Стагнация - Эл Лекс

в виду то, что у землян тоже есть система Основания и системные же навыки. Получается, Основа, помимо захвата миров, еще и собирает о них информацию помимо таких вот узлов связи, взамен вознаграждая тех, кто эту информацию приносит, снаряжением. Честный обмен, надо сказать, с той лишь разницей, что снаряжение у основанцев остается лишь до тех пор, пока они не окажутся в новом мире, а вот система всю накопленную информацию оставляет в себе навсегда.

— Ну что там? — спросила гусеница, пока насекомая все так же бегала глазами по воздуху.

— Еще сообщения. Среди нас противник. — ответила та.

— Скрглв? — удивился альбинос.

— Да, точно. — ответила насекомая. — Четверых наших уже убрал, причем двое его даже не видели. Лларкс и Каракс видели, пишут, что он пользуется невидимостью. И он может быть где угодно.

— И что ему нужно?

— Он забрал нашу добычу. Модификацию. — зло прочитала насекомая, хотя ее лицо не изменило своего выражения.

Да оно и не могло, наверное, его менять — поди попробуй скорчить гримасу, когда твоя рожа полностью из твердого хитина выполнена.

— А у нас с Тактикой один только Каракс и был. — произнес розово-фиолетовый. — Ну еще Тайгл, но он тоже только ожил.

Еще одна крупица информации — получается, ветка Тактики, которую у меня был шанс прокачать, отвечала за то, чтобы «видеть невидимое», условно говоря. Всякие там тепловизоры, ночники, наверное, какие-то радары… Что-то в этом духе, что-то, что позволяет находить тех, кто не хочет, чтобы их нашли. Полезная ветка, надо будет обязательно проследить за тем, чтобы кто-то из моих соклановцев ее себе взял.

— И что будем делать? — продолжил розовый.

— Скрглв!

— Верно, будем ждать. — согласилась насекомая. — Через полчаса убитые вернутся, а до тех пор будем держать друг друга в поле зрения. Он не может оставаться невидимым, когда атакует. Так что нам есть, что ему противопоставить.

Конечно, она не говорила про полчаса, она употребила какую-то свою единицу времени, но Основа все исправно перевела для меня. Получается, основанцев откинуло не так уж и далеко, раз они собираются за полчаса добраться обратно…

Разумеется, я не собираюсь здесь так надолго задерживаться. Мне еще за Ратой надо вернуться, забрать ее и отвезти на базу… А еще ведь есть люди, которых я тоже туда отправил! А ведь еще надо выяснить, каким образом и при помощи какого механизма основанцы собирались переправить захваченных людей в это самое «ядро»!

Столько дел, столько дел, как же все успеть…

Придется поторопиться.

— Никто никуда не расходится. Тебе ясно, Жал? — спросила насекомая, пристально глядя на гусеницу — видимо она тут оставалась за главную. — Держим друг друга в поле зрения, и тогда мы будем в безопасности.

— Нет. — произнес я, одной рукой скидывая с головы клобук, а другой — поднимая дробовик. — Не в безопасности.

Глава 8

Я уже понял, что отсутствие какого-то оружия в руках или рядом с ними может значить только одно из двух — или у субъекта основной боевой специализацией выбрано «Без оружия», или — «Псионика». При этом белый гамадрил намного больше походил на того, кто выбрал бы «без оружия», нежели субтильный тонкий скат — как минимум его строение тела буквально кричало о том, что с такими длинными руками ему вообще не нужно никакое оружие.

И тем не менее, вариант, что я ошибся, и на самом деле они выбрали специализации ровно наоборот, все же оставался.

Поэтому второй выстрел пришелся в гамадрила. А первый — конечно же, в ската.

Не ожидающий никакой атаки, он словил пулю в свою огромную, странной формы, голову, и повалился навзничь, взмахнув тонкими длинными руками.

И, к сожалению, этим все и закончилось. Потому что, какими бы быстрыми и отточенными ни были мои движения, это неважно, когда пулю поглощает модуль защиты. И именно это и произошло с гамадрилом — вместо того, чтобы разнести и его череп тоже, пуля пропала в защитном поле.

А в следующее мгновение, даже раньше, чем я успел дернуть цевье — гамадрил исчез с того места, где стоял, и появился прямо вплотную ко мне.

«Скачок»! Точно такой же, как у меня, и даже на дистанцию примерно такую же, как у меня!

Длинная рука гамадрила взлетела от самой земли, устремляясь ко мне по крутой дуге, и заодно еще вспыхнула каким-то фиолетовым светом, словно он зажал в кулаке яркий фонарик.

Я резко дернул дробовик вниз, перекрываясь оружием, но восходящий удар огромного гамадрила оказался слишком силен. Даже несмотря на то, что я навалился на оружие всем весом, словно на поручень, на котором пытался повиснуть на выпрямленных руках, даже несмотря на то, что удар твари был его только на середине пути и не набрал всей мощи, меня все равно подбросило в воздух и отшвырнуло назад!

Я рефлекторно взмахнул руками, теряя равновесие, и по какому-то наитию, падая на спину, схватил левой рукой капюшон клобука и снова накинул его на голову, уходя в невидимость. Упал на спину, перекатился через спину…

И вовремя — точно на то место, где я только что был, моментально приземлилась после длинного прыжка толстенная гусеница! Сначала скрежетнули по бетону ее стальные ноги, а мгновением позже — острия двух кинжалов, которыми основанец проткнул пустоту.

— Пыль! — заорала гусеница так неистово, что даже в механическом голосе прорезались какие-то эмоции. — Марона, пыль!

При этом гусеница рефлекторно обернулась к насекомой, скрутив все свое тело в жирную спираль, и я не преминул этим воспользоваться.

Все так же сидя на бетоне, я скинул капюшон клобука с головы, чтобы не отправить его на перезарядку, и выстрелил, целясь в механические ноги гусеницы. Первый сноп дроби снова ушел в защиту, зато вторый, на который очень удачно сработала пассивка ружья, заряженный «усиленным выстрелом», прошел. Металлические ходули, на которых не успевшая развернуться гусеница стояла, снесло, словно огромной косой или плугом, и жирное тело повалилось набок. Колбы на ее теле с противным хрустом начали лопаться, и булькающая зеленая жижа потекла из них на бетон под монотонный заунывный, на одной низкой ноте, вой гусеницы.

А в следующую секунду рядом со мной снова оказался гамадрил, но на сей раз он не подпрыгнул «Скачком», он подбежал на своих собственных конечностях, но так быстро, что я едва успел среагировать и