Адмирал Империи 14 (СИ) - Коровников Дмитрий

Основная часть зарядов была выпущена ими на дальней дистанции в триста тысяч, когда попасть даже в скопление кораблей, а не то, чтобы в один вымпел, было делом нелегким. Комендант «Еникале-4», видимо, сильно нервничал и поэтому начал палить из всех имеющихся у него установок, в большинстве своем попусту растрачивая орудийные обоймы.

Однако уже с расстояния в пятьдесят тысяч километров гарнизонная артиллерия османов била по нам уже гораздо эффективней. Фронтальные и бортовые поля передовых дредноутов 3-ей «линейной» дивизии быстро истончались и доживали свои последние минуты. Единственное, что спасало атакующие корабли, так это относительно небольшое количество действующих артиллерийских установок «Еникале». Двенадцать стационарных орудий, тем более, разбросанных по всему внешнему периметру крепости, не могли, как бы ни старались, сдержать навала русской дивизии. Космических крепостей у султана Селима было много, но качеством и боевыми характеристиками они, за исключением одной-двух, они никогда не отличались. Вот и сейчас Козицыну противостояла стандартная крепость без каких-либо дополнительно-установленных бастионов и вторых слоев броневой обшивки…

Как и предполагалось практически все заряды артиллерии «Еникале-4», выпущенные в первую волну, не достигли своих целей, уйдя в пустоту, либо растворяясь в защитных полях наших дредноутов. Буквально несколько из них сумели пробиться сквозь энергощиты и ударить по броне, но повреждения от них не причинили большого вреда ни одному из вымпелов 3-ей «линейной». На ближней дистанции османы приноровились и били уже не в молоко, постепенно выжигая процент за процентом поля кораблей авангарда Козицына, но времени у защитников «Еникале» для того, чтобы довести свою работу до завершения оставалось критически мало. Русские корабли были уже непосредственно перед стенами «сферы» османской твердыни.

По приказу Василия Ивановича в открытое пространство из ангаров его новых дредноутов вынырнули палубные эскадрильи наших МиГов. Не теряя времени на перегруппировку наши асы ринулись к крепости с задачей уничтожить все имеющиеся на ее поверхности действующие трансляторы энергополей. Что и было сделано ими буквально за считанные минуты. Гарнизонная эскадрилья тяжелых «спаги» из тридцати машин, вышедшая было на перехват русских истребителей, была взята в клещи и нещадно истреблена палубниками с «Сисоя Великого»…

Накал сражения нарастал. Лишившись после уничтожения трансляторов своих защитных щитов, турецкая космическая крепость стала отличной мишенью для наших артиллеристов. Броневая обшивка, какая бы она не была толстая, не могла долго сдерживать работу более чем сотни русских палубных орудий. Одно за другим начали выходить из строя и навсегда замолкать стационарные батареи «Еникале», каждая наша группа кораблей концентрировала огонь по очередному орудию османов, через минуту-другую полностью разрушая орудийную башню и выжигая все живое внутри такой батареи. Из двенадцати пушек к этому моменту по нашим кораблям продолжали бить лишь семь…

Комендант вражеской крепости, видя незавидное положения в котором оказался его гарнизон и растерявшись от непонимания, как русским так быстро удалось подойти практически вплотную к «сфере», причем с такими незначительными для себя потерями, решил ввести в бой свой последний и самый мощный резерв. Десять вымпелов эскадры охранения «Еникале-4», в составе восьми галер и двух крейсеров, сорвались с пирсов и ринулись наперерез одной из наших групп кораблей, оказавшейся совсем близко от крепости…

Безусловно это был жест отчаяния со стороны противника, ибо десяток вымпелов, восемь из которых к тому же были всего лишь легкими слабо-защищенными галерами, никоим образом не могли своей атакой изменить хода сражения. Османские галеры даже не стали выстраиваться в какую-либо боевую конфигурацию, ни времени, ни желания у их капуданов на это попросту не было. Обычным скопом набросились турки на несколько наших кораблей, пытаясь воспользоваться фактором внезапности и опрокинуть русских до подхода к ним подкрепления…

Наши мгновенно сориентировались и перестроили свои корабли, плотно прижавшись друг к другу. Крепостные орудия в этом секторе были к этому моменту уже уничтожены, поэтому канониры «Еникале-4» ничем не могли помочь своим товарищам, отчаянно пытающимся на своих легких кораблях разрушить оборонительное построение русских крейсеров. Конечно же, этого у османов сделать не получилось, наши дредноуты стояли как вкопанные, прикрывая друг друга и не подпуская галеры, желающие их протаранить, слишком близко к себе.

В то же самое время другая боевая группа 3-ей дивизии, наблюдая внезапную атаку османов, сменила, по приказу Василия Ивановича, курс и на полной скорости полетела на помощь нашему маленькому импровизированному «каре». Хватило пятнадцати стандартных минут боя, чтобы от османской эскадры охранения, так дерзко ринувшейся в атаку, остались жалкие ошметки в виде четыре оплавленных плазмой и изрешеченных кораблей, которые быстро ретировались в сторону закрытых пирсов «Еникале-4», под защиту их бронированных стенок. Наши потеряли в этом скоротечном бою всего один эсминец, так же несколько кораблей дивизии Козицына получили незначительные повреждения…

Штурм крепости между тем продолжался и входил в свою финальную стадию. Несмотря на то, что большинство орудийных расчетов и «Еникале-4» к этому моменту уже молчали, разбитые и расплавленные, вражеская твердыня продолжала сопротивляться. Причем броневые пластины крепостной сферы были настолько толстыми, что палить по ним в надежде на то, что те разрушатся, было делом неблагодарным, только зря изведешь аккумуляторные обоймы. Поэтому на последнем этапе сражения с нашей стороны в дело вступили абордажные команды.

Периметр внешней обшивки стен «Еникале-4» нашими истребителями был зачищен от зенитных батарей, после этого с палуб русских дредноутов вереницам стали выходить десантные челноки. В сопровождении все тех же МиГов модули, битком набитые «морской» пехотой, устремились к крепости, пристыковавшись к которой, на полную мощность включили свои лазерные резаки, проделывая ими бреши в броне.

После этого одновременно несколько десятков штурмовых команд русских космопехов ворвались на палубные уровни вражеской крепости. Здесь их встретили заградительные отряды гарнизона «Еникале», которые предварительно уже получили информацию из рубки о местах проникновения врага и поэтому заранее могли подготовиться к обороне. Однако сила штыкового удара наших «морпехов» и их количество, высадившееся на палубы «Еникале-4» настолько превосходили возможности ее защитников, что упорного сопротивления не получилось.

Османы, как бы ни были стойки в обороне и какими бы отчаянными рубаками в рукопашных схватках не отличались их янычары, не смогли сегодня показать примера мужества. Во-первых, янычар на крепости было слишком мало, в основном контрабордажные группы на «Еникале» состояли из обычной гарнизонной пехоты, а во-вторых, смелая и главное молниеносная атака дивизии Василия Ивановича Козицына оказала настолько сильное влияние на защитников крепости, что вселила в сердца османов страх.

Сопротивление гарнизона «Еникале-4» было сломлено. Буквально за какие-то три четверти часа половина из более чем тысячи двухсот солдат турецкой крепости была перебита, а другая половина сдалась на милость победителей, сложив оружие и деактивировав последние действующие артиллерийские установки…

Сражение завершилось нашей полной и безоговорочной победой…

Итоги сражения:

В этом скоротечном, но ярком бою 3-я «линейная» дивизия потеряла:

— 2 вымпела (1 легкий крейсер и 1 эсминец) безвозвратные потери…

— 15 истребителей Миг-2, безвозвратные потери…

Потери противника составили:

— 8 вымпелов эскадры охранения (2 легких крейсера и 6 легких галер)…

— 30 тяжелых истребителей «спаги»…

Основные трофеи победителей: