Хозяин башни. Часть 1 - Роберт Егоров

– Пришло время принести жертву! – громко вещал Олли. – Божан, Тойво, введите животных.

Божан и его светловолосый товарищ родом из лесов загадочной Суоми привели к костру упирающихся и громко блеющих козу и козла.

– Боги многое дают нам, – продолжал Олли. – Они орошают наши земли дождями, даруют солнечный свет и тепло, следят за тем, чтобы Зелёный лес всегда был полон дичи и наши стрелы неизменно находили цель. Они оберегают Своельгу от нечисти и иных напастей. Не гоже, если мы, люди, станем пользоваться их дарами и благословением безответно. Сегодня эта пара животных будет дарована Одину и Макоши, святому семейству, прародителям Первых людей!

Вокруг Полины раздались аплодисменты. Девушка за три года привыкла к кровавым жертвоприношениям. Да и в школе ванов на Ближних островах в первый год её нахождения в Миитланде учителя предупреждали о традициях и обрядах жителей севера Енкильмаала. Но всё же ей, выросшей в мире, где научные взгляды превалируют над варварскими пережитками, было странно и жутко наблюдать за тем, как в огонь льётся кровь существ, секунду назад ещё бьющихся в желании жить.

– Что, страшно тебе? – ехидно взглянул на Полину Ванька окосевшими от выпитого пива глазами. В первый раз, когда девушка присутствовала на Ночи обряда, её стошнило прямо на ноги парню.

– Осторожней, малец, не то я предложу Олли принести в жертву одного никчёмного паренька, который ходить без помощи другого не может. Как думаешь, – Полина прищурила глаз, в котором красным сполохом мелькнуло отражение пламени, – Один будет рад такому подношению?

Хоть Ванька и знал, что Полина шутит, всё же встревоженно сглотнул, покосившись на главу старейшин, который занёс длинный нож над козой, вырывающейся из крепких рук Божана и Тойво.

– Вот выздоровеет нога, я тебе устрою жертву, – обиженно огрызнулся парень.

Полина усмехнулась и сжала ладонь Ваньки в своей.

Тем временем Олли умертвил козла и теперь, собрав тёплую кровь в чашу, украшенную священными рунами, поднял её над своей головой.

– Во славу Одина, Макоши и Первых людей! – крикнул Олли, подошёл ближе к огню и плеснул содержимое чаши в костёр. Пламя взметнулось вверх. Тёмный дым взвился к чёрному небу, уже розовеющему на горизонте .

– Жертвенная кровь угодна богам! Поход в Гнездо будет удачным! – провозгласил Олли, делая шаг назад и проводя рукой по опалённым светлым бровям. Люди радостно вскочили и начали обнимать друг дружку.

Фавра всё это время держалась в стороне. Все знали, что она не одобряет умерщвление живых существ, пускай даже в дар богам. Но при этом ведунья и не вмешивалась в привычный уклад вещей, давая жителям Своельги свободу в собственном выборе. Полина слышала рассказы о том, что во времена, когда Первые люди ещё жили в Енкильмаале, жизнь каждого существа ценилась превыше всего. Будь это человек, птица, лесной зверь, растение или даже камень. Всё имело право на жизнь. Магия Миитланда и Первых людей объединяла все создания и считалось, что, обрывая жизнь одного, ты убиваешь и часть себя. С потерей магии тонкая связь была нарушена, заветы забыты и переиначены. Многое изменилось.

После того, как жертвенное мясо было зажарено на костре и роздано главам семейств, которые в свою очередь бережно распределили его между домочадцами, слово снова взял Олли.

– Теперь, когда боги попировали вместе с нами, они ждут ваших просьб! Фавра уже приготовила бересту для ваших посланий. А я желаю вам провести эту ночь, как подобает тем, кого любят боги! Пейте, веселитесь! Я буду счастлив следующей весной поднять к Ярило нескольких новорождённых своельжцев, – пошутил Олли, чем вызвал бойкий смех молодых парней и застенчивые улыбки девушек. – Разливайте пиво щедро, его на всех хватит!

Олли грузно плюхнулся на своё место. Народ же медленно потянулся к ведунье, которая раздавала кусочки бересты.

– Ванька, пойдём вдвоём к костру? – умоляюще посмотрела Полина на друга. – Ты спасёшь меня от Эрика.

– Но я потребую взамен твоей вековой службы! – громко произнёс Ванька, не без труда выговаривая слова от выпитого.

– Позже обсудим, – Полина схватила Ваньку за руку, увидев, что Эрик поднялся со своего места и, пошатываясь, направляется к ней. – Давай, попрыгали к Фавре, жертва.

Иван послушно опёрся на плечо девушки, морщась от неудобства. Полина покосилась на Эрика, который замер на месте с тупым выражением лица, пытаясь осознать свою неудачу, потом развернулся и пошёл обратно. Он наклонился к Кате и что-то прошептал ей на ухо. Девушка обрадованно закивала и спешно встала, оправляя платье.

– План сработал, – хмыкнула Полина и поудобнее перехватила руку Ваньки. Так, вдвоём они доскакали до ведуньи, которая стояла с простым холщовым мешком в руках и выуживала из него бересту для каждого, кто хотел отправить письмо богам.

– Здравствуй, Фавра, – поприветствовала, поклонившись, Полина старуху. – Найдётся у тебя и для нас берёста?

– Чего ж не найтись, тут для всех у меня припасено. Что, сын Божана тоже намерен просить что-то у богов?

Ведунья повернула лицо, всё так же скрытое под нависшим капюшоном, к парню. По её голосу сложно было определить возраст. Он не был звонким, как у юных девушек и не отдавал старушечьим скрипом. Он вообще был не похож на обычное человеческое звучание. Речь Фавры словно лилась сплошным мелодичным потоком, журчала водой, переливалась хрустальным звоном, доносилась издалека трелью птиц. Её голос и притягивал и одновременно отпугивал своей нездешностью, потусторонним эхом.

– Да, – коротко ответил Ванька, стараясь не терять твёрдую почву под ногами. Полина крепко держала его за плечи, хотя и сама чувствовала, что хмельное пиво делает ноги ватными и туманит сознание.

– Что ж, держите, – Фавра протянула кусочки коры, – писала то есть с собой?

– Ой, – посмотрел на Полину Ванька.

– У меня есть, из дома прихватила, – девушка достала из кармана штанов две заострённые с одних концов костяные палочки.

– Помните, что тревожить пустыми просьбами богов не следует. Тщательно подумайте над посланием. Просить надо искренне, с чистым сердцем, о самом сокровенном. О том, что сами выполнить не в силах. Иначе всё впустую. Боги никогда не станут помогать тем, кто ленится или боится сделать что-либо самостоятельно, уповая лишь на удачу и неведомый случай. А иной раз могут даже и проучить, послав беду или мелкую неприятность. Могут, например, заплести ноги в самый неподходящий момент и полетит человек с лестницы, подвернёт ногу и станет беспомощной обузой, которую из себя являет, не решаясь признать своих ошибок. А некоторым, – Фавра повернулась к девушке, – они помогают с особой тщательностью, имея свои, неясные на первый взгляд причины.

У Полины пробежали мурашки по спине от невидимого взгляда ведуньи.

– Спасибо, Фавра, мы