Странствие, книга I - Григорий Исаев

Натан задумался: «Что ему еще от меня надо?».

— Господин, вы принимаете его приглашение? — произнес юноша, слегка наклонив голову.

Хоть он еще подозревал, что Джарир был подослан Онестусом, все-таки любопытство взяло верх. Надо было хотя бы понять, чем эта встреча может закончиться.

— Скажите господину, что я присоединюсь, но немного позже. — взглянув на Джарира, произнес Натан. Джарир, привстав из-за стола, смотрел прямо на Натана.

Юноша вернулся к господину и прошептал что-то на ухо — видимо ответ. Джарир и Натан еще некоторое время пристально смотрели друг на друга, пока винодел не отдернул Натана:

— Друг, твое вино.

Спустя время Натан подошел к столу. Люди, сидевшие там, были восточной внешности: смуглая кожа, черные волосы разной длины, карие глаза и большие губы. Джарир — самый яркий и пышный из них. Кроме Джарира еще два человека привлекли к себе внимание. Их черная одежда говорила о серьезности и достоинстве их хозяев. Как опытный мастер в своем деле, Натан знал, как сложно покрасить ткани в насыщенный черный цвет. Элегантность и высокая цена черной ткани часто привлекала к ней людей богатых. Оставшаяся три человека сидели на небольшом расстоянии от господ. У них и одежда была скромная, и питались они простыми блюдами — очевидно, что они либо прислуживали, либо служили охраной. Среди них был и Лотар. Напротив Джарира стоял высокий, необычной формы, сделанный из нефрита кальян с практически плоской колбой. Джарир потягивал из длиной трубки дым, подолгу заставляя бурлить воду в колбе.

— Позвольте, я представлю вас друг друга, — подскочив с места, опять с ошибками сказал Лотар. — Пред Вами господин Джарир Ибрахим Касимид, переплывший моря Скафос, Карасск и Великий океан Кафар! Вы уже знакомы.

Джарир ни одним движением не отреагировал на эти слова, только глаза его сверкнули в свете факелов и на лице мелькнула чуть заметная улыбка.

— Это Кадир Акбар Сан[2], — представил Лотар второго человека за столом. — Он первый помощник капитана Джарира Касимида.

Первый помощник Кадир, был очень рослым человеком, на вид крепким и воинственным. Ему было около сорока. Натан подумал, что ростом он был под две сажени, если бы встал — так велик. Лицо имело острые края: выглядело словно неотёсанный валун, упавший с гор, обрел жизнь. Натан бегло оглядел Кадира и заметил, что его руки были разбиты в кровь, кожа на костяшках совсем была сбита. «Кому-то досталось», — подумал он, и только тогда почувствовал на себе суровый взгляд Кадира. Неловкость удачно прервал Лотар:

— А это Ихлас Манис Сан, — сказал юноша, — он второй помощник капитана.

— Он скорее станет им после этого похода, — с усмешкой произнес Джарир, будто хотел пристыдить Ихласа.

Ихлас притворно захихикал, поддерживая шутку капитана, но в глазах его мелькнула ядовитая натура. Лицо Ихласа, как показалось Натану, имело черты подлого и коварного человека. От такого только и жди нож в спину. Он был еще достаточно молод, но чувствовалось во всем его облике огромное желание пробиться в жизни любой ценой.

Увидев всех этих людей, у Натана перехватило дыхание, но потом он собрал волю в кулак, не дождавшись приветствия от компании за столом, заговорил первым:

— Приветствую! Я польщен вашим вниманием, Джарир Касимид! — Натан не был силен в том, как правильно налаживать отношения с людьми, и уж тем более, не знал традиций ашарских мореплавателей в этом деле. Он руководствовался своим чутьем, вернее, он думал так.

После его приветствия компания притихла, улыбки исчезли с лиц людей. Джарир искоса глянул на Лотара, и тот немедленно нашел табурет и поставил его рядом с Джариром. Натан подумал, что он все-таки сделал что-то не так.

— Я тоже рад вас приветствовать! Присаживайтесь, — пригласил Джарир, указывая на табурет. — Судьба вновь свела нас, да? Как только я увидел вас тут, я сразу понял, что в этот раз не упущу возможность закончить наш разговор в более приятной обстановке.

До этого Натан не замечал акцента в речи Джарира, но теперь он очень отчетливо слышался — грубоватое произношение, слегка костное, но плавное, словно восточная песня, делала привычное южное наречие музыкальным.

Натан в этот раз не показывал раздражения. Теперь и ему стало любопытно, что от него хочет Джарир. Когда он увидел всю эту компанию, он подумал, что вряд ли этот человек какой-нибудь подосланный самозванец, которым он казался с утра.

— Вы позвали меня. Чем обязан? — вино расслабило Натана и сделало более доверчивым.

Как только Натан сел, Джарир с ехидной улыбкой заметил:

— Утром ты был менее сговорчивым, а-а.

Он смутил Натана резким переходом на «ты» и, к тому же, Натану стало неловко за утро. Естественной реакцией Натана на любую неловкость была злость. Он быстро закипал, но сейчас пытался держаться. Сейчас у него был тяжелый момент в жизни, но показывать этого он не желал, поэтому ответил просто и достаточно твердо:

— Вы застали меня в неподходящий момент.

— Присоединяйся, — предложил Джарир Натану, протягивая трубку от кальяна. — Диковинная вещица — это шиша. Нефрит. Ее вырезали для великого императора оскарийских кочевников, а теперь я пускаю дымок тут в Эзилате из этой же самой трубки.

— Оскарийских кочевников? — уточнил Натан. О них он слыша когда-то очень давно. Этот народ обитает за великими восточными горами, там, куда не ступала нога людей из Южных Земель — это слишком далеко.

— Ага, — самодовольно протянул Джарир, протягивая трубку. Натан нерешительно взял ее и попытался сделать вдох. — Выменял очень удачно, — ухмыляясь добавил Джарир и косо глянул на Кадира. Тот ответил широкой улыбкой.

Натан никогда до этого не курил кальян, но множество раз видел, как это делают торговцы из Айтмара. Резкая боль возникла в горле и легких, будто по ним прошлись острым ножом. Рефлекторно Натан стал кашлять, глаза заслезились.

Джарир, наблюдая за ним, громко рассмеялся, указывая пальцем на старика.

— Габи! Айн юмкинух ан юдахин маэна![3]