Попадать, так с музыкой! - Михаил Гуткин

— Аня, — устало прошептал Сергей. — Так как до вашей свадьбы меня не выпишут, то вместо меня придет комроты. С ним и с капитаном я договорился.

— Хорошо. Но после выздоровления все равно к нам. Так просто от нас не отвертишься.

— Придет, придет, — проворчал капитан. — Куда он денется. Если бы не ты, то сколько бы еще времени в роте шпион работал. Фактически ты выполнила его работу.

— Товарищ капитан, Валентин Петрович! Мне подобные лавры ни к чему. А можно сделать так, как будто это он разоблачил шпиона? А я просто рядом проходила.

— Понял, Сергей? — обратился капитан к нему. — Я тебе говорил, что она так скажет — вот она и сказала. Так что поправляйся. А мы с Аней пойдем сейчас к ней в гости. Проведаю моего лейтенанта. Он, наверное, уже сильно волнуется из-за срочного вызова супруги. Ну, ничего. Придем — успокоим.

И мы поехали на машине НКГБ к нам домой.

22

Когда мы вошли к нам в дом, Вася сделал попытку встать, но капитан решительно ее пресек.

— Лежать, лейтенант! Мне нужны здоровые сотрудники, так что не нарушай режим. Выволочку получишь позже. За что — ты прекрасно знаешь. А пока бери пример с жены. За то время, что ты пролеживал бока в больнице, она уже успела шпиона разоблачить.

При этих словах Вася так вытаращил глаза, что я испугалась — а вдруг назад не войдут. Но нет, пока капитан рассказывал о последних событиях — вошли.

— А теперь подведем некоторые итоги. Что мы имеем, и что мы не имеем. Мы имеем около десятка бандитов, которые никакой полезной информации дать нам не могут. Так что, их дела передадим в суд и об этом забудем. Есть еще поручник, которого до смерти напугала Аня и который теперь просто из кожи вон лезет, чтобы нам угодить. Кое-что полезное он нам дал, но главное мы уже использовали, а остальное, кажется, по мелочам. Я уже передал по нему все материалы наверх и, скорее всего, его от нас заберут. Раз уж готов на любые услуги, то грех не воспользоваться. И есть еще мертвый шпион, по которому нужно будет провести стандартную работу: как прошел через проверки, с кем встречался, что мог сообщить и так далее. Этим здесь будем заниматься мы в контакте с особым отделом роты, а также товарищи в тех местах, откуда он к нам попал. Эх, Василий. Если бы ты был здоров, то получил бы это дело, а так пока не знаю. Вернусь в контору — подумаю.

— Дальше. Аня, к тебе. Сергей надолго вышел из строя, а занятия продолжать крайне важно, поэтому придется тебе завтра все возобновить. Лейтенант, конечно, будет скучать, но пару дней он и сам себя полечит. А за вечер субботы и воскресенье ты уже займешься интенсивным лечением. Чтобы на следующей неделе Вася был, как огурчик. Кстати, скажи-ка — а на мотоцикле ты умеешь ездить?

Вот тебе раз! С одной стороны на Женюрином байке я ездила довольно уверенно. При этом обслуживание доверяла дорогому Женечке. А как с этими мотоциклами — понятия не имею.

— Валентин Петрович. Управлять, наверное, смогу, но вот обслуживать — точно нет.

— Понял. Тогда сделаем так. Завтра утром едешь в роту на грузовике, как обычно. Там в свободное от занятий время ознакомишься с мотоциклом и попробуешь себя. Если комроты увидит, что в седле ты сидишь уверенно, то получишь во временное пользование мотоцикл Сергея — ему, как сама понимаешь, пару месяцев о мотоцикле можно только мечтать. Если комроты начнет намекать, что, мол, у Василия тоже мотоцикл есть, то скажи, что Вася уже завтра начнет себя пробовать на мотоцикле, поэтому тебе он не разрешил его брать. А обслуживать будут в мехмастерской роты. У них механиков хватает. Это мы здесь бедные — и мотоциклов мало, и обслуживаем сами.

Капитан на некоторое время замолчал, как бы давая мне возможность осмыслить сказанное. Потом хитро на меня посмотрел и выдал:

— Товарищ Северова! За проявленные мужество и находчивость в борьбе с врагами Советской Власти горотдел НКГБ принял решение наградить тебя. — С этими словами он вышел к машине и вернулся через пару минут со свертком. Я стояла, хлопая глазами, и ничего не понимала. Вася тоже был в полных непонятках. Капитан медленно — садист, наверное, — стал разворачивать сверток. И на свет появился ПАРАБЕЛЛУМ! Моя голубая мечта в этом мире.

— Это меня комроты надоумил. Он видел, какими глазами ты смотрела на его парабеллум, и посоветовал подарить тебе такой же. А вот к нему кобура, запасной магазин и патроны. — Капитан передал мне увесистую коробку.

— Вася научит тебя, как с ним обращаться и как лучше носить, а стрелять будешь в роте. Кстати, вот тебе и официальное разрешение на ношение оружия, как жене сотрудника НКГБ. Так что в следующий раз, когда столкнешься с бандитами или шпионами, будешь уже вооружена.

— Валентин Петрович, товарищ капитан! Ну, просто нет слов! — От полноты чувств я подскочила к капитану и поцеловала его.

— Замечательный подарок! Постараюсь в ближайший месяц раздобыть для вас еще несколько шпионов или бандитов.

— С тебя станется. Мне, почему-то кажется, что с твоим появлением здесь события стали как-то ускоряться. Так что не удивлюсь, если так и случится.

— Валентин Петрович, пока не забыла. Хочу спросить. В НКГБ есть свой, как бы внутренний, врач, который умеет делать зубные протезы?

— А зачем тебе? Что, заранее готовишься к бурной семейной жизни с выбиванием зубов друг у друга? Пока, насколько, я вижу у вас обоих зубы в полном порядке. И почему именно нужен наш внутренний врач?

— С нашими с Васей зубами мы разберемся и без врача. Сама выбью — сама вставлю. А мне тут пришла в голову идея, для которой нужны специальные съемные зубные протезы. И тот, кто их будет делать, должен сохранить тайну.

Капитан уставился на меня и несколько минут просто буравил взглядом. Потом, пошарив сзади рукой и нащупав стул, сел.

— Так. Кажется, я догадываюсь для чего тебе такой врач, и какие протезы тебе нужны. Ну, ты и, — тут он запнулся, — выдумщица. (Наверняка, хотел сказать, стерва).

Вася, ничего не понимая, переводил взгляд то на меня, то на капитана.

— Да, Валентин Петрович. Вы угадали. Я хочу получить два съемных клыка. Основная масса населения здесь темная и религиозная. Значит, боятся всякую нечисть. Вон, даже поручник, который вроде бы образованный человек, и то сдал все и всех при первом же нажиме со стороны нечисти. Следовательно, и дальше могут быть случаи, когда это пригодится. Пусть бандиты знают, что на них может напасть упырь. А чтобы не возникла паника у мирного населения, надо будет поговорить с местным батюшкой.

— Поговорю, поговорю. И врача нужного найду. На следующей неделе все сделаем. Ладно, отдыхайте. — С этими словами Валентин Петрович встал и вышел, оставив нас вдвоем. Давно пора!

— Васенька, а не проверить ли нам, как идет процесс выздоровления?

Вася с готовностью согласился и оставшееся до ужина время мы занимались исключительно проверкой.

После ужина я вцепилась в мужа, потребовав, чтобы он научил меня обращению с подаренным пистолетом. Поскольку одна рука у Васи еще была в повязке, то в основном он говорил, что и как надо делать, а я послушно все выполняла. Впрочем, реальные действия свелись к неполной разборке пистолета для ухода за ним и последующей сборке, а также к выработке сноровки в смене магазина. Зато лекция, несмотря на ее краткость, оказалась очень содержательной. Вася читал ее ну в точности как наш институтский лектор по математике.

— Прежде всего, запомни: самое надежное оружие — это, за которым ты постоянно ухаживаешь и с которым ты регулярно тренируешься. Как ухаживать я тебе показал. Если хочешь, чтобы этот пистолет тебя никогда не подвел, то старайся каждый день его чистить и немного смазывать. Причем в самом конце снаружи его нужно вытирать насухо. Тогда на него не будет налипать грязь. После каждой стрельбы чистка просто обязательна. И не реже раза в месяц чисть его с полной разборкой. Это долго и нудно, но необходимо. Еще запомни два НИКОГДА, когда в патроннике есть патрон: 1) не разбирай пистолет (может привести к случайному выстрелу) и 2) не пытайся сменить магазин (это можно, но очень трудно сделать). — Произнося эти слова Вася, наверное, для внушительности, каким-то странным образом поднял вверх указательный палец. Мне этот жест показался смутно знакомым. Где-то в своем времени я его видела. Заметив мою некоторую озадаченность, Вася усмехнулся и сказал, отвлекаясь от основной темы:

— Видишь, дурные манеры оказываются очень привязчивыми. Около года назад по одному делу я несколько раз консультировался у старика-ювелира. Так вот тот старик именно этим жестом подчеркивал важность сообщаемой им информации. Не знаю почему, но ко мне привязался этот жест.

Ну, конечно. Я тут же вспомнила! В каком-то старом фильме старик-еврей, если не ошибаюсь, часовщик, точно таким жестом подчеркивал важность того, что он говорил[15]. А Вася, тем временем, продолжал: