Маг для бастарда - Вера Чиркова

— Стоп. Занятия закончены. Идите умываться, и на ужин.

— Но я все успел, — радовался Ганик. Мне пришлось его огорчить.

— Нет. Тебе не хватило нескольких шагов. Нужно было добежать до черты, а время кончилось чуть раньше.

— Но это же из- за нее!

— В этом и смысл совместной тренировки, — снизошел я до туманных пояснений.

Объяснять подробнее не стал, пусть делают выводы сами. В конце концов, у них голова на плечах не только для того, чтобы кусать пироги. Зато мне, пока они бегали, пришел в голову замечательный план, как добыть немного секретных сведений, и я намеревался утром привести его в исполнение.

Но враг ударил первым. Вернее, попытался ударить.

Хотя сначала все шло хорошо, просто отлично. Переодеваться к ужину моя воспитанница не захотела, сидела за столом спокойно, нежных взглядов не отпускала, недостатком аппетита не страдала. Воспитателей к ужину, кроме меня, пришло шесть человек, не было только музыканта. Но я нисколько не сердился на них за такое нарушение собственного графика, хотя отлично понимал, что все явились поглазеть на меня и бастарду.

Слишком мало в здешней размеренной жизни развлечений, вот и делают ставки, сколько выстоит маглор против происков юной ведьмы, и не упускают случая полюбоваться и позлорадствовать, если магу все же удастся выстоять, да еще и прижать ведьме хвост.

Что с них взять, люди.

Но я сегодня чувствовал себя победителем в хоть и маленькой, но стратегической стычке характеров, и потому вел себя точно так, как ведет себя любой победитель, был снисходителен и щедр на учтивые улыбки. И доигрался, прозевал ответный удар.

И хотя наше время закончилось и гувернеры уже увели детей в спальни, нацелен он был прямиком в меня.

— Вы еще не жалеете, Иридос, что не вступаете в нашу маленькую игру? Вы могли бы уже складывать в кошель выигрыш, — снова подступился ко мне Траниг, и в этот момент сработали сразу три мои сторожки, стоявшие на Мэлин.

Я вскочил, метнулся к двери и почти столкнулся с Ренгиусом. Значит, он тоже следит, промелькнула где- то на краю сознания мысль, но она была вовсе не главной. Главным были отчаяние и боль, и я, ни на миг не сомневаясь, прибавил скорости.

В зал, где уже сидел гувернер малыша, я ворвался как вихрь и, не останавливаясь, ринулся в комнаты Мэлин. Пролетел небольшой будуар, ворвался в спальню, где гувернантка взбивала подушку и, оттолкнув ее с дороги, ударил плечом в дверь дамской комнаты. Она оказалась крепко заперта, но сейчас я не собирался ни останавливаться, ни экономить силу.

Рука привычно начертила на дубовой доске знаки заклинания полного развеивания, легкий щелчок добавил силы, и дверь бесшумно осыпалась щепоткой серого праха.

— Я лекарь, — решительно отодвинул меня догнавший Ренгиус, но я не сдался и в комнатку мы втиснулись вместе.

Мэлин сидела в тесном уголке за ванной, накрепко привязанная поясами к трубам и уже не шевелилась, но жизнь еще еле ощутимо билась в ее теле, и потому я снова пожертвовал частью резерва, бросая распутывающее заклинание. Маглор решительно шагнул в ванну, перегнулся через бортик и вытащил девчонку на свет.

— Яд, — выдохнули мы одновременно, едва заметив на губах характерную зеленоватую синеву, и дальше действовали так слаженно, как действуем в подобных случаях на родине.

Промывали желудок водой с зельями и чистили магией кровь. А затем добавляли жизненной энергии, согревали грелками ноги закутанной в несколько одеял девчонки и поили ее теплым молоком.

И наконец, поверив, что все удалось, бросили в бастарду заклинание целебного сна и без сил рухнули рядом в принесенные перепуганной гувернанткой кресла.

— Где она могла его добыть? — пробурчал я единственный интересовавший меня вопрос, не обращая внимания на спящую пациентку. Она теперь до обеда не проснется.

— Сама изготовила. Основной ингредиент где- то хранила, остальные достала под разными предлогами. Например, капли марники я сам давал, от бессонницы.

— Какая бессонница в ее возрасте, — вздохнул я и понял, что это прозвучало упреком. — Извини, я не так выразился. Она отличная артистка, если бы меня так не поймали контрактом, не стал бы связываться.

И то, что я это сказал, было больше, чем просто извинение. Рассказывать про свои проблемы в человеческих землях непозволительно.

— Ты хорошо держишься, — тихо произнес он, — они все сдавались раньше. Некоторые практически в тот же момент, как входили в крепость. Не обижайся на Транига, он просто хочет всучить тебе немного денег, мы все понимаем про контракт.

— А я ни на кого не обижаюсь, — хихикнул, не выдержав, — я под заклинанием невозмутимости хожу. Как прочел контракт, так и бросил. А то бы уже что- нибудь поджег. У меня вторая стихия огонь.

— А у меня защита, — чуть уныло повторил Ренгиус то, что уже один раз говорил. — Теперь тут ничего не горит.

— Попробуем? — проснулся во мне дух экспериментатора.

— Не стоит, и так потратились, — фыркнул он насмешливо. И вдруг решился: — У меня к тебе две просьбы.

— Давай, — коротко кивнул я, понимая, как непросто ему дались эти слова.

— Не отказывайся от моего подарка и не дари роз Айсоре.

— Прости, не знал. Больше не буду. Просто хотелось немного уколоть девчонку, а если бы подарил розу Нувилии, она бы не поверила.

— Вот, — протянул он на раскрытой ладони маленькую серебряную коробочку, — возьми.

— Ренгиус, но ведь это…

— Не спорь. У меня еще есть, это не последняя. И мне осталось меньше года. Здесь по контракту один идет за два.

— Спасибо. — Я взял контейнер с накопителями и тщательно спрятал, даже не пытаясь ничего предлагать взамен.

Здесь, в человеческих землях, они были такой ценностью, какой не купишь ни за какие деньги.

Мы посидели еще немного, пока в спальню тихонько, на цыпочках, словно боялась кого- то разбудить, не вошла гувернантка и не прошептала с неподдельной почтительностью:

— Идите отдыхать, господа маглоры, я прослежу за ней.

— Я сегодня отсюда не уйду, — отказался я, но Ренгиус этого рвения не поддержал.

— Она не проснется, а вам нужно поспать. Идите, Иридос, не беспокойтесь.

Действительно, чего я волнуюсь? Ведь могу следить и по сигналкам, после того как лечил ее и чистил кровь, они укрепились, словно мы были родственниками. Забавно, конечно, но когда имеешь такого непримиримого врага, похоже, это самый выгодный вариант. И я больше не стал спорить, встал с кресла и пошел в свою башню, сухо пожелав спокойной ночи коллегам, толпившимся в зале вместе с гувернерами.

Пусть Ренгиус им объясняет, что произошло… если захочет.