Принцесса на измене - Варвара Мадоши

же восхищением, что она глядела на радугу, — а слова прозвучали словно бы со стороны. Я оглянулся и увидел взрослого Мишеля в своем белом одеянии Посвященного света.

— Одно из тех воспоминаний, о которых я больше всего жалею, — сказал он спокойным тоном. — Зачем я тогда ей это сказал?.. Как будто не знал, что она вечно все делает наоборот… — он мотнул головой. — Извини, что тебе пришлось на это смотреть.

— Да нет, что ты, — сказал я, чувствуя неловкость. — Это ты меня извини. Я же понимаю, что это личное.

— Ничего. Ты это не контролируешь. Спасибо, что приснился. Как Хелена? Как младший?

— Все хорошо, — сказал я. После чего коротко описал, как Рагна отстояла Миша от необходимости спать днем и успокаивала ночью.

Мишель тепло улыбнулся.

— Передай Рагне мою благодарность. Да, госпожа Мозес — та еще сержант в юбке. Человек Ее величества. Поэтому я более или менее уверен, что она все-таки не замышляет нанести Мишу вред. Но Хелена совершенно не может ей противостоять. Хотя она не так плоха. По крайней мере, заботится о Мише на совесть и выполняет все наши указания. Просто Хелена обычно стесняется ей указывать.

— Понимаю, — сказал я. — Хелене тоже уже лучше. Ей было очень плохо во время морского путешествия.

— Насколько плохо? — встревожился Мишель. — Ты уверен, что действительно лучше? Она обычно не показывает, что приболела. Если показала, то дело действительно серьезное!

— Морская болезнь не щадит ничьего достоинства, — покачал я головой. — Не волнуйся, Рагна ее проверила, там все в порядке. Просто с этой тошнотой толком ничего не сделать, даже магией природы. Я себя кое-как поддерживал, и то мне было худо. А на Хелену уже просто энергии не хватило. И тем более там нечего делать некроманту.

— Все равно странно… — пробормотал Мишель. — Мы с ней ходили под парусом как-то, и ее не тошнило. Может быть… — он не договорил.

— Беременность? — спросил я. — Мы с Рагной на маленьком сроке не можем это проверить, тут Колина надо было просить с его алхимией.

— Ну вот когда мы до вас дойдем, он проверит, — решительно кивнул Мишель. — Беременность — это очень хорошо, мы слегка волновались, что столько лет ничего не выходило. Вот только обстоятельства сейчас… — он чуть поморщился. — Впрочем, а когда они другие?

— А когда вы до нас дойдете? — уцепился я за начало его реплики.

— Дня через три.

— Что⁈ Вас что, бурей куда-то в дальние дали унесло?

— Почти, — усмехнулся Мишель. — Ты можешь создать изображение карты?

— Я настолько хорошо ее не помню. Но могу сделать кое-что другое.

Взмахом руки я создал стенд — сон очень хорошо подчинялся моим желаниям, любо-дорого! Еще и поэтому лучше контачить с друзьями и близкими: их подсознание не сопротивляется твоему влиянию. Некромант уровня Рагны или Ханна с ее опытом пребывания в артефактном мече могут приснить почти что угодно почти кому угодно, но у меня труба пониже и дым пожиже.

— Выведи карту сюда сам, из своей памяти, — попросил я. — А то я тут, пожалуй, натворю.

— А так можно? — удивился Мишель. — Надо же…

Но почти сразу он сделал, как я просил, и на карте появились очертания береговой линии, а потом и всего гористого полуострова, на кончике которого помещался Дерхавен. Рабочее сновидение в этом плане куда лучше обычного сна: сновидцы полностью сохраняют ясность мысли и думают так же, как наяву! А то во сне, пожалуй, немного толку было бы от его воспоминаний.

— Смотри, как все было, — сказал Мишель. — Когда шторм немного утих и видимость улучшилась, мы были примерно здесь, — он ткнул в карту не очень далеко от побережья гораздо севернее Дерхавена. — Или так показал мне наш капитан на карте. Мы начали собирать корабли, собрали три, без вашего. Но я особенно не волновался, зная, что с вами Мириэль. Да и твоя способность выходить сухим из воды тоже хорошо известна! И тут один из матросов заметил торчащий из воды перископ. Видно, когда видимость улучшилась, они решили, что всплывать не так рискованно.

— Так и есть, — кивнул я. — Подводным лодкам шторм не опасен только на глубине.

— Мы тоже так подумали. В общем, мы начали обстреливать ее из пушек и даже запустили артефактный гарпун. К несчастью, промазали. В ответ лодка всплыла и тоже открыла по нам огонь из артефактных орудий. Они у нее оказались установлены на палубе. Им удалось уничтожить шлюп, пока мы вылавливали людей из воды, наш флагман тоже пострадал. Было несколько пробоин ниже ватерлинии, но Колин умудрялся держать нас на плаву. Завязалась морская дуэль. Избавлю тебя от перечисления маневров, тем более, что я сам их не понял и не помню. В итоге мы приняли решение разменять корабль на гибель подлодки — очень уж упорно она нас преследовала. Колин создал большую волну, которая провела нас прямо над подводными скалами и выбросила далеко на берег. Подлодка налетела на скалы и разбилась — мы видели взрыв и потом мертвые тела на волнах. У нас самих потерь нет, все живы и даже никто не ранен — несмотря на попытки принца Бэзила совершить что-нибудь героическое, — Мишель сухо улыбнулся. — Однако сами мы вернуться на воду не могли: слишком большие дыры в обшивке, Колин честно сказал, что не гарантирует, что доведет нас до порта. Поэтому мы приняли решение двигаться к Дерхавену по суше, через этот перешеек. Последний оставшийся корабль я не видел и не знаю, что с ним стало. Они к берегу не причалили. Если что, последние приказы, которые я им отдавал, заключались в том, чтобы идти в Дерхавен. Так что они, возможно, вскоре прибудут.

— Ясно, — сказал я. — То есть один корабль разрушен, другой тоже, вы двигаетесь по суше к Дерхавену, где последний четвертый корабль — неизвестно, но последний раз, когда ты его видел, он был на плаву. Верно?

— Верно.

— А это тут что на перешейке? Ясно, — спросил я, пытаясь прикинуть маршрут отряда Мишеля по нашей карте. — Городок, что ли?

— Крепость, — мрачно сказал Мишель. — Я подозреваю, что это-то и есть гнездо, где сидят люди Синдиката. Посмотри,