Даханавар (СИ) - Ляпин Оле

— Ну это и не удивительно, почти полторы тысячи лет прошло. Партрония была маленьким, но славным королевством, поддержавшем восстание Свободных, об этом знают те, кто может прочитать магические свитки народа корг. Кстати, именно поэтому развалины и носят это имя, имя народа, о котором теперь почти никто не помнит.

— Так может быть и туннели под городом — это тоже их рук дело? — спросил Илая.

Волшебник поскреб щетинистый подбородок, задумался и ответил.

— Думаю только отчасти. Скорее всего туннели намного более древние, чем мы можем даже подумать. Почти каждый новый народ, живший и живущий на этой земле, добавляет к их веткам свои коридоры, а потому туннели ширятся и ширятся из века в век, как корни гигантского дерева. А вы весьма сообразительны молодой человек, это похвально.

Илае была приятна похвала из уст чародея. Бальтазари направился к стене с фреской, на которой два всадника воткнули копья в извивающегося двуглавого змея, он ощупал резную деревянную панель, украшающую стену под фреской, нашел два симметричных ромба в сложном узоре и одновременно надавил на них. Послышался шипящий звук, и деревянная панель сместилась в сторону открывая взору скрытый прежде каменный коридор.

— Прошу. — Бальтазари сделал приглашающий жест. — Этот коридор выведет вас к морю. Очень скоро начнется отлив, и вы сможете абсолютно свободно выйти к порту Мирцеи.

Даханавар направился к выходу первым, возле старика он остановился и спросил.

— Господин Бальтазари, не окажите ли вы мне еще одну услугу и не присмотрите ли за моим спутником, Илаей?

— Но… — Илая попытался возразить, удивленный, что его оставляют здесь, наедине со странным чародеем и девушкой под властью демонических сил, но вовремя умолк, увидев, что Шамиля совершенно не волнуют его возражения.

— Ну, я думаю, что это не составит для меня большого труда. Однако, прошу вас, господин даханавар не задерживаться, ведь меня ждет мое исследование, которое я предпочел бы проводить без присутствия посторонних. Опасно, видите ли.

— Конечно, я вернусь еще до полудня с аль-Мумином или без. — уверенно сказал Шамиль, направляясь к выходу.

Не успел даханавар скрыться в проеме, как до него донеслось.

— Нет, пожалуйста, остановитесь! — голос был слабый, но знакомый.

С удивлением развернувшись Шамиль увидел, что в залу задыхаясь и охая вошла женщина. Это была Фариха. Она выглядела так, будто спасалась бегством от всех мыслимых и немыслимых монстров, обитающих в этих подземельях. То бледнея, то краснея, старуха привалилась к стене, из которой только что вышла и отдышавшись обратилась к мужчинам.

— Вам нет никакого смысла идти туда мастер даханавар, этот презренный человек, кади аль-Мумин, подло нарушил свое обещание и сбежал сразу после того, как вы с вашим помощником покинули наш дом. Более того, мерзавец прихватил с собой деньги, которые господин Ибрагим хранил в своем доме. — старуха попыталась поправить свою одежду, но руки, дрожавшие от волнения, ее не слушались.

Даханавар подошел к женщине, достал из-под плаща заветную флягу с тэклой и предложил Фарихе сделать глоток. Напиток помог женщине прийти в себя и поблагодарив даханавара она вернула ему флягу.

— Госпожа Фариха, ваше появление здесь, совершенно неожиданно. Расскажите же мне, что вас заставило проделать весь этот путь?

— Случилось чудо, я видела Зейнаб, и это она подсказала мне как найти вас. После того, как произошел этот ужасный разговор в доме ибн Тахта, у меня жутко разболелось сердце. Я женщина преклонных лет и такие ужасные вести, как я получила вчера, для меня тяжелы вдвойне. Поэтому я поспешила в свою комнату, чтобы принять лекарство и прилечь. Но не успела моя голова коснуться подушки, как я провалилась будто во тьму. Эта тьма окружала меня и я, лежа в одиночестве на своей кровати не могла ни пошевелиться, ни слова сказать, я подумала, что должно быть умираю. И тут кто-то в этой темноте позвал меня по имени. Я увидела, как ко мне приближается фигура облаченная во все белое, будто в погребальный саван. Когда она приблизилась, я узнала в ней свою давно почившую сестру Зейнаб. Она присела рядом со мной и положила свою невесомую руку мне на грудь и сказала. "Сестра у тебя доброе сердце, и оно поможет моей дочери. Только ты можешь спасти нашу Айнур. Иди же туда, где Айнур себя потеряла и помоги ей." Потом дух Зейнаб исчез, а я очнулась. Я сразу отправилась к господину Ибрагиму, чтобы рассказать о своем видении и просить его разрешения покинуть дом. Я нашла нашего благодетеля в ярости, он сказал мне, что кади остался верен своей черной душе и его раскаянье было фальшивым. Он пожелал мне удачи в моих поисках, а сам стал собирать своих верных людей, чтобы отправить их в погоню за кади. И вот я здесь, и теперь я хочу знать нашли ли вы Айнур? Я хочу ее видеть!

Шамиль молча кивнул.

7

Фариха стояла перед клеткой, закрыв лицо ладонями и плакала. В клетке сытая и успокоившаяся ракшаси-Айнур прихорашивалась. Она пыталась металлической лапой причесать свои спутанные грязные волосы, тихо мурлыкала себе под нос что-то нечленораздельное и не проявляла никакого интереса к тому, что происходит за пределами клетки.

Растроганный видом плачущей старой женщины Клаус Бальтазари, попытался ободряюще приобнять Фариху, но та скинула его руку со своего плеча. Теперь после повторного рассказа мага о природе проклятия овладевшего Айнур, с исчезновением аль-Мумина всякая надежда на исцеление девушки пропала. Шамиль мрачно наблюдал за этой сценой прощания. Никто из присутствующих не знал, что сказать, да и слова уже, казалось, потеряли всякий смысл. Но и оттягивать неизбежное было невыносимо.

— Пора. — мрачно произнес даханавар, вновь освобождая меч из узких ножен.

Фариха, отняла руки от лица, посмотрела на даханавара взглядом полным боли и смирения и произнесла:

— Перед тем как вы, как вы сделаете это я хочу обнять свою девочку, в последний раз.

— Это совершенно исключено! Я не могу этого допустить, это очень опасно для вашей жизни! — возразил Шамиль.

— Бросьте мастер даханавар, о какой жизни вы говорите? Я старуха, вся моя жизнь была посвящена заботе о близких мне людях, она никогда не принадлежала только мне. Сейчас последнее существо, которое мне было дорого на этом свете, покинет меня. Моя жизнь без Айнур потеряет свой смысл, он закончится вместе с ее жизнью. Позвольте мне хотя бы выбрать свою смерть, о большем я не прошу вас. — эти слова, были сказаны так спокойно и так искренне, что Шамиль понял — отказать этой старой женщине он не сможет.

Он посмотрел на Илаю, перевел взгляд на Клауса и сказал:

— Думаю, вам стоит выйти из лаборатории господа, если вы не уверенны, что сможете быть этому свидетелями.

Оба покачали головой, отказываясь от предложения. И юноша, и старик не хотели трусливо бежать, когда эта маленькая старая женщина собирается проявить всю силу своей любви и всю крепость духа, по отношению к той, кто ей по-настоящему дорог. Фариха поблагодарила их за смелый поступок и направилась к клетке с ракшаси.

Клетка была опущена на пол лаборатории, ключ от замка, отпиравшего ее дверь, висел на стене возле ворота с цепью. Фариха сняла этот ключ с крючка, немного подержала его на ладони и решительно направилась к клетке. Ракшаси все так же занималась лишь собой и не обращала внимания на приближающуюся женщину.

Взявшись руками за прутья клетки Фариха позвала:

— Девочка моя, Айнур! Это я, твоя верная Фариха. Молю, посмотри на меня! — ракшаси не подняла глаз, но на какой-то краткий момент замолкла и прекратила чесать волос.

— Прости меня, девочка, я не смогла уберечь тебя, не смогла защитить, как обещала твоей матери. — с нежностью говорила Фариха. — Прошу, позволь мне войти. Позволь последний раз обнять тебя. — Фариха вставила ключ в замочную скважину, легко повернула его и замок с тихим щелчком открылся.

Ракшаси остановилась, замолкла, она смотрела на женщину своими красными без белков и зрачков глазами, будто изучала. Потом склонила голову на одну сторону, потом на другую, губы разъехались в жуткой гримасе, лиловый язык свесился из черной пасти. Жуткое подобие улыбки. Ракшаси отодвинулась подальше в угол клетки, будто приглашая женщину войти. Фариха улыбнулась монстру в ответ и легко ступила внутрь ее заточения. Все в лаборатории замерли, завороженные смелостью и спокойствием старой служанки. Шамиль был готов рвануться к клетке, чтобы вытащить оттуда бесстрашную женщину, стоит лишь ракшаси сделать, угрожающее жизни Фарихи движение, но ракшаси- Айнур не проявляла агрессии. Казалось, монстр сам удивлен и заинтересован своей гостьей. Фариха закрыла за собой дверь и оперлась на прутья спиной, сердце бешено колотилось, пытаясь разорвать сухую грудную клетку. Ракшаси издала мяукающий звук и постучала железной кистью о пол клетки рядом с собой, приглашая женщину приблизиться и расположиться по удобнее. Очень медленно Фариха приблизилась к одержимой, присела на колени рядом с той и протянула руку, к лицу ракшаси. Бестия замерла, но позволила отвести падающую на глаза грязную прядь волос. Из глаз Фарихи скатилась слеза.