Смерть Отморозка - Кирилл Шелестов

–Хочешь, я тебе свой пиджак отдам? – весело предложил он Норову.– С Лялькой в придачу? А то на нее денег не напасешься. Поехали, Паш, хоть вмажем по-человечески. У нас столик заказан, в Шато Салет. Знаешь Салет? Тут, недалеко. Мы уж в дороге были, как Лялька говорит, давай ребят позовем, веселее будет. Звякнула вам, а вы – в отказ. Ну, она же упорная. Вы сказали, что в Ля-Роке сидите, она глянула по навигатору, а тут рукой подать! Считай, по дороге. Мы и завернули.

–Тут все рядом,– кисло согласился Норов.

–После Москвы здесь гонять – одно удовольствие: ни пробок, ни перекрытий, втопил сотку и вперед!

–В Москве – не так? – вежливо поинтересовалась Анна.

–В Москве я за руль редко сажусь. У меня там водитель.

–Да, поехали! – настаивала Ляля.– В Салете – нормальный ресторан, известный, его мишленовский гид рекомендует. Чего вам здесь торчать, в забегаловке?

–Тут тоже ничего, – снисходительно вступился за заведение Владимир.– Народ даже какой-то сидит. Просто там – ресторан, нормально покушать можно, а тут че? Только вмазать.

–Мы не ужинаем так поздно,– сказала Анна.– Извините.

–Фигуру бережете? – Владимир машинально ущипнул себя за толстую складку сбоку и вздохнул.

–Но один-то разок можно диету нарушить! – уговаривала Ляля.

–Как говорится, один раз – не пидарас,– добавил Владимир и первым засмеялся.

–Выпейте с нами по бокалу, – предложила Анна.– За встречу.

Владимир взглянул на массивные золотые часы.

–В принципе, можно, – согласился он.

Ляля вслед за ним посмотрела на свои часы, золотые с бриллиантами.

–Поехали, Вов, а то опоздаем! Меня здесь не вставляет.

–Не суетись.

Владимир потянул ее за рукав, и она нехотя опустилась на стул, подобрав полы пальто так, чтобы они не касались земли. Подошел Даниэль и поздоровался с особой церемонностью. Очевидно, и вид новых гостей, и их транспорт произвели на него впечатление.

–Спик инглиш? – спросил его Владимир.

–Un petit peu, – улыбнулся Даниэль.– Э литл бит.

Произношение у него было примерно такое же, как у Владимира.

–Вот тоже, балбес, блин, в кафе работает, а английского не знает! – ворчливо заметил Владимир Норову.

–Скажи по-русски, я переведу.

–Да коньячка, наверное, хлопну для аппетита, какой тут самый лучший? А Ляльке – бокал вина.

–Шампанского, – уточнила Ляля и, посмотрев на Даниэля, добавила:– Шампань.

Даниэль вопросительно посмотрел на Норова, тот перевел. Даниэль ответил, что вообще-то в их кафе шампанское по бокалам не наливают, – нужно брать бутылку целиком, но для друзей Норова он откроет.

–Только пусть полусладкое принесет!– спохватилась Ляля.– Деми-сюкре, – пояснила она Даниэлю.

–У нас только сухое,– развел руками Даниэль.

–Во колхозаны, блин!– вздохнула Ляля.– Ну, ладно пусть несет, какое есть. Брют, брют,– покивала она Даниэлю.

–Мы, кстати, толком не познакомились,– сказал Владимир, когда Даниэль отошел.

Он достал из модной барсетки дорогое портмоне и протянул Норову визитную карточку на плотной глянцевой бумаге с триколором в углу. «Брыкин Владимир Ильич»,– было напечатано крупным шрифтом. – «Депутат Государственной Думы Российской Федерации». И еще ниже: «Доктор экономических наук».

Норов взглянул на нее, кивнул и небрежно сунул карточку в карман. Брыкин, наверное, ожидал другой реакции и насупился, отчего его неприветливое лицо сделалось еще непригляднее.

–У меня самого нет визитной карточки,– сказал Норов.– Я в настоящее время нигде не работаю, ничем не занимаюсь.

Брыкин сначала удивленно приподнял брови, затем, прищурившись, оценивающе посмотрел на Норова.

–Отошел от дел? – с доверительной фамильярностью спросил он.

–Вроде того,– сдержанно подтвердил Норов.

–Ясно, – понимающе усмехнулся Брыкин.

Видимо, он принял Норова за бывшего бандита или беглого бизнесмена, скрывающегося от российского правосудия.

* * *

Даниэль принес им напитки и пожелал приятного вечера.

–Ваше здоровье! – сказал Брыкин, чокаясь со всеми.– Будем!

Ляля отпила вина и поморщилась.

–Не люблю сухое. Кислятина. Может, хоть в Салете будет сладкое? Жером говорил, там нормально кормят. Жером Камарк, – пояснила она Норову и Анне. – Который нам шато продает. Мы сегодня там с ним обедаем.

–Слыхал о нем? – спросил Брыкин Норова.

–Нет,– ответил Норов.– А должен?

–Он – маркиз!– воскликнула Ляля.– Самый настоящий. Прям, в полный рост!

–Разве во Франции еще существуют титулы? – удивилась Анна.

–Официально – нет, их давно отменили, но все предки у него маркизами были,– уважительно пояснил Брыкин. – Он мне свою родословную показывал. Читать умучишься! Там все без дураков.

–Он чуть ли не сто сорок восьмой маркиз! – не утерпев, прибавила Ляля.

–Аж с одиннадцатого века, – подтвердил Брыкин. – Мать у него председатель какой-то комиссии… по историческому наследию что ли? Или как там она называется?…– Он посмотрел на Лялю, но та тоже не помнила. – В общем, что-то с дворянством связано. Папаша, правда, помер уже. Он тут самый знатный.

–Во Франции? – глаза Анны недоверчиво округлились.

–Ну, за всю Францию говорить не буду, но в Окситании – точно.

–У него свой родовой замок в Дордони! – было заметно, что Лялю восхищает знатность их нового знакомого. – Шато Камарк. Туда туристов водят, экскурсии устраивают, про его предков рассказывают, кто с кем воевал… Если сайт Дордони открыть, он сразу выпадает. Старинный замок, еще фиг знает когда его строили, при царе Горохе. Сам он там, правда, не живет, его брат всем этим бизнесом заправляет. Там тоже ресторан есть, но чисто так, – для туристов. А сам замок – офигенный, я фотки видела! Стены такие каменные, башни, бойницы, все дела. Жером обещал нас туда свозить. Мы бы его купили, но он его не продает.

–Да там и цена была бы космос! – хмыкнул Брыкин. – Замучишься после налоги платить. То, что мы сейчас берем, – лучше.

–Жером в Париже живет, – продолжала Ляля.– Элитной недвижимостью занимается.

–Не интересуешься, кстати? – деловито спросил Брыкин Норова.

Тот покачал головой.

–Он не только во Франции работает, а по всему миру. Серьезный парень. Меня с ним надежные люди свели.

–Не интересуюсь,– повторил Норов.

–Ну, может, кому-то из друзей понадобится. У него в Париже офис, в Бордо, в Лионе, кажется. Ну и здесь в Альби.

* * *

Ляля оглянулась по сторонам, рассматривая посетителей.

–Какие все же французы – чушки! – с чувством заключила она.– Без слез не взглянешь!

–Да ладно тебе придираться, – снисходительно заметил Брыкин.– В Москве тоже всякого сброду полно.

Деревенская публика, собравшаяся на площади, действительно, смотрелась не особенно презентабельно. Посетители ресторанчика, в котором они сидели, выглядели еще относительно прилично: тут цены были повыше; в других заведениях градус пристойности заметно понижался.

–Вон у той тетки жопа на стуле не помещается, а она