Завет Кольца - Стивен Бауер

А как выглядел я сам! Дурно пахнущие лохмотья, ноги в блошиных укусах, желтые, обломанные ногти. Под воздействием какого внушения я выдерживал все это?

У меня было достаточно времени, чтобы подумать. Я пытался восстановить ход событий, но не мог вспомнить, как и когда попал в войско Безымянного. Если вампиры на самом деле были эльфами, то кем были те, кого я принимал за них? И если мы воевали против эльфов, тогда что здесь делал я? Какие законы богов я нарушил? Эти вопросы не давали мне покоя. Мне очень хотелось снять с себя грязную одежду и вымыться. Но что делать с душой?

— Пора! — шепнула Энея.

Я был согласен с ней. Люди покинули поле сражения, и скоро здесь появятся те, кого я раньше принимал за эльфов. Тогда ничего хорошего не жди!

Под покровом наступающей тьмы мы поспешили прочь. Мы оба знали, где располагается войско Безымянного, и пошли в противоположном направлении, стараясь двигаться как можно тише, используя любое прикрытие.

До сих пор я гордился тем, что умею бесшумно двигаться, но легкая походка Энеи заставила меня устыдиться. Она, без сомнения, могла бы стать величайшей воровкой в наших краях.

Мы беспрепятственно достигли края леса, где эльфы потерпели поражение от людей и тех, других…

Тут счастье изменило нам. Над трупами склонились три скрюченные фигуры с серо-зеленой кожей морщинистых лиц и торчащими клыками. В черных глазах мерцала красноватая искорка, как будто раздуваемая внутренним пламенем. Из-под шлемов выглядывали рога. Руки были слишком короткими по сравнению с телом, ногти — черными. Они были в длинных кожаных куртках, застегнутых на металлические пуговицы; на ногах, как у меня, — какая-то рвань, обмотанная кожаными ремнями.

Заметив нас, они, ухмыляясь, распрямились и кинулись в нашу сторону. Я схватил меч обеими руками и, замахнувшись, изо всех сил ударил по правой фигуре. Голова слетела с плеч, и вампир замертво рухнул на землю. Я отскочил назад и парировал удар второго, а Энея скрестила меч с третьим. Я сделал обманный выпад и вонзил меч в грудь рогатого. В смертельной агонии он соскользнул вниз, поцарапав мне когтями бедро. В тот же момент в воздухе пролетела голова третьего, оставляя за собой фонтан брызг черной крови.

Энея была цела и невредима. Я воткнул окровавленный меч в землю и осмотрел свои раны: они были не глубокими, но сильно кровоточили. Энея смазала их бальзамом, и кровотечение прекратилось.

— Теперь рана не воспалится, — сказала эльфийка, — а это самое опасное, когда тебя поцарапает абис-кель.

— Что ты сказала? Абис-кель? — Я был поражен.

— Да.

— Их вызвали из Абиссуса? Их послал Властелин Тьмы?

— Послал? Он привел их в этот мир! Но старайся не упоминать его имени. А сейчас нам нужно торопиться.

Однако меня одолело отвращение к самому себе. Я сорвал с себя лохмотья и надел платье одного из погибших эльфов, не слишком сильно испачканное кровью. Я взял и его меч — оружие, сделанное с любовью, что я всегда ценил. Рукоятка и ножны были из красной кожи; кроме того, на ножнах цветным бисером был вышит рисунок, изображавший летящую над озером цаплю. Уже пристегнув меч к поясу, я спохватился: что подумает Энея о моем поведении? Среди людей считается, что умершему уже ничего не нужно, а среди эльфов?

Но Энея с улыбкой сказала:

— Если бы ты не сменил одежду, я бы подумала, что эликсир не подействовал…

Я ничего не ответил, и мы молча отправились дальше. Походка ее была удивительно легка, и, хотя в ее жилах не было ни капли человеческой крови, она все больше и больше казалась мне привлекательной.

Почти всю ночь мы шли не останавливаясь. Энея хорошо ориентировалась в темноте и вела меня. Сейчас мы отдыхали под большим деревом, ели ягоды и орехи, которые девушка, несмотря на всю спешку, собрала по пути. Она сказала, что у нее было достаточно времени, потому что я иду очень медленно.

— Мне внушали, что мои соратники — эльфы, а вы — вампиры, — сказал я.

— Это вывернутая наизнанку правда. Таким приемом часто пользуется Властелин Тьмы, — ответила Энея.

— Значит, Властелин Тьмы пришел на Землю? — спросил я. — И Безымянный служит именно ему?

— Безымянный — предводитель войск Темного; у обоих есть другие, настоящие имена, но произносить их опасно. Однако важно, чтобы ты понял, что вообще происходит.

Я кивнул.

— Ты сказала, что те, с кем мы с тобой сражались, абис-кели? Но нам говорили, что мы воюем ради того, чтобы они не появились на Земле!

— Он все время устраивает перевертыши, — сказала Энея. — Не стоит использовать их настоящее имя, иначе они могут нас почувствовать. Скажем так, мы боролись против воинов Тьмы. — Я беспокойно оглянулся. Нас окружал темный лес; мне казалось, что за каждым кустом кто-то притаился. Я закрыл лицо руками.

— Видимо, тебя завербовали далеко отсюда и заколдовали, пока ты спал, — донесся до меня голос Энеи. — Может быть, это произошло на юге, в пустыне, где почти нет жизни, — там его магия действует сильнее всего.

— Почему? — спросил я.

— Потому что жизнь сама по себе чиста и находится в противоречии с чарами… этого, имя которого мы не хотим упоминать. Он заставляет ставить под сомнение все хорошее и делает так, чтобы всегда закрадывался вопрос: а так ли это? Конечно, неплохо задавать себе этот вопрос, но он сеет не только сомнение и раздоры, но и внушает, что во всем плохом есть и хорошие стороны, что идеалом может быть как хорошее, так и плохое, а любое однозначное восприятие — это твердолобость. Тем самым все обесценивается. Понимаешь, он не столько мастер лжи, сколько гений полуправды. С одной стороны, он замалчивает то, что ему выгодно, с другой стороны, вводит долю истины в свои слова, чтобы казаться правдивым. В умах людей возникает неуверенность, они начинают путаться в своих мнениях. Как только ему удается сбить с толку какой-либо народ, он нападает с помощью своего войска, состоящего из троллей, людей-рабов и воинов Тьмы. Как я уже сказала, Безымянный — один из полководцев Темного, обладающий магической силой. Он никогда не покидает своей крепости — Башни Тьмы и оттуда затуманивает сознание людей: белое становится для них серым, красным, зеленым… Мы оказываем ему сопротивление; недавно нам удалось выиграть очередное сражение. После этого он испугался и удвоил свои усилия. Теперь положение изменилось для нас в худшую сторону.

— Значит, войско, к которому я принадлежал, разбило ваше?

— Нет, ты не принадлежал ни к какому войску, а был в числе сотни, охранявшей обоз. Мы на вас напали, но не рассчитали свои силы. Во время отступления я была тяжело ранена. Однако нашим удалось узнать, что повозка, в которой находился интересующий нас груз, пуста. Ты не знаешь, где он?