Адмирал Империи 14 (СИ) - Коровников Дмитрий

1 космическая крепость класса «Еникале», (временно не эксплуатируется, требуются восстановительные работы)…

2 легкие галеры, (временно не в строю, требуются восстановительные работы)…

440 универсальных единиц интария…

70 запасных орудийных «обойм»…

По итогу сражения российский Черноморский космический флот теперь контролировал «врата» в османскую звездную систему «Анадолу» и весь ближний сектор пространства между планетами Адана-4 и Адана-5…

— Это было даже легче, чем я рассчитывал, — усмехнулся Василий Иванович, обводя взглядом победителя офицеров на мостике «Сисоя Великого»…

Глава 9

Место действия: звездная система HD 21771, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Тарс» — сектор контроля Османской Империи.

Нынешний статус: не определен — спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Османская Империя.

Расстояние до столичной звездной системы «Румелия»: 37 световых лет.

Точка пространства: сектор межзвездного перехода «Тарс — Эдирне».

Дата: 29 февраля 2215 года.

Одновременно с действиями 3-ей «линейной», наша 2-ая «ударная» дивизия в составе восемнадцати боевых кораблей, выстроившись не в походную колонну, как это делал Козицын, а плотный «конус», приближалась к межзвездному переходу «Тарс — Эдирне». Данные «врата» действительно являлись крайне важной целью для осуществления всей нашей операции, ибо именно через них в «Тарс» на помощь Хасану Рейсу в любой момент могли проникнуть резервные дивизии османов из космофлота Южных Сил Обороны…

После того, как Кондратий Витальевич немного отошел от разговора на повышенных тонах с командующим Черноморским флотом и разобрался в ситуации, складывающейся в системе «Тарс», он понял, что Самсонов своим распоряжением абсолютно не задвигал Белова на задний план, отправляя его и его дивизию на якобы несложное задание — а именно, взятие под контроль перехода на «Эдирне». На самом деле именно эта точка пространства являлась ключевой в стратегии захвата и удержании «Тарса», как плацдарма для дальнейшего продвижения вглубь сектора контроля Османской Империи…

Владеть данными «вратами» было, если мыслить более широко, делом куда более важным, чем участвовать в главном сражении у центральной планеты Адана-3, к которой сейчас двигалась основная часть Черноморского флота, и где вскоре должно было стать очень жарко. К тому же противостояние с Хасаном Рейсом вообще-то не могло считаться главным, за неимением у Рейса достаточных сил. Под рукой адмирала-паши было по нашим данным не более двух линейных дивизий, так что у планеты Адана-3 намечалось не сражение, а скорее рядовой бой…

Успокоившись, командующий 2-ой дивизией перевел взгляд на тускло мерцающий переход, к которому приближались его корабли, и таможенную станцию, одиноко парящую в безвоздушном пространстве рядом с ним. Судя по показаниям сканеров, станция османами была покинута, кроме этого весь сектор, куда дотягивались сканеры дальнего обнаружения, был сейчас полностью чист, будто и не было никого…

Несмотря на то, что признаков возможной засады обнаружено не было, Белов повел себя крайне осмотрительно, остановив на расстоянии в два миллиона километров свою дивизию и выслав к таможенному посту и «вратам» небольшую разведгруппу, состоящую из трех крейсеров и одного линейного корабля. Группа двигалась к станции в сопровождении нескольких эскадрилий палубных истребителей на случай непредвиденных действий…

— Вот, так! — хлопнув по подлокотнику кресла, воскликнул Кондратий Витальевич, ловя на себе удивленные взгляды офицеров на капитанском мостике, радуясь тому, что оказался права в своих догадках. — Клюнули, красавчики…

Реакция командующего была объяснима, ибо как только наши корабли — разведчики приблизились к пустующим ангарам и модулям местной ТС, та неожиданно озарилась ультрамариновыми всполохами огней силовых установок и в открытое пространство с пирсов станции вырвалась целая эскадра противника. Девятнадцать вымпелов, практически столько же, сколько было сейчас под рукой Белова. Вроде бы равные силы, но лишь по количеству, а не по характеристикам. С вошедшими в состав русской дивизии резервными дредноутами 2-ая «ударная» казалась просто непобедимой…

Кондратий Витальевич видел, что основную часть дивизии османов составляют легкие галеры. Это значило, что бой будет скоротечным и победным для нас.

— Кто перед нами? — коротко спросил командующий.

— 3-я «линейная» Космофлота Северных Сил, — ответил дежурный оператор. — Это Кара Давут, господин командующий…

— Отлично, старый знакомый, — усмехнулся Кондратий Витальевич, вспоминая это имя еще с прошлой кампании. — Вот мы с тобой и снова свиделись…

Белов вспомнил как бился против Кара Давута в Адрианопольской битве несколько лет тому назад, и в той битве его дивизия опрокинула эскадру адмирала-паши, стоящую в авангарде общего построения османского флота, заставив Давута бежать под прикрытие второй «линий» построения на глазах у султана Селима. Такое забыть нельзя, Кондратий Витальевич усмехнулся. Помнил этот позор конечно же и сам Кара Давут…

В одночасье почти двадцать вымпелов противника широким охватом окружили и пошли на сближение с нашей дозорной группой. Как османскому адмиралу удалось уместить всю свою дивизию в доках таможенной станции, было не понятно. Возможно, это удалось сделать из-за небольших размеров легких галер, не занимающих много места на пирсах. У Кара Давута кораблей такого класса оказалось большинство, а именно двенадцать единиц. Остальные были тяжелыми и легкими крейсерами. Единственным линкором в подразделение османов был флагман адмирала-паши Давута под названием «Османие». Тем не менее, этих сил был вполне достаточно, чтобы уничтожить четыре русских вымпела группы разведки.

Которые, странно, но вместо того, чтобы после обнаружения вражеской дивизии, развернуться и уйти под прикрытие основных сил 2-ой «ударной», встали как вкопанные, прижались друг к другу и, похоже, решили биться до конца…

Остальная дивизия Белова находилась слишком далеко от места намечавшегося боя, поэтому нашему передовому отряду пришлось несладко. Окруженные со всех сторон три русских крейсера и линкор «Новгород» заградительным огнем и палубными эскадрильями изо всех сил старались отогнать от себя «рой» турецких кораблей, будто злые москиты набросившихся на них.

Первым дело Кара Давут выпустил в пространство все имеющиеся на своих кораблях тяжелые «спаги», которых набиралось больше сотни единиц. Обладая почти двукратным численным превосходством и фактором неожиданности, да еще и поддержанные со средней дистанции огнем галер, турецкие истребители атаковали наши МиГи и после непродолжительного ожесточенного боя опрокинули их, заставив оставшиеся несколько машин отступить под защиту основных кораблей.

После этого «спаги» не теряя времени набросились на русские дредноуты, самоотверженными действиями и своей гибелью уничтожая один транслятор энергетических полей за другим. Наши корабли буквально за считанные минуты остались абсолютно «голыми» без какой-либо энергозащиты. Последние «спаги» были без труда расстреляны с ближней дистанции русской зенитной артиллерией, ибо слабая маневренность данных истребителей, оказалась в этот момент фатальной. Но свою миссию османские пилоты выполнили, теперь русские корабли получали прямые попадания непосредственно в броневую обшивку…

У наших крейсеров пошли первые серьезные повреждения, в результате чего сразу несколько орудийных расчетов были выведены из строя. Плазма из сотни турецких пушек непрекращающимися волнами захлестывала русские корабли, вырывая куски их обшивки и все глубже и глубже вгрызаясь и их корпуса…

— Переходим на «форсаж»! — закричал адмирал Белов, понимая, что просчитался, слишком уж уверовав в непобедимость своих новых кораблей. — Быстрей, там наши погибают!