Полицейская сага - Стюарт Вудс

И только он начал двигаться вправо, как заросли поредели, и он чуть не налетел на Фокси Фандерберка, стоявшего широко расставив ноги и держа наизготовку ружье калибра 30х30 с рычажной перезарядкой. Несмотря на неожиданность встречи, Уилл Генри не упустил из виду, что курок у ружья взведен.

– Господи, Фокси, вы же напугали меня до полусмерти! Что вы тут делаете?

Выражение лица Фокси было абсолютно бесстрастным, даже губы не были, как обычно, поджаты.

– Охочусь. А что тут делаете вы?

– Осматриваю окрестности. Я к вам заезжал, чтобы переговорить, но дома никого не оказалось, кроме собаки со щенятами. Милое животное. – Уиллу Генри показалось, что упоминание о посещении дома не осталось для Фокси незамеченным. – Щенята продаются? Я подумывал о том, чтобы завести детям собаку. Ведь фермерские собаки в городе не приживаются.

– Как-то не задумывался об этом. А о чем вы хотели со мной переговорить?

– Просто хотел выяснить, не слышали ли вы этой ночью чего-нибудь или кого-нибудь.

– Нет.

– Ни в лесу, ни где-нибудь еще?

– Нет. А что я должен был услышать?

– Мне сообщили, что этой ночью тут поблизости было собрание Клана.

– Они собираются на пастбище, по ту сторону дороги, – Фокси указал направление, – примерно в полумиле отсюда. Я обычно слышу, как туда съезжаются машины, а вот прошлой ночью не слышал ничего.

– Ну, это все, что меня интересует. Как отсюда лучше всего выбраться на дорогу?

– По тропе. – Фокси указал налево. – Идите вперед.

Уилл Генри проследовал за ним и вышел на тропу. Идти стало значительно легче. Она, похоже, шла от дороги прямо к обрыву, а потом огибала гору. Не исключено, что она была продолжением тропинки, проложенной бойскаутами. Они шли гуськом, Фокси сзади. Тут Уилл Генри вспомнил про ружье со взведенным курком. Он не видел, чтобы Фокси снял курок с боевого взвода, и ему стало не по себе оттого, что это ружье находилось у него за спиной. Оба молчали, пока не вышли на дорогу.

– Подвезти до дома?

– Дойду пешком.

– Скажите, Фокси, на кого вы охотитесь с «тридцаткой»?

– На рысь.

– Днем, и без собаки?

– Не всегда.

Уилл Генри сел в машину.

– Дайте знать, если надумаете продавать щенят. Мне бы хотелось мальчика. Билли и Элоиза так обрадуются!

Фокси неопределенно кивнул. Уилл Генри уехал. Он видел Фокси в зеркале заднего обзора, пока не оказался за гребнем холма. А Фокси все это время стоял и смотрел на машину, держа в руках ружье со взведенным курком. Он застыл, как изваяние.

Глава 14

Прежде чем передать информацию в газеты, Уиллу Генри надо было заехать еще в одно место, переговорить еще с одним человеком. Он чувствовал, что предстоит самая важная часть расследования и что ее надо будет провести самым тщательным образом. Иначе, вероятно, придется оставить всякую надежду на разрешение загадки смерти мальчика и привлечение к ответу тех, кто в ней повинны.

Он вошел в мастерскую с бокового входа. Еще до того, как он отворил дверь, он ощутил запах кожи, а когда вошел внутрь, запах этот заполнил все его легкие. И он вовсе не был неприятным. Томми Аллен полировал ботинок на большой машине и не слышал, как Уилл Генри вошел. Тот подождал, пока Томми кончит, прежде, чем заговорить.

– Томми?

Томми Аллен так и подпрыгнул.

– Эй, начальник, не надо так шутить, а то от испуга помереть можно!

– А я и не собирался тебя пугать. Не поставишь ли мне набойки, а я бы пока подождал? Это моя единственная черная пара, а отцы города могут посмотреть косо, если я надену с формой коричневые туфли.

– С удовольствием. Работы у меня сейчас не много. – Он забрал ботинки у Уилла Генри, влез на высокую табуретку и надел один из них на лапу. – А вообще-то лучше подбить каблучки и поставить новые подметки. Тогда они будут лучше носиться и послужат дольше.

– Доктору виднее.

Томми взял похожий на плоскогубцы инструмент с длинными рукоятками и начал профессионально отрывать подметки.

– Первый раз вижу тебя с тех пор, как назначили начальником. Даже поздравить не было возможности.

– Благодарю вас, сэр!

– По правде, я так и знал, что ты скоро заглянешь.

– Вот как? Всемогущий Господь предупреждает тебя, когда у меня подметки прохудятся?

– Да ладно, Уилл Генри, ты ведь все такой же, как тогда, когда мы бегали к кузнецу и пытались позаимствовать у Джесса Брауна новые подковы, чтобы поиграть. Тебе еще через минуту вздумается мне сказать, как тебе нравится смотреть, когда я чиню эти туфли. – Хотя Уилл Генри старался держать себя в руках, он был ошарашен. А Томми глядел на него из-под сапожной лапы. – По-моему, Уилл Генри, ты хочешь разузнать насчет Клана.

– Ты всегда, Томми, видишь меня насквозь. Все так, я хочу о нем разузнать. Знаю, что ты никогда не хотел говорить об этом, но теперь мне нужно знать, и ты единственный, с кем я могу говорить.

– Ну, наверное, это не слишком большой секрет, что я в Клане, но как ты уже сказал, я не хочу говорить об этом.

– Никак не пойму, как ты там очутился, Томми. Всегда хотел тебя об этом спросить.

– Ну, еще давным-давно, старый… ну, в общем, один мужик повел меня на собрание, и мне так понравилось, как там читают Библию и молятся. Ты же знаешь, как папа нас воспитал. Но потом, когда их стало заносить не в ту сторону, я захотел выйти, но сообразил, что смогу их как-то сдерживать, не позволять им совсем распускаться. Там есть несколько парней, которые натворили бы бед, если за ними не присматривать.

– Думаю, что есть такие.

– Ага, и я вместе с другими старичками держу все в рамках, и если бы нас слушали, Клан бы стал более ответственной организацией. Ты же знаешь, дело того стоит. Кто-то ведь должен следить за тем, чтобы ниггеры знали свое место, и не знаю, кто еще, кроме нас, может с этим справится. А ты знаешь? Уилл Генри молчал.

– Ладно, не заводи меня, – проговорил Томми и умолк, намазывая кисточкой клей на полоску кожи.

– Томми, ты ведь не полезешь во что-нибудь скверное, правда? Ты… – Тут Уилл Генри умолк, заметив, какое выражение появилось на лице Томми. – Прости. Знаю, что не полезешь. Я просто вспомнил историю, как одного в Гринвилле выпороли в прошлом году кнутом за то, что он гулял с цветной девчонкой. Такие вот дела.

– Это устроила шайка гринвиллских парнишек, а здесь бы я такого не допустил. Я бы с ним поговорил как следует, постращал бы немного, припугнул бы, что расскажу жене. Так было бы лучше.

Уилл Генри кивнул, и оба опять умолкли. Тишину нарушал скрип разрезаемой кривым ножом кожи, когда Томми вырезал подметку по размеру.

– Томми, случилось нечто ужасное. Не в Гринвилле, Вудбери или Манчестере, а прямо здесь, в Делано. Прошлой ночью.

Томми даже работать перестал.

– Прошлой ночью? – На лице у него было написано беспокойство. – Прошлой ночью было собрание, но самое обычное. Ничего чрезвычайного, просто очередной сбор.

– И все-таки произошло ужасное, Томми. Человек убит.

Томми уставился на него и замер.

– Этого не может быть, – проговорил он.

Уилл Генри ударил ладонью по стойке, и голос его напрягся.

– Черт возьми, Томми, мальчик-то мертв! Он на бегу сорвался со скалы! Сегодня в восемь утра его обнаружил мальчишка Мэйнардов. А сейчас он у Ламара Мэддокса, и днем приедет доктор из Коламбуса, чтобы осмотреть его. Чувствую, что в этой истории как-то замешан Клан и хочу, чтобы ты помог мне разобраться в происшедшем.

Томми смотрел непонимающим взглядом.

– Какая еще скала?

– Скала Годо, Томми. Она всего лишь в трехстах ярдах от поля. Он бежал, и бежал как раз оттуда. Он, похоже, выскочил на старую тропу, что ведет к обрыву и резко поворачивает в сторону бойскаутской тропинки. А он не повернул. А понесся вперед. – Уилл Генри умолк на мгновение, а затем продолжал: – Как такое могло случиться, Томми? Как?

– Ты говоришь про поле у Сосновой горы? Послушай, Уилл Генри, да на этом поле мы не собирались с тех нор, как прошлым летом зажгли там крест. – Томми сунул руку под стойку, вынул оттуда Библию и положил на нее руку. – Слушай меня, Уилл Генри, я говорю правду. Клянусь Господом! Собрание прошло в одном доме неподалеку от Сосновой горы. Там были все, кроме одного, который слег и лежал дома. Мы были в этом доме до полуночи, а потом разошлись по домам пооди-ночке и парами. Все прошло спокойно. Никто ни за кем не гнался. Все пошли по домам, и если надо, все смогут это доказать.

Уилл Генри подался вперед и поглядел прямо в лицо сапожнику.

– Ты в этом уверен, Томми?

Он произнес эту фразу, потому что не знал, что еще сказать.

– Уилл Генри, дом, где проходило собрание, – мой!

Был уже конец дня, когда Уилл Генри добрался до редакции «Мессенджера», и вся его прежняя прыть куда-то исчезла. Сначала он был абсолютно уверен, что смерть мальчика связана с Кланом, теперь же он был почти уверен, что не связана. Последнюю надежду на быстрое разрешение задачи он возлагал на медицинскую экспертизу, хотя никак не мог представить, чтобы врач, каким бы хорошим он ни был, сумел сообщить ему нечто весьма полезное в деле изобличения преступников. Он все еще думал, что замешан не один человек. Может быть, такой вывод напрашивался сам собой из-за неординарных обстоятельств гибели мальчика. Похоже было на то, что либо чья-то шутка зашла слишком далеко, либо посвящение в члены клана вышло из-под контроля. Ему вдруг представилось, что убийцами были молодые и безответственные люди. Они собирались напугать, но не намеревались убивать. Но коль скоро членов Клана он исключил из числа подозреваемых, ему никак не удавалось подобрать равноценную замену. Если бы в Делано был колледж, он бы подозревал какую-нибудь студенческую группу. Мальчик был не из Делано. Иначе его бы узнал Братец Мэйнард или любой из троих мужчин, видевших тело. Он стал припоминать, какие есть поблизости колледжи, откуда можно легко и быстро сюда добраться. Колледж есть в Лангрейндже, но это религиозное учреждение, где вряд ли может появиться студенческая группа, где столь бешено гоняются за новичками. Других колледжей поблизости не было.