Небесные пираты Каллисто - Лин Картер

Но Валкар рассчитал все до последнего мгновения. Высовываясь из контрольного купала, с ярко-рыжей гривой, развевающейся на ветру, он в самый последний момент хрипло выкрикнул команду.

Напряглись спины и плечи членов колесной команды. Заскрипели ванты, застонали балки, покрытые льдом тросы напряглись и задрожали, как струны арфы в реве бури. Огромные лопасти крыла поднялись, заняли другое положение, а люди, прилагая всю без остатка силу, отчаянно держали руль. С почерневшими от усилий лицами, напрягая все мышцы, они держали контрольные рычаги, стараясь повернуть руль в ураганном ветре.

Пьяно раскачиваясь, «Джалатадар» вздрогнул, повернулся и в последнее мгновение разошелся с ледяной вершиной. Он прошел на таком близком расстоянии, что конец правого крыла скребнул по льду.

И в это мгновение старый Лукор, командовавший катапультой, перерубил трос. Как гигантский лук, натянутый титаном, катапульта распрямилась, ее балки вернулись на свои места, выбросив массивную стальную стрелу в бурю. Острый конец глубоко погрузился в прочный лед; зазубренный наконечник удержал корабль.

«Джалатадар», внезапно остановленный, чуть не встал на дыбы и отшатнулся от ледяной стены.

Удар был чрезвычайно сильным. Люди, стоявшие вдоль перил, как кегли, покатились по палубе. Снасти, натянутые свыше меры, лопнули. Одна мачта раскололась, сломалась, и ветер тут же унес ее вместе с наблюдательной площадкой. На мгновение показался падающий впередсмотрящий, он испустил отчаянный крик и исчез.

Корабль остановился у ледяной горы. Перила палубы были сломаны. Оказался снесен передний наблюдательный бельведер. Но, к счастью, в целом ущерб был незначительным – меньше, чем можно было ожидать. Храбрецы набрасывали лассо на вершину. Стальные кошки впивались в лед. Скоро множество тросов прочно удерживало летающий галеон у вершины.

И Валкар перевел дыхание.

Юноша Томар нашел то, что искал. На плане корабля он увидел небольшое помещение между капитанской каютой и кладовой, у самого двойного корпуса. Юноша был уверен, что во время многочисленных обходов корабля он ни разу не видел это помещение. Здесь должен скрываться Ультар.

Захватив лампу и рапиру, юный офицер решил сам выяснить истину.

Он спустился по качающейся лестнице, стараясь не обращать внимания на толчки и дрожь корабля. Защищая лампу, чтобы она не разбилась, он спускался по лестнице, пока не добрался до коридора и прошел мимо двери, ведущей в большой салон, в котором обычно капитан обедал со старшими офицерами.

Томар дважды прошел по этому пути, но не нашел никакого помещения. Глаза его блестели; он был уверен в своей правоте. Но, по-видимому, из коридора входа нет; должно быть, вход в салоне. Юноша прошел в салон, прикрывая лампу полой плаща.

Стены заняты книжными полками и подсвечниками; между ними рифленые переборки.

Где-то здесь должна находиться потайная дверь.

Но где?

Юноша провел пальцами по нижнему краю полок в поисках скрытой пружины, но ничего не обнаружил. Он пристально всматривался в стены, но свет многих лун, пробивавшийся через большое окно, ничем не мог ему помочь.

Томар случайно задел большой и тяжелый навигационный инструмент из полированной бронзы. Инструмент с грохотом покатился по каюте. Юноша затаил дыхание, ни ничего не шевельнулось.

Он начал тщательно осматривать весь зал, начиная с дальнего угла. Когда он отошел, беззвучно отодвинулась панель, открыв небольшую щель.

Оттуда два внимательных черных глаза смотрели на юношу. Невидимые пальцы коснулись скрытой пружины, часть стены с книжной полкой повернулась, но слабый звук потерялся в реве бури.

Томар ничего не подозревал, пока неожиданно сзади сильная рука не схватила его за горло и он увидел мрачно улыбающееся лицо Ультара.

Потеряв сознание, юноша опустился на пол. Ультар быстро нагнулся, взял кинжал и рапиру, достал из-под плаща лампу и сам завернулся в плащ Томара. Со злобной усмешкой небесный пират закрепил лампу в настенном держателе. Нельзя позволить лампе, улыбнулся он про себя, упасть, разбиться и превратить «Джалатадар» в огненный ад.

Обезоружив потерявшего сознание юношу, Ультар быстро подошел к выходу из салона, внимательно прислушался, осторожно выглянул, стараясь, чтобы его не увидели. Убедившись, что юноша пришел один, занадарец подошел к лежавшему Томару и задумчиво посмотрел на него.

Вероятно, лучше всего перерезать парню горло и выбросить в окно. Тогда никто не сможет обнаружить потайное укрытие Ультара. Однако нет. Ультар не был уверен, что юноша ни с кем не поделился своим открытием.

Он немного подумал, трогая пальцем лезвие кинжала, потом наклонился, разорвал воротник рубашки и негромко, но сильно похлопал юношу по щекам, чтобы привести его в себя.

Очнувшись, юноша не сопротивлялся, он лежал молча, с решительным выражением лица.

– Ну, Томар, вот мы снова и встретились! – рассмеялся занадарец. – Очень умно с твоей стороны догадаться о моем тайном убежище. Скажи, ты открыл это в одиночку или поделился с кем-нибудь?

– Я открыл сам, – сказал Томар, не понимая, что тем самым подписывает себе смертный приговор. Он задал вопрос:

– Скажи, ты на самом деле сбросил капитана Джандара за борт, когда мы пополняли запасы воды? Мастер Лукор и другие говорят, что ты это сделал, но я не могу поверить, что ты так предательски нарушил слово чести.

– Не веришь? – Ультар нахмурился, затем рассмеялся – отвратительным смехом, холодным, жестким, без всякого веселья. – Да, я швырнул вашего героического капитана вниз и испытал столько же угрызений совести, сколько испытаешь ты, наступив на ядовитую змею. Честь – это роскошь, которой нельзя пользоваться в отчаянном положении. Меня искренне забавляло, что Джандар – такой доверчивый глупец, он принял мое слово и по-своему мне поверил, но я слышал, что среди низших рас такие чувства встречаются часто. Мы, воины Занадара, с презрением отвергаем ваше женское представление о чести и рыцарстве. Это отличие делает нас выше всех остальных, в этом наше превосходство над низшими расами этого мира; в конце концов это приведет нас к мировому господству.

Во время этой речи юноша продолжал бесстрашно смотреть на Ультара. Никакие чувства, кроме слабого отвращения, не отразились на его лице.

– Значит, ты, не колеблясь, разыграл дружбу, чтобы предать ее и вывести из строя корабль, когда появится возможность, – спокойно сказал юноша. Ультар пожал плечами и ничего не ответил. Юноша продолжал.

– Ты понял, что я испытываю к тебе сочувствие и просто из вежливости проявляю к тебе доброту. Но вместо благодарности цивилизованного человека ты воспользовался моей молодостью и неопытностью, идеализмом и мягкостью как инструментом в твоей подлой игре. Для тебя это оружие, чтобы всем нам перерезать горло. Как, я полагаю, ты собираешься перерезать мое.