Горячая зола - Касси Эдвардс

Однако она боялась худшего – что его не будет здесь во время рождения ребенка. Что, если никто не придет ей помочь? В конце концов она стала ногами на пол и оттолкнулась от кровати.

Обхватив живот руками, как будто успокаивая его, она медленно начала передвигать ноги: дюйм за дюймом, по всем мягким коврикам. Следующие схватки застали ее сразу, стоило встать на ноги, и боль при этом была настолько острой, что вызывала головокружение. Мэгги чувствовала, что может упасть в обморок, если не наступит хоть небольшая передышка.

Когда боль утихла, Мэгги, злясь на саму себя, тяжело дыша и обливаясь потом, все же добралась до выхода. Дрожащей рукой она отодвинула створку и высунула голову наружу. Ее надежды найти где-нибудь поблизости Соколиного Охотника оказались напрасными. Мэгги даже не увидела его лошадь среди других лошадей в загоне недалеко от вигвама.

Затем она осознала кое-что еще: не было ни ее фургона, ни кур, ни петуха, ни коровы, хотя как раз в этом-то не было ничего необычного, чтобы сильно беспокоиться. Вдруг еще один сильный приступ боли буквально пронзил ее всю. На этот раз она не выдержала, вскрикнула и опустилась на пол. Так она и лежала у входа, а ее руки оказались слегка высунуты наружу.

Она закрыла глаза и тихонько плакала, боясь, что подвернула ногу. В этот момент кто-то к ней подошел.

– Итак, подошло время, – насмешливо-презрительно сказала Тихий Голос, тем самым заставив Мэгги открыть глаза.

– Ты! – сказала Мэгги сдавленным шепотом. – О, Господи, нет. Пожалуйста, пошли за кем-нибудь еще, чтобы мне помочь. Я не хочу, чтобы ты помогала мне. Ты… кажется, что ты… что ты меня ненавидишь. Я не… доверяю тебе.

– Белая женщина, не трать напрасно слов, – сказала Тихий Голос, наклонившись, чтобы взять Мэгги за талию и осторожно помочь ей встать с пола. – Тихий Голос помогает родить ребенка. Если тебе не нравится, можешь убежать прочь.

У Мэгги не было выбора, как только опереться на Тихий Голос, которая помогла ей добраться до постели.

– Я сейчас не в состоянии ходить, не то что бежать, – сказала Мэгги, пытаясь изобразить язвительный смешок. – Она мрачно посмотрела на Тихий Голос. – Где Соколиный Охотник?

– Его отозвали до восхода солнца, – сообщила Тихий Голос, как само собой разумеющееся.

– О, нет, – закричала Мэгги, слегка приподнявшись па кровати. – Куда он уехал? Почему?

– Пришло известие, что, возможно, видели его мать, – объяснила Тихий Голос, медленно снимая сорочку Мэгги через голову. – Но не беспокойся, белая женщина. Он сказал, чтобы предупредили всех женщин и деревне о том, что ты можешь родить сегодня. Он оставил распоряжения. Мы, женщины, знаем, что делать.

Зная, что Соколиный Охотник проявил достаточную заботу о том, чтобы ей непременно помогли, Мэгги должна бы почувствовать себя легче, но облегчение не наступило. Она едва выносила одно лишь присутствие Тихого Голоса в вигваме, еще меньше ей хотелось целый день слушать ее злобные речи и быть в ее власти при рождении ребенка.

– Ты говоришь, что кроме тебя и другие будут помогать? – спросила Мэгги, обрадовавшись, когда Тихий Голос прикрыла одеялом ее наготу.

– Я уверена, что они так же как и я услышали твой крик, – ответила Тихий Голос, стиснув зубы и гневно сверкая глазами, глядя на Мэгги. – Они скоро придут.

– Может быть они не слышали мой крик. Пойди и скажи им, что я скоро буду рожать, – сказала Мэгги, протянув руку к Тихому Голосу. – Пожалуйста…

Еще один острый приступ боли пронзил ее, заставив забыть о страхе. Боль была сильнее страха… Она закрыла глаза и прикусила нижнюю губу, сознавая в тот момент лишь то, что все ее тело изнывает от страшной боли. Она даже не чувствовала движения рук Тихого Голоса на своем животе, которые его массировали.

Только тогда, когда боль снова отступила, она ощутила эти руки Тихого Голоса. На мгновение время, казалось, остановилось. Затем, ощутив, сколь мягко индианка массирует ее живот, Мэгги выдавила из себя слабую улыбку.

Тихий Голос не улыбнулась ей в ответ, и улыбка Мэгги погасла.

– Почему ты меня не любишь? – спросила она, вытерев пот с бровей тыльной стороной руки. – С самого первого момента, когда мы встретились, мне почудилось, что ты меня просто ненавидишь. Это связано с Соколиным Охотником? Ты… любишь его?

– Тихий Голос не обязана ничего говорить белой женщине о своих чувствах, – сказала Тихий Голос, – Тихий Голос не вправе обсуждать, кому Соколиный Охотник решает отдать свое сердце. Он отдал тебе свое сердце, не так ли?

– Я не вольна говорить за Соколиного Охотника, – сказала Мэгги, чувствуя, что лучше ничего не говорить Тихому Голосу об обещаниях Соколиного Охотника. Сейчас она была в еще большей зависимости от Тихого Голоса, чем когда-либо раньше.

– Его завлек цвет твоей кожи, волос и глаз, – пробормотала Тихий Голос, гордо вскинув голову. – Пока ты носишь ребенка, я думаю, что у него нет интереса до тебя! Хотя мне должно быть любопытно узнать – родится ли ребенок с белой или с медного цвета кожей… Знала ли ты Соколиного Охотника дольше, чем он открыто признался перед нами?

Мэгги побледнела, поняв, что Тихий Голос обвиняла Соколиного Охотника не только в отцовстве ее ребенка, но и в том, что он солгал всем об обстоятельствах их встречи!

– Ты называешь вашего вождя лжецом? – решилась произнести она, хоть и знала, что может еще больше озлобить против себя эту женщину. Однако Тихий Голос сама себе поставила ловушку, показав, что она не верит словам Соколиного Охотника. Это могло дать Мэгги преимущество перед этой красивой злобной женщиной.

– Что скажет вождь, если узнает, что ты считаешь его человеком, на которого нельзя положиться и которому нельзя верить? – осторожно спросила Мэгги.

Губы Тихого Голоса раскрылись, а глаза расширились. Ей, однако, не представилась возможность ответить. Четыре женщины торопливо вошли в вигвам. Одни несли тазы с теплой водой, другие мягкую одежду и целый набор вещей, назначение которых Мэгги не знала.

Женщины подошли к кровати по две с каждой стороны, а Тихий Голос стала в ногах.

– Встань на колени и локти, – решительно приказала Тихий Голос.

– Что? – изумленно спросила Мэгги. – Это еще зачем?

– Делай так, как тебе говорят, – сказала Тихий Голос, сорвав одеяло с Мэгги. – Ну же!

Мэгги затаила дыхание, когда женщины вбили колья в землю возле каждого угла кровати.

– Для чего это? – в конце концов спросила она тихим, дрожащим от страха голосом.

– Ты будешь сжимать колья, когда ребенок будет выходить, – сказала одна из женщин, и ее голос был нежный и успокаивающий. – А теперь делай то, что говорит Тихий Голос. Перевернись на колени и локти. Затем ухватись за колья. Когда начнутся схватки, крепче сжимай колья. Это придаст тебе силы.