Зло наступает (СИ) - Тьелэсс Олла

— Ведьмы тоже женщины, — буркнула Марья, вырезая очередной колышек. — Выкашливай давай, плюй в ведро, — кивком она указала на стоящее в прихожей, немного грязноватое ночное ведро. — Нечего в себе держать всякую гадость. И не глотай сопли эти, только еще больше отравишься.

Колышки получались разномастные, но хоть такие. Ведьма пересчитала — получилось два десятка. Что ж, эти отдаст кикиморам, как зачарует, а для остального попробует выпросить у лешего еще осины. Ну никак не планировала она оборону против нечисти! Вздохнув, Марья пошла заваривать вербену и мысленно прикинула, как можно аккуратно нацедить своей крови, не потеряв при этом работоспособность руки.

Велена, откашлявшись, тихо вздохнула, проследив за взглядом ведьмы.

— Потому я и сказала первым делом о серебре. Кровь ты из своего тела безболезненно не выцедишь… — вздохнула воительница опять и, окинув Марью внимательным взглядом, слабо улыбнулась. — Кровь можно брать с вены, аккуратный прокол — и выцедишь в чашку, сколько нужно. Но этот метод хорош для единомоментного взятия крови. Он не наносит серьезного вреда, если действовать с умом… М-да… Идей нет.

— А чем кровь в пальце не годится? — спросила ведьма, рассматривая собственную пятерню. Решилась пожертвовать левой, поскольку правая еще нужна была. — Проколю палец, нарисую руну и готово.

— Палец можно колоть, если нужно немного крови и сразу. То есть, представь себе, сколько капель можно выдавить из одного пальца? А когда не получится, ты что, будешь ковырять другие пальцы? — воительница иронично улыбнулась. — Тогда твоя рука надолго потеряет работоспособность!

— Печально, — выдала ведьма и решительно выплеснула в чан варево с вербеной. Густой ядреный запах наполнил избушку. Марья поморщилась и принялась забрасывать колышки в кипяток, стараясь не попасть брызгами ни на себя, ни на Велену, ни на вездесущего Тишку, вылезшего поглазеть на бесплатное представление. — Ну тогда нацежу в чашку и буду мазать колышки кисточкой, — усмехнулась она, представляя себе этот идиотизм. Чем только не доводилось заниматься рядовой ведьме…

— Если найдется ещё одна кисточка, то я могу помочь, в конце концов, амулеты простейшие и раньше были известные всем охотникам на нечисть и ведьмам-хранительницам! — доброжелательно предложила Велена, радуясь, что в ответ на свое замечание не получила ушат словесных помоев и вопли: «Я ведьма, мне виднее!». Прецеденты были, и Марья крайне выгодно от них отличалось.

Велена внезапно поймала себя на мысли о том, что они действительно могли бы стать подругами. Довольно глупое, по мнению самой воительницы, чувство…

— Где-то что-то было, — ведьма метнулась к полкам и зашуршала пакетиками, баночками, кулечками и горшочками с добром. Чихнула, отфыркиваясь от пыли. Ну и куда она засунула эти проклятые кисточки? Не далее как в прошлом году руны доброжелательства рисовала одной бабенке со скверным характером… Полки, увы, ничего не дали, и Марья перешла шуршать в сундуке. — А, вот, нашла! — крикнула она, едва не нырнув в сундук с головой. Зато удалось нырнуть Тишке, радостно облизавшему кулечек с валерьяной. — Брысь, босота! Не для тебя траву собирала, не тебе ее и слюнявить!

Кот был бесцеремонно выдворен из сундука, а в кулаке ведьмы оказались зажатыми три кисточки. Одну пришлось вернуть обратно, поскольку волкодлак и Тишка рисовать уж точно не умели…

— Пожалуйста, — Марья подала кисточку следовательнице и приступила к самому неприятному действу, а именно к полосованию ножом собственной левой ладони. Чиркнув хорошо наточенным прокаленным в огне ножом по коже, она сморщилась и позволила крови свободно вытечь в чашку. Работенка предстояла… скверная. И как эта воительница каждый день выдерживает такое напряжение?

Велена же стояла рядом с чистой тряпицей наготове, и когда набралось визуально нужное количество, смочила мягкую, сложенную раз в шесть, тряпочку в загодя поставленном спиртовом настое, а затем быстро принялась четкими и отработанными движениями перевязывать. Что-что, а это с ее-то деятельностью уметь было необходимо. Очень скоро рука была аккуратно перевязана, и не осталось торчащих ниток и хвостиков.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты молодец, хорошо держалась! — наконец, одобрительно кивнула она, взяв себе кисточку и отходя в сторону заготовок амулетов.

— Спасибо, — Марья чуть поморщилась — от спирта рану защипало, но это все были такие мелочи… Убрав порезанную руку на колено, чтобы не зацепить ничем, ведьма макнула кисточку в собственную кровь и начертала на первом вынутом из уже остывшего варева колышке руну «Защита».

Глава 11. К любой проблеме приложи мозги

Чертить защитные руны Велене приходилось и раньше, притом, даже достаточно нередко. Правда, обычно красками выступали или крепкий отвар, или магический порошок пополам с травяным соком, иногда — кровь особо сильных магических существ. Однажды даже кровь единорога пришлось использовать. Что смешно, единорог был не против. И ведьмину кровь тоже приходилось использовать. Правда, в добровольном ключе впервые в жизни.

Она даже позволила себе немного улучшенную защитную руну со слегка выступающей перечеркнутой дужкой. Такая руна означала одновременно и защиту, и силу, правда, узнать её пришлось у одной полудохлой столетней ведьмы, которая когда-то швырнула Велене в голову круглую пряжку с такой руной. В голову не попало, но уху было больно…

— Смотри, это изобретение одной ведьмы, поверь мне, эта руна оберег не испортит, — все же решила она объяснить свои действия Марье.

Ведьма приглянулась к начертанному. Довольно-таки неплохая идея, если признаться. И можно попробовать нарисовать, не проблема. Хватило бы крови на все, а остальное мелочи жизни. Им предстояло управиться желательно засветло и отнести эти колышки кикиморам, увы, у русалок в воде руны смоются и колышки останутся обычной осиной, достаточно острой, но толку-то?

— Благодарю, — кивнула Марья и перерисовала руну на свой колышек. Вышло даже лучше, чем могло бы быть. — А с чего это ведьма поделилась с тобой такой ценностью?

— Ну, сначала она приняла меня за вампира и попыталась убить, а потом мы обе посмеялись и сошлись на том, что мне повезло, — ухмыльнулась воительница. — Кстати, а у меня появилась идея на счёт того, как быть с болотистыми участками. Как защитить водяного. Можно подвязать амулеты к камышам. Ведь колышки лёгкие и запросто затеряются на фоне камышей, правильно?

— Интересная мысль. Попробую привлечь и русалок, — согласилась Марья. — Другое дело, успеем ли мы все это закончить до темноты? Дорисовать мало, надо еще в лес вынести и предложить нечисти все это распределить по лесу.

Ведьма недовольно покосилась на колышки. Их слишком мало, чтобы защитить весь лес… С другой стороны… почему бы не попросить кикимор принести еще осины?

Марья выглянула в окно, повторно оценила разлившуюся лужу, хмыкнула под нос и, поскольку постоянных посетителей не было, то решила, что сможет выйти в лес за осиной. Но надо предупредить следовательницу, а то еще чего доброго решит, что подопечная ведьма смыться решила, оставив на нее все проблемы.

— Слушай… я тут подумала взять еще осины на колышки… — задумчиво протянула Марья, поворачиваясь к гостье. — Но для этого мне нужно сходить в лес и попросить лешего выделить мне ненужное дерево. Скорее всего, умирающее. Ты как, со мной пойдешь или отлежишься? Все же тут намного теплее, чем в лесу.

— Я могла бы продолжить делать амулеты, но одну тебя в лес пока отпускать достаточно опасно, — покачала головой Велена и, подергав себя за толстый свитер, хмыкнула. — Я с тобой, только укутаюсь поплотнее. К тому же, мы можем распространить по лесу уже готовое. Пока нам хватит защитить лешего, водяного и тропу, по которой в лес захаживают люди, верно?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Думаю, хватит, — Марья прикинула количество колышков и кикимор, подумала, что всех все равно амулетами не обеспечит, но попытаться все равно стоит. Хоть кому-то да польза будет от ее стараний. — Тогда собираемся.