Даханавар (СИ) - Ляпин Оле

— Сейчас мы повернем на эту улицу, — продолжал Шамиль. — Там не далеко от дома текстильщика, в тупике, находится старый колодец. Он, конечно, давно пересох и его заколотили, что бы кто-нибудь ненароком не свалился туда по пьяному делу или по банальной глупости. Важно не это, важно то, что через этот колодец ты сможешь попасть в туннель ведущий параллельно нужной нам ветке. Ты пройдешь по туннелю до старых железных ворот. Вот держи, это ключ, которым ты их откроешь. — даханавар передал Илае небольшой железный предмет, похожий на большую монету с восьмигранным отверстием посередине и толстыми краями. — Потом тебе прядётся идти по туннелю до второго поворота на лево, там будет тупик. Туннель обрушился десять лет назад, но правая стена совсем тонкая и, если немного на нее нажать она осыплется, и ты попадёшь во внутрь старого склепа. Вот он то тебе и нужен. В этом склепе спрятан вход в туннели под цвинтарем. Я буду ждать тебя наверху, в гробнице, возле саркофага. Из склепа ты поднимешься по ступеням к плите задействуешь механизм и откроешь мне вход. Запомнил? Повтори?

— Колодец, дверь. туннель, второй поворот на лево, тупик, правая стена, открыть вход в склеп.

— Отлично. — прокомментировал Шамиль. — А теперь помоги мне с этими досками.

Они стояли в тупичке перед старым колодцем. Заросший травой и диким виноградом, вход в недра города, совершенно не казался чем-то опасным. Даханавар достал из ножен широкий кинжал и просунул под доски, приколоченные к жестяному бортику колодца. Раздался неприятный скрежет, это заржавевшие гвозди с неохотой покидали свои гнезда. Несколько досок, были настолько сухими и трухлявыми, что переломились по середине и с тихим шорохом соскользнули вниз, в затянутую паутиной тьму. Даханавар очистил вход для Илаи. Крепко закрепив веревку на поясе юноши, он закрепил второй ее конец к железному кольцу, глубоко утопленному в каменном боку колодца. Видно, тут раньше крепился конец цепи, на которой подвешивали ведро для воды. Проверив надежность крепления, он удовлетворенно кивнул.

— Возьми это на всякий случай, кто знает, что может ждать тебя там, внизу. Не хочу, чтобы это застало тебя врасплох. — Шамиль протянул Илае рукоять кинжала. Илая благодарно кивнул и прикрепил кинжал к поясу.

— Не беспокойтесь, Шамиль, я сделаю все как полагается. — Илая ободряюще улыбнулся мастеру и скрылся за бортиком колодца.

К лицу и одежде липла паутина, воздух в жерле колодца был сухой и прохладный, его дно устилал толстый ковер палых листьев. Приземлившись на него, Илая вспугнул целое семейство сороконожек, которые прыснули из-под его ног во все стороны. Он показал даханавару, что спуск прошел удачно, подняв руку со сжатыми в кулак четырьмя пальцами и оттопыренным большим. Даханавар повторил жест, сигнализируя, что понял напарника и его голова скрылась из виду. Оставшись наедине с пауками и сороконожками Илая, еще раз вздохнул, приводя мысли и чувства в порядок. Юноша взглянул вверх, со дна колодца был виден только сизый круг начавшего темнеть неба. Отбросив сомнения, Илая шагнул в пролом в стене, ведущий в пресловутые туннели. Здесь было на удивление сухо, воздух был немного затхлым, но не мутных луж стоячей воды, ни плесени на стенах не было. Это порадовало Илаю, так как всем известно жаболюды любят сырость, а значит столкнуться с давешним врагом ему скорее всего не доведется. Однако, Илая все же извлек кинжал, отданный ему даханаваром из ножен. Сжимая оплетенную мягкой кожей рукоять клинка, он чувствовал себя более уверенно.

Не понятно откуда, но в туннель проникал слабый сумеречный свет. Илая направился вперед по коридору. Под его ногами тихо шуршали принесенные снаружи сухие листья, встречались деревянные щепки, которые моментально рассыпались в пыль стоило ноге на них наступить. Возможно, когда-то давно этот туннель использовали контрабандисты. По пути часто встречались обломки старых бочек и ящиков, сваленные трухлявой кучей, под стенами туннеля. Решётка ворот, перекрывшая Илая путь дальше, была покрыта толстым слоем пыли и ржавчины. Подобно длинным зубам дракона, она выходила из каменного нёба потолка, чтобы впиться в стальные пазы на полу. На первый взгляд, открыть подобную дверь было бы сложно, но Илая быстро смекнул, что восьмигранный железный штырь, выступающий справа из стены, чуть выше его плеча, это часть поворотного механизма. Он вытащил из-за пазухи диковинный круглый ключ, приладил его к штырю и повернул. На удивление повернуть получилось легко, после стольких лет запорный механизм продолжал служить безотказно. В стене, с каждым поворотом ключа, что-то скрежетало, но вот железные зубья начали выходить из пазов, открывая вход в недра подземелья.

За воротами туннель терялся во мраке, но, как будто в помощь внезапным гостям, прямо за воротами стояла рассохшаяся бочка, в которой покоились три палки с истлевшей от времени просмоленной паклей — факелы. Кто-то за много столетий до Илаи побывал здесь и не поленился позаботится о том, чтобы следующий посетитель подземелья не блуждал ослепленный темнотой, царившей в прохладном подземелье.

Илая помнил, что надо пройти два поворота слева, прежде чем он найдёт нужный тупик. Воспользовавшись огнивом и трутом, он поджог один из факелов, тот потрескивая осветил желтым светом пространство. Тут было не настолько сухо и на полу кроме истлевших досок и щепок встречались пожелтевшие от времени кости. Илая присмотрелся — человеческие кости. Успокаивало лишь то, что они были до невозможности старые и, к счастью, на них отсутствовали следы зубов и когтей. Илая смекнул, что это кости из старых могильников, которые просто вынесли в подземные коридоры, чтобы очистить усыпальницы для новых покойников. Мирцея была древним городом, она буквально стояла на костях своих почивших жителей, а цвинтар в городе был всего один. Как бы не было обширно городское кладбище, а мест для новоприбывших усопших всегда не хватало. Вот так подземелья и стали свалкой для старых безымянных костей.

Илая наступил на ветхий череп, раскрошившийся под его сапогом с неприятным хрустом, выругался, но настойчиво проследовал дальше. Звуки из-под его сапог раздавались слишком громка под пустынными сводами. На пути ему часто попадались крысиные гнезда, свитые в костяных кучах. Крысам не нравилось, что кто-то настолько большой и шумный нарушает их покой. Они возмущенно попискивали, спешно удирая от круга света, в котором шествовал Илая. Шаг, треск, шорох, писк. Что же еще?! Илая остановился и прислушался, тишина нарушалась только его дыханием. Было как-то зябко. Илая сделал еще несколько шагов, поведя факелом из стороны в сторону, он осмотрел кучи костей по бокам от себя. Юноша обернулся, направляя золотистый свет во тьму, откуда только что пришел — ничего. Илая вытер вспотевшую ладонь о штанину переложив рукоять кинжала из левой руки в правую. Черт! В таком месте еще и не то покажется! Послушав тишину, он решил не накручивать себя понапрасну и двинулся дальше. Шаг, трек, шорох. А что еще?! Нет ему явно не показалось. Что-то едва уловимое, как будто на самом краю слышимости. Будто, что-то тихонько скребется, намного тише мышей в подвале. Что-то, что подстраивается под ритм движения Илаи. Проклятые подземелья, что же вы скрываете?! Илая вновь остановился, а вот его преследователь, несколько запоздал. Илая судорожно улыбнулся. Попался, гад! Юноше было страшно до одури, но он понимал, что попытайся он бежать, тварь нападет. Медленно Илая обернулся, медленно осветил коридор вокруг себя — пусто. Илая сделал, пару шагов спиной вперед, слух уловил движение преследователя. Не справа, не слева, не позади, не впереди — Илая похолодел, тварь двигалась точно над ним! Юноша сглотнул, вязкая слюна была горькой. Пытаясь не выдать себя лишними движениями, и не поднимая головы, Илая сместился к сырой стене, буквально на пару шагов, и резко выбросил руку, сжимавшую факел вверх, и в сторону, туда, где стоял прежде. Потолки здесь были низкими и длинны вытянутой руки с зажатой в ней горящей палкой вполне хватало, чтобы, как минимум задеть преследователя. И это сработало. На то место, где только что стоял юноша, свалилась огромная многоножка. Зашипев и рассерженно защелкав жвалами, тварь поднялась в половину своего роста и почти достигла пояса Илаи. Не думая ни секунды Илая, пнул носком сапога угрожающую бросится на него членистоногую гадину. Затем резко ткнул в ее, незащищённое хитиновыми пластинами, брюхо факелом. Многоножка зашипела, заверещала от пронзившей ее боли и свернулась в бронированное кольцо, пытаясь защитить нежное брюхо от огня. Илая продолжал охаживать чудовище своим импровизированным огненным мечом. Огонь наносил гадкой твари ужасные раны, лоснящаяся поверхность хитиновых пластин чудовища шипела и пузырилась под языками немилосердного пламени. Искры от факела упали на сухой настил из праха и пыли под чудовищем и воспламенили его. Отскочив от корчащейся в охватившем ее огне твари, судорожно бившей вокруг себя хвостом, Илая замер на мгновение, наслаждаясь видом поверженного врага. Потом, будто ясная молния, его сознание озарила мысль, что возможно этот монстр не единственный обитатель мрачного подземелья. Освещаемый отблесками догорающей твари, Илая бросился вперед по коридору. Он быстро миновал два поворота и на всей скорости влетел в тупиковую ветку. Пройдя до завала, Илая рукоятью кинжала простучал каменную кладку справа от себя. Есть! Звук выдал пустоту за стеной. Илая уперся плечом на стену, стена подалась под его весом, тогда юноша с ноги выбил шаткий кирпич и в облаке пыли вывалился в склеп. К счастью, здесь его не поджидали таинственные монстры, готовые полакомиться незадачливым сталкером. На ощупь Илая нашел стертые каменные ступени, ведущие наверх, к запиравшей выход каменной плите. На самой крышке саркофага тусклым светом поблескивало изображение ладони с изображенной посередине витиеватой руной. Прижав к ней вымазанную в столетней пыли ладонь, Илая приложил усилие и оттолкнул крышку, открывая себе путь в усыпальницу. Шамиль уже был здесь и ждал его. Он помог юноше выбраться из саркофага, отметив то, что Илая действовал довольно быстро.