ныне покойных родителей Дарьи Сергеевны. По мере того как он производил осмотр и задавал наводящие вопросы, лицо его светлело и озарялось доброй улыбкой.

— Милая Дарья Сергеевна, вас можно поздравить… — наконец, произнёс доктор.

Снял пенсне и стал тщательно протирать его носовым платком.

— С чем это? — удивилась та, застёгивая нижнюю сорочку.

Действительно, какой повод для радости, когда всё плывёт перед глазами?

— Скоро вы станете матерью! — торжественно заявил Пётр Игнатьевич, более не сдерживая улыбки.

Руки Дарьи Сергеевны замерли, так и не застегнув последней пуговицы. Вот это новость! «Ребёнок? От кого? — лихорадочно заметались мысли в её голове. — В последнее время я вроде бы ни с кем… Только… Ярослав-Ярославушка… Неужели от него?»

— А вы, я вижу, совсем не рады? — разочарованно проговорил доктор.

Глупый старик! Совсем ничего не соображает. И не может понять, что для знатной дамы ребёнок — не всегда повод для радости. Особенно при том образе жизни, который она ведёт.

— Так ведь я пока не замужем, Пётр Игнатьевич… — изобразила смущение Дарья Сергеевна. — Была когда-то, но давно…

— Ах, ну да… — встрепенулся доктор, на минуту спустившись с небес на землю. — Но это ничего…

Он тоже немного смутился, не решаясь продолжить беседу на щекотливую тему. Да и что советовать? Срочно выйти замуж? Для Дарьи Сергеевны это не проблема — поклонников у неё хоть отбавляй. Она дама самостоятельная и решительная, что-нибудь придумает.

— Да как сказать… — с лёгким раздражением в голосе ответила хозяйка. — Ничего-то ничего, но всё же…

— Только избавляться от плода, прошу вас, не надо… — слегка кашлянув, поговорил он. — Это и для здоровья опасно, и не по-божески…

Дарья Сергеевна бросила на него насмешливый взгляд. «Уймись, глупый старикашка! Я сама знаю, что мне надлежит делать…» — красноречиво читалось в её глазах. Но вслух произнесла:

— Надеюсь на вашу порядочность, Пётр Игнатьевич… Я попала в весьма затруднительное положение…

— Не извольте беспокоиться, любезнейшая Дарья Сергеевна, — с лёгким поклоном произнёс тот, сообразив, что дальнейшие разговоры неуместны. — Всё останется между нами… В остальном у вас со здоровьем полный порядок… Засим позвольте откланяться…

— Желаю здравствовать, Пётр Игнатьевич, — улыбнулась Дарья Сергеевна одними уголками рта.

Когда за доктором закрылась дверь, она в бессильной ярости ударила кулаком по подушке.

— Угораздило же меня! — вскричала барыня. — Всегда такая осторожная, а тут недоглядела… И от кого? Ладно бы от человека моего круга — в конце концов, можно было бы и, правда, выйти замуж… А то от мужика чумазого, которого, к тому же, уже нет в живых!

Она прилегла, потом немного успокоилась и задумалась: «А Ярослав-Ярославушка был молод, умён да так пригож… И стать крестьянская, крепкая… От него ребёночек получился бы на загляденье! Только вот как быть, если я не замужем? Разве что срочно пойти под венец, а потом сказать, что ребёночек родился раньше срока?»

Так она размышляла, перебирая в голове возможных кандидатов на её руку. Ну и на состояние, конечно. Но что-то не находилось никого подходящего. Молчало её сердце, молчала душа. В деньгах она не нуждалась — сама была богата сверх меры. Не так ей представлялось будущее. Как осталась без родителей — а случилось это довольно рано — так и стала жить по-своему. Сразу вышла замуж за друга семьи, который был человеком состоятельным и много старше. Тот предложил одинокой юной Даше своё покровительство, и она не отказалась. Любви между ними не было, и они сразу договорились, что каждый будет жить своей жизнью. Дашу это вполне устраивало — муж не беспокоил её своими притязаниями, не задавал лишних вопросов и не требовал отчёта. Просто мечта! Она вроде бы считалась замужней дамой, но в то же время была свободна как ветер.

Вскоре муж ушёл в мир иной, и Даша опять осталась одна. Впрочем, её это нисколько не тяготило. Богатая молодая вдова ни в чём себе не отказывала. Иногда она, конечно, мечтала о своём единственном, но вновь идти под венец не торопилась. Думала — нагуляется, натешится, а потом встретит настоящую любовь. Вот тогда уж и выйдет замуж. И вдруг неожиданная беременность, когда надо спешно искать хоть какого-то мужа. Полное разочарование.

Может, избавиться от этого несчастного, никому не нужного ребёнка? Дарья Сергеевна много душ загубила на своём веку, но тут её что-то останавливало. Всё-таки ведь собственное дитя, которое у неё под сердцем. Как его изничтожить? Уж этого-то греха ей Господь точно не простит. Однако, что же делать?

«Нет, замуж за кого попало не хочу. Буду жить, как жила, — решила она. — А когда моё положение станет заметно, уеду в дальнюю деревню — есть у меня такая — и рожу там ребёнка в тайне от всех… А дальше его куда? Отдам-ка Лукерье! Та, поди, убивается по Ярославушке, вот и будет ей утешение… Перевезу её в ту деревеньку. Не оставлять же под боком с малым дитём! А то пересуды пойдут — мол, что да как, да откуда… Тогда точно дознаются. Хотя я и не очень-то боюсь мнения местного общества, но совсем уж чернить свою репутацию ни к чему… Да, решено! Дам Лукерье денег — хороших денег,