Злой пёс. Плохой волк - Илия Ларичев

по стакану спиртного или проиграть всё состояние своей покойной бабули с шулерами за игральным столом.

Безликая джазовая музыка играла тихо и не заглушала мыслей, а посему — после проигрыша крупной суммы денег на пьяную голову постояльцы могли спокойно поразмыслить о наиболее предпочтительном для них способе самоубийства.

Второй этаж представлял собой несколько параллельно расположенных коридоров с пронумерованными дверьми. Каждая из комнат была оборудована одинаковыми двуспальными кроватями (для удовлетворения основных инстинктов) и стеклянным столиком (для употребления стимуляторов и прочих увеселительных вещей).

Можно было сказать, что Бордель был тихой копией клуба «Милк», что было совершенно логично, учитывая их принадлежность одному и тому же крокодилу Ганзе.

Этим вечером игральный стол на первом этаже был пуст. Не то, чтобы Шариков расстроился, но ему отчаянно хотелось отыграться за недавние посиделки с лисами.

Впрочем, едва ли Косой-Младший предоставил бы ему возможность отыграться…

Матиаса долго не было. Не то, чтобы Шариков ждал…

А, чёрт, он и в самом деле ждал…

Он совершенно ничего не мог поделать с этой инстинктивной необходимостью в друзьях. Но Матиас вряд ли считал его своим другом. И могло выйти так, что молодой лейтенант зря тратил время, ожидая здесь того, кто, возможно, и не собирался приходить.

Молодой лейтенант уже собирался домой, когда голос Матиаса скользнул по его правому уху: Детектив.

Шариков повернул голову.

Медэксперт сидел на другом конце барной стойки, приманивая его лапой.

Шариков подсел к барсуку: Я собирался уходить. (и не без надежды в голосе добавил) Не хочешь сыграть?

Матиас сунул бармену бумажку и тот налил два стакана виски: Простите, ещё давно бабуля розгами отбила у меня желание прикасаться к этим дьявольским картинкам.

Шариков вздохнул: Мне бы тоже не помешала такая бабуля. (он отпил из своего стакана, затем наклонился и тихо спросил) Последнюю девочку убил не Звероед. Мы сходимся во мнении?

Матиас изучил пустоту перед собой: Полагаю, нам не стоит обсуждать это в нерабочее время. Отдохните, лейтенант. Даже самым лучшим ружьям нужна перезарядка.

Шариков: Неплохо… Неплохо сказано. Я бы уставал от работы, если бы мне давали ее выполнять. Когтин держит меня на поводке.

Матиас: Стоит отдать должное его опыту, он… хороший детектив. Двадцать лет — это не шутки.

Шариков: И этот хороший детектив отказывается признавать очевидные вещи.

Барсук промолчал, зыкая глазами по сторонам. Не помешало бы заткнуть молодого лейтенанта (для его же блага), но он не мог подобрать правильных слов, чтобы при этом не обидеть юношу.

Шариков: Я просто пытаюсь делать то, чему меня научили. А этот дебил Когтин вставляет мне палки в колёса. Он пустит расследование на самотёк и мы все окажемся в огромной…

Матиас нервно хохотнул, сдвигая очки выше по переносице: Вы заговариваетесь, детектив. В Зверске лучше так не откровенничать. И не говорить плохо о зверях даже за их спинами.

Шариков одёрнул себя, смутился. Хороший виски развязывает даже самые тугие языки.

Матиас: Вы здесь… здесь совсем недолго, лейтенант. Это злой маленький город. И нужно быть очень осторожным даже в выборе собеседника. А вы говорите о выборе подозреваемого в таких ст…

Шариков испытующе глянул на Матиаса: Волк убил Малышку Зи? Это волка работа?

Матиас думал долго: Нет. Не волка.

Шариков выдохнул и залпом осушил стакан: Почему ты не сказал это Когтину? Почему не поддержал меня? Сегодня в лаборатории он смотрел на меня, как на идиота.

Матиас: Лейтенант, я просто изучаю трупы. Я могу предполагать, но годы работы судебно-медицинским экспертом научили меня тому, что менты не хотят слышать моих мыслей. Мне платят за факты. Я составлю отчет, этот отчет вы сможете прочесть годы спустя — вот мой труд. Я укажу в отчёте количество ран на теле, уровень веществ в организме перед смертью — сделаю то, что должен и не более. А вы, менты, будьте добры, разбирайтесь между собой сами.

От услышанного Шариков приуныл, хвост и уши его повисли.

Матиас опустил голову, пытаясь заглянуть в умные собачьи глаза: Я обидел вас, лейтенант?

Шариков не мог осуждать барсука за его равнодушие. Будучи одиноким зверем он догадывался, что похожее равнодушие в какой-то момент может охватить и его.

В какой-то момент, когда его сверстники будут воспитывать выводок малышей — он поймёт, что совершенно одинок, и это уже нельзя будет оправдать бурной молодостью.

Это будет самое настоящее одиночество, как у Матиаса. А следом за одинокой жизнью — ещё более одинокая смерть.

Матиас лишний раз огляделся по сторонам: В этом городе нежелательно проявлять излишнюю инициативу. Здесь много тайн, и когда вы начинаете играть свою игру, некоторые звери в городе могут воспринять это так, будто вы лезете в их огород.

Шариков бессильно опустил голову: Мне казалось, мы просто должны прекратить убийства. Любыми средствами.

Матиас снисходительно улыбнулся, пригубив стакан: Надеюсь, у вас получится сделать это. Я лишь хочу, чтобы вы делали то, что должны, но делали это осторожно. Ведь вы должны понять две вещи, чтобы оградить себя от большего числа проблем, которые могут вас ожидать. Две вещи. Зверск — опасное недружелюбное место с очень болезненными секретами. И вы здесь один. Никто не вступится за вас, пусть бы вы и считали какого-то зверя своим самым близким другом.

Шариков медленно поднял голову на Матиаса: Да что это за секреты такие, раз они стоят жизней молодых девушек?

Матиас подумал немного и встал со стула: Если бы я только знал. Давайте продолжим наш разговор в другой раз. Я хотел навестить здесь одну особу.

Поняв, что за игральным столом друзей ему искать нет смысла, молодой лейтенант проследовал к “спальням”, чтобы увидеть свою любимую Мурку.

На часах было как раз…

Шариков удивлённо наклонил голову, услышав ответ соболя за стойкой администратора: В каком это…

Соболь смущённо опустил глаза: Дело в том, что… на это время к Мурке есть две записи. И…

Из-за спины молодого лейтенанта раздался голос оленя Бамби, который обращался к администратору: Привет, пушистик. Мне в тринадцатую.

Соболь оживился и растянул морду в приветливой улыбке (молодому лейтенанту, как и большинству хищников, никогда так не улыбались): А-а-а-а, господин Бамби. (он вновь глянул на Шарикова и улыбка мигом сползла с его лица) Вы можете воспользоваться другой девушкой или… подождать полчаса и навестить тринадцатую комнату после господина Бамби.

Бамби надменно хохотнул: Бери больше. Полтора часа — минимум.

Молодой лейтенант окинул взглядом клыкастого оленя.

Чёртов пижон; золотистый костюм и лакированные туфли, золотая цепь — сукин сын походил на музейный экспонат.

Шариков