Горячая зола - Касси Эдвардс

Когда Соколиный Охотник бросил пончо на пол, то его взгляд невольно обратился вниз. У него раскрылся рот и перехватило дыхание… Он понял истинную причину того, почему на протяжении всего времени, когда они были вместе, она упорно носила это грязное одеяние. Под ним она скрывала свою беременность, и по виду ребенок мог родиться в любой момент.

– Ты… ждешь ребенка, – задыхаясь, произнес он, вновь посмотрев ей в лицо. – Ты это скрыла от меня?

Зная о том, какие чувства к тебе испытывает Соколиный Охотник, ты не сказала правду о том, что ждешь ребенка? Разве ты мне недостаточно доверяла для того, чтобы сказать? Что, ты думала, мог тебе сделать этот индеец?

– Сначала нет, я не была уверена, могу ли я тебе доверять, – произнесла Мэгги, нервно заламывая руки. – Затем, когда я начала понимать, как я тебе нравлюсь и как ты мне нравишься, я испугалась, что ты посмотришь на меня с отвращением, узнав о моей беременности. Я… Я не могла этого вынести, Соколиный Охотник. Сейчас ты на меня так смотришь, как будто ненавидишь. Пожалуйста, скажи мне, что это не так! Пожалуйста, не надо меня ненавидеть…

Не в состоянии унять свой гнев при мысли о том, что женщина носит под сердцем ребенка другого мужчины, он развернулся и выбежал из вигвама, сжав кулаки.

Обескураженная реакцией Соколиного Охотника, Мэгги долгое время смотрела на входную створку, затем вся в слезах опустилась на пол. Она поступила неправильно. Она поступила дурно, не сказав ему правду. Что ей теперь делать? Что с ней будет? Прогонит ли он ее из своей деревни, чтобы никогда больше о ней не вспомнить? Торговый пост был слишком далеко, чтобы до него можно было бы добраться до рождения ребенка.

Она обхватила голову руками и плакала до тех пор, пока не почувствовала рядом с собой чье-то присутствие. Она быстро подняла голову и увидела, что ее внимательно разглядывает красивая девушка арапахо, глаза которой были широко раскрыты, злы и явно выражали ревность.

– Кто… ты? – прошептала Мэгги, вытирая со щек слезы.

– Меня зовут Тихий Голос, – ответила девушка тоном, который был скорее ненавидящим, чем добрым, хотя, действительно, голос индианки был тих и нежен, словно ветерок красивым весенним утром.

– Что ты от меня хочешь? – спросила Мэгги, медленно поднимаясь на ноги и отходя от нее немного в сторону.

– Меня прислал Соколиный Охотник, – сказала Тихий Голос, вызывающе вскинув голову.

– Зачем? – спросила Мэгги сдавленным голосом.

Две длинные косы Тихого Голоса подпрыгнули, когда она сердито шагнула к Мэгги, испугав ее. Мэгги взглянула на нож, покоящийся на боку Тихого Голоса, и ее вдруг поразила страшная мысль о том, что, возможно, Соколиный Охотник прислал эту женщину для того, чтобы заставить Мэгги расплатиться за ложь.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

– Сними свою одежду и отдай ее Тихому Голосу, – сказала женщина арапахо холодным, бесстрастным голосом.

Мэгги отошла подальше от Тихого Голоса.

– Нет, – сказала она, прижав руки к своей груди, как бы защищаясь. – Я отказываюсь.

– Ты должна снять одежду, чтобы принять ванну, – попросила Тихий Голос. – Отдай мне грязную одежду. Я ее выброшу.

– Ты ее выбросишь? – удивленно спросила Мэгги. – Зачем?

– Все должно быть выполнено так, как повелел Соколиный Охотник, – сказала Тихий Голос, поворачиваясь и кивая двум другим женщинам арапахо, входящим в вигвам. Одна несла таз с водой, а вторая – очень приятную хлопчатобумажную сорочку, которая свисала у нее через руки. На ладонях этой женщины лежали мягкие мокасины.

– Соколиный Охотник? – тихо произнесла Мэгги. – Так это все он?

Это вселило в нее надежду. Если бы он ее возненавидел, ему стало бы все равно, как она выглядит. Она ожидала, что он вернется и скажет, что она должна уехать. Возможно, он смягчил свой гнев по отношению к пей. Хотя, скорее всего, это была просто жалость к ней и ее ребенку, который скоро родится. Надежда, что он все еще любит ее, улетучилась в небытие.

– Да, Соколиный Охотник приказал, – сказала Тихий Голос. Ее глаза сердито сузились, когда она посмотрела вниз на живот Мэгги. – Тихий Голос повинуется, потому что он вождь, и его слово – закон в этой деревне арапахо.

Тихий Голос сделала шаг по направлению к Мэгги и протянула к ней руку ладонью вверх.

– Теперь отдай мне свою одежду, чтобы я смогла заняться своими делами, – сказала она ледяным голосом.

Лицо Мэгги залилось краской от смущения. Она посматривала то на одну женщину, то на другую, не желая перед ними раздеваться. Она простояла так еще какое-то время, затем с облегчением увидела, что женщина, которая принесла платье и мокасины, отложила их в сторону, взяла одеяло и стала держать его перед Мэгги, таким образом закрывая ее от посторонних глаз, чтобы дать ей возможность переодеться.

Молча кивнув в знак благодарности этой женщине и зная, что Тихий Голос не уйдет до тех пор, пока не получит ее одежду, Мэгги начала раздеваться. Вещь за вещью она перебросила всю одежду через одеяло и, оставшись совершенно обнаженной, взяла у этой доброй женщины одеяло и обернулась им.

– Я надеюсь, что могу помыться в уединении, – попросила Мэгги, высоко подняв подбородок и глядя на Тихий Голос. Она поняла, что эта красивая женщина арапахо никогда не будет ее другом. В глубине ее карих, как у лани, глаз и в ее голосе было что-то такое, что говорило – она враг Мэгги.

Мэгги не знала – было ли это потому, что Тихий Голос ненавидела всех белых людей, или эти недобрые чувства она испытывала только к Мэгги, ведь та была не только светлокожей, но и с большим сроком беременности, и привезена красивым вождем арапахо. Какова бы ни была причина, было ясно, что Тихий Голос едва ли хотела находиться здесь и выполнять то, что приказал Соколиный Охотник.

– Ты будешь одна, – сказала Тихий Голос, жестом приглашая остальных женщин покинуть вигвам. Тихий Голос в последний раз окинула взглядом Мэгги, ее выступающий под одеялом живот, с отвращением простонала, затем развернулась и вышла, унося с собой грязную одежду Мэгги.

Облегченно вздохнув, – ведь столкновение уже было позади, – Мэгги села рядом с углублением для огня возле таза с водой. Она смотрела на огонь и чувствовала, как подступают слезы. Она была благодарна за надежду, которую дал ей Соколиный Охотник, надежду, что он ее простил. Означало ли его поведение то, что он все еще любит ее? Она не могла перестать его любить. Она бы сделала все, что угодно, чтобы вернуть его любовь! Она хотела остаться с ним, и не только до тех пор пока не родится ее ребенок, а навсегда.

Думая, что теперь все это невозможные мечты, она в отчаянии опустила руки в таз с водой и начала брызгать ею себе в лицо. Затем, омыв все тело, она насухо вытерлась.