Обитель Короля снов - Валентина Зайцева

с ней я чувствовала себя мусоровозом. Она чуть отшатнулась, сморщив нос, когда я встала. Неудивительно, учитывая мой аромат — туалетная вода «помойка». Но тревога в её глазах только усилилась. Я была для неё вонючим щенком, выброшенным из машины.

— Я тебя не знаю, — сказала она. Её голос был почти так же прекрасен, как она. Мелодичный, легкий, но с силой. В нем была двойственность, будто говорила не только она.

— Я не местная, — ответила я, чувствуя себя глупо и грязно рядом с её совершенством. Это и так было очевидно. Я не была высокой серой красавицей, для начала.

Она рассмеялась.

— Вижу. Но… — она склонила голову. — Ты выглядишь странно.

Я подняла брови. Она — серая великанша с фиолетовыми глазами, а я странная?

— Я из мира… ну, знаешь… Земля. Россия. Э-э… — Я мямлила, ошеломленная ситуацией и восхищением. Надо было взять себя в руки.

На её лице осталось недоумение.

— Прости, я не знаю места под названием Земля Россия. Это часть Двора Снов или Двора Кошмаров? Я думала, знаю все места, но… — на её лице появился ужас. — Ты не из Двора Тьмы? Твои волосы…

Я покачала головой, гадая, не ударилась ли я сильнее, чем думала.

— Я из… человеческого двора.

Шок сменил ужас на её лице. Ворон на дереве заклекотал и встряхнул перья.

— Ты человек? — Её поведение мгновенно изменилось. Губы сжались, зрачки расширились. — Тебе нельзя здесь быть. Людям запрещено находится в Царстве Ночи. Как ты попала сюда?

Я открыла рот, чтобы рассказать всю историю, но меня осенило.

— Если ты никогда не встречала людей, почему говоришь по-русски? Удобно, не находишь?

Это был подвох. Должно быть. Мерзавец это устроил. Он видел людей в миллиардах снов, так что его русский язык не удивлял, но как кто-то, никогда не бывавший в человеческом мире, может говорить на моем языке?

— Я не говорю по-русски. Никогда не слышала этот диалект. Все в Царстве Ночи — полиглоты.

— Поли-кто?

Она посмотрела в сторону и приложила палец к губам.

— Многоязычные. Говорящие на многих языках.

— Ага. Но как ты можешь говорить на языке, который никогда не слышала и не учила?

Её лицо смягчилось.

— Мне не нужно учить язык. Я слышу твои слова, не понимаю их, но они превращаются в понятные в моем разуме. Когда я говорю, происходит то же, но наоборот. Полиглот — не точный перевод того, кто я, но я не знаю подходящего слова в твоем языке. Ты слышишь переведенные слова, так что тебе кажется, что я говорю по-русски. Если бы ты говорила на вороньем или эльфийском, ты бы слышала меня на них. Например, я могу говорить с Лирой и понимать её ответы.

Лира издала карканье. Оно не казалось осмысленным, но что я знала?

Это звучало правдоподобно. Или, по крайней мере, так же правдоподобно, как всё в этом безумном месте. Это объясняло двойственность её голоса — я слышала её настоящий голос с переводом поверх. По крайней мере, я не совсем сходила с ума.

— Думаю, разговоры о языках — не главное. Важно вернуть тебя домой. Это место не для людей. — Она метнула взгляд в сторону, будто моё присутствие могло навлечь на неё беду. Возможно, так и было. Мерзавец пытался убить меня раз пятнадцать за последние недели. Не думаю, что он поблагодарит эту женщину за помощь.

— Спасибо. Я потерялась, — выпалила я, благодарная за её доброту. Она была первым дружелюбным лицом с тех пор, как я попала в эту дыру.

— Ещё бы, — сказала она с ироничной улыбкой, и мы двинулись к красной двери. — Ты так и не рассказала, как здесь оказалась. Я не помогу, если не знаю, как ты вошла. Последний человек, которому это удалось, не… э-э…

— Выжил? — Я смутно помнила, как мерзавец упоминал, что убил кого-то.

— Да. Это место не для людей. Я бы не хотела, чтобы тебя съели.

— Съели? — Что ещё за новости? — Кто?

Она шагала через лес длинными шагами, я почти бежала, чтобы поспеть.

— В этом лесу бродит множество существ. Большинство убьют тебя, едва увидев. Ты хорошо держалась, особенно учитывая твой… прости… аромат.

Она, должно быть, заметила мой больной вид, потому что взяла меня за руку и продолжила:

— Не волнуйся. Со мной ты в безопасности, но скажи, куда мы идем? Я не смогу вернуть тебя в человеческий мир, если не знаю, где он.

— Через красную дверь. Кажется, туда.

Я продолжала идти, но она резко остановилась, удержав меня за руку.

— Красная дверь? Тебя привел Король?

Король?

— Нет. Какой-то псих с… короной.

Она посмотрела на меня с смесью веселья и тревоги.

— Это Король Снов, Грезар.

Грезар? Так его зовут? Мерзавец подходил ему лучше, но я не стала спорить.

— Он не совсем привел меня. Ну, может, и так. Первый раз я пошла за ним, а второй раз он втянул меня с собой.

Её рука взлетела к губам от удивления.

— Ох, боже. Почему он это сделал? Что ты натворила?

— Ничего, — пожала я плечами. — Разве что украла его птицу.

Её глаза расширились.

— Ты и правда влипла, девочка, да?

Она не казалась человеком, который говорит такие слова, как «влипла». Слишком элегантная. Но она была права. Может, не было точного перевода для слова, которое она хотела сказать.

— Не влипла, если ты поможешь мне вернуться домой.

Она покачала головой, приложив руку к сердцу.

— Ты знаешь, кто такой Грезар? В смысле, действительно знаешь?

Я пожала плечами.

— Знаю, что он подонок с обидой, которому нравится связывать женщин.

Она заморгала и огляделась, будто боялась, что нас подслушают. Понизив голос, она сказала:

— Подонок, может, и так, но не дай ему услышать, что ты его так называешь.

Я фыркнула.

— Я называла его и похуже в лицо, и не собираюсь останавливаться. Он и есть подонок.

Она приложила руку ко лбу, будто я вызывала у неё мигрень. Наверное, так и было.

— Отдаю тебе должное. Тебе повезло, что ты жива. Я знаю короля давно. Не скажу, что мы друзья. Он король этих мест, а я даже не дворянка, но он меня знает. Я не могу отвести тебя к красной двери. Это не