Небесные пираты Каллисто - Лин Картер

– Джандар сейчас не на дежурстве. Может, он отдыхает в своей каюте. Погляди там.

Коджа поблагодарил его и повернулся. Но меня не было ни в каюте, ни на камбузе, ни в кладовых, ни на колесной палубе, ни на корме. Меня как будто вообще не было на борту «Джалатадара»!

Ятунского воина это крайне озадачило. Но там, где человек уже поднял бы тревогу, холодный дисциплинированный ум артропода продолжал накапливать данные, а сам Коджа терпеливо искал меня, пока не пришел к окончательному выводу, что меня на борту нет.

Убедившись в этом, Коджа, впрочем, не стал терять времени.

Каюта Лукора находилась рядом с моей. Коджа увидел в ней храброго седовласого учителя фехтования на койке. Тот делил внимание между черной бутылкой с выдержанным коньяком и томом непристойных анекдотов, под названием «Забавы Пеллиситира Изобретательного». Ганатолец приветливо помахал рукой, когда серьезный артропод вошел в его каюту.

– Эй, друг Коджа! Ты видишь, я знакомлюсь с одним из менее распространенных видов литературы и одновременно возобновляю запас затраченной энергии при помощи бутылки прекрасной кварры. Это вино сильно переоценивают неразумные любители, однако оно не без букета. Нет ничего лучше выдержанной кварры… Как это сказал поэт? «Золотой нектар ушедшего лета спит в сердце доброго вина…» Эй, а что случилось?

– Джандара нет на борту, – ровным, лишенным эмоций тоном ответил Коджа, по своему обыкновению переходя прямо к сути. Горячий маленький ганатолец, который как раз подкреплялся еще одним глотком из бутылки, чтобы подтвердить мудрость поэта, которого только что цитировал, подавился крепким вином.

– Кмм! Уф! Мой многосуставчатый друг, о чем это ты говоришь? Конечно, наш отважный желтоволосый капитан на борту – где ему еще быть, могу я спросить, если мы на высоте в три тысячи футов над землей?

– Лукор, его нет на корабле. Я обыскал корабль от носа до кормы и не нашел его. Случилось что-то ужасное… С подавленным проклятием Лукор отбросил книгу в сторону, закрыл бутылку пробкой, нежно спрятал под подушкой и сел на койке, трезвея от зловещих слов Коджи.

– Ты подозреваешь предательство?

Коджа согнул свои антенны, что у ятунов эквивалентно пожатию плечами. – Я видел его у перил, когда мы брали запас пресной воды. А теперь его на галеоне нет. Я спросил занадарца Ультара, куда пошел Джандар, но тот объявил, что не знает. Но он не мог не видеть, куда пошел наш друг, потому что стоял с ним рядом. Это загадка, Лукор.

Лукор потер лоб и яростно потянул себя за длинные усы, за которыми всегда нежно ухаживал.

– Ультар? Не доверяю я этому занадарцу. С радостью выбросил бы его за борт, если бы поблизости оказались перила. Я предупреждал Джандара, что он совершает ошибку, позволяя этому предателю, коварному пирату лететь с нами. Но наш благородный капитан всегда ждет от людей хорошего и не предвидит плохого. Ну, если Ультар приложил к этому руку, мы это легко узнаем. Я сумею развязать ему язык, Я знаю трюк с раскаленным кинжалом, который прикладывают к пальцам ног, и самый неразговорчивый человек на Танаторе тут же изложит всю свою биографию быстрее, чем накаляется лезвие. Но – осторожно. Ты тщательно осмотрел корабль? Наш друг может болтать с кем-нибудь из офицеров в любой каюте, пить вино и рассказывать байки… Коджа описал свой маршрут поиска. К тому времени как он закончил, маленький ганатольский учитель фехтования серьезно встревожился.

– Где принц Валкар? В контрольном куполе, ты говоришь? Пошли, друг Коджа, мы должны немедленно сообщить команде, прежде чем улетим далеко. Джандар мог упасть за борт.

– Или его столкнули, – невыразительно добавил Коджа.

Вскоре подняли тревогу, и забеспокоившаяся команда прочесала каждое помещение на «Джалатадаре», не обнаружив моего местонахождения. Вызванный к встревожившемуся Валкару, наш пленный небесный пират упрямо заявлял, что ничего не знает о том, где я нахожусь. Впрочем, это было правдой: Ультар не мог знать, что в это время я уже был захвачен лордом Чамом из Нарука, и, безусловно, считал или надеялся, что я утонул в водах Корунд Ладж под тяжестью своей обуви, меча, плаща и другой одежды.

Никакие угрозы не могли вырвать правду из уст гладкоязычного занадарца, который красноречиво говорил о своем абсолютном незнании об этом деле и невиновности.

– Отдайте мне ненадолго этого небесного мошенника и лезвие кинжала и горшок углей из камбуза, и я вырву у него правду! – потребовал Лукор. Но Валкар неохотно запретил всякий допрос с применением силы.

– Мы не можем этого сделать, Лукор. Капитан Ультар клянется в своей невиновности, и у нас ничего против него нет, кроме пустых подозрений. Даже Коджа не может представить никаких доказательств. Вполне возможно, что Джандар упал за борт, потеряв равновесие, когда поднимался «Джалатадар», или его сбросил сильный порыв ветра чуть позже. Но пытать пленника, который дал слово чести и клятву не вмешиваться в управление кораблем, было бы преступным варварством. Ведь мы все-таки цивилизованные люди.

– Цивилизованные люди? – Лукор плюнул, будто ему стало горько во рту. – Ну, может быть, и так, и не помешало бы немного варварства, чтобы узнать правду у этого гладкоязычного убийцы! – бушевал он.

Но Валкар ничего не желал слушать. Впрочем, он сделал все, что можно было в таких загадочных обстоятельствах. Воздушный галеон повернул, проделал обратно весь путь до моря и занял прежнюю позицию над яркими водами Корунд Ладж. Беспокойные глаза осматривали воду, поисковые партии обыскали ближайший берег, но к этому времени волны в своем вечном прибое и откате сгладили следы, которые я оставил, выходя из моря: мои друзья не нашли никаких свидетельств, что я выбрался на берег. Много часов гигантская летающая машина парила над землей и морем, разыскивая пропавшего. Поздно вечером корабль пролетел над пологими холмами, выискивая малейшие признаки моего присутствия. Но, конечно, меня не нашли: в это время я уже спал на грубом матраце в рабских помещениях Нарука.

Кипя от гнева из-за вынужденного бездействия, вспыльчивый маленький учитель фехтования предложил штурмовать стены и ворота Нарука. Точнее он советовал Валкару спуститься над центральной рыночной площадью города и потребовать, чтобы меня вернули на корабль, если перушты действительно держат меня в плену. Валкар сам склонялся к этой мысли, потому что если я действительно упал за борт, когда галеон поднимался от вод Корунд Ладж, меня вполне мог захватить в плен какой-нибудь отряд воинов. Но ответственность за корабль и экипаж теперь полностью легла на крепкие плечи шондакорского принца, и он не мог поддаться искушению. Главной целью нашего опасного полета остается освобождение принцессы Дарлуны от плена у небесных пиратов. И подвергнуть опасности корабль из-за опрометчивого плана означало ставить под вопрос безопасность принцессы. А освобождение принцессы, повторяю, наша главная цель.