Мечта каждой женщины - Моника Айронс

По городу бродили разноречивые толки, и все до единого друзья и близкие Торрес-Кеведо умирали от желания взглянуть на девушку, «обольстившую обольстителя». Эта фраза переходила из уст в уста и в конце концов достигла ушей Паломы.

– Вот он, Мадрид! – огорченно заметила она. – Идеальное место для тех, кто желает угодить в пасть стоглавому дракону людской молвы!

– Не обращай внимания, – успокоила ее донья Долорес. – Антонио знает о драконах все. Он не отдаст тебя на растерзание.

За два дня до приема Антонио заехал на виллу, и они чудесно поужинали втроем. За кофе хозяйка дома обратилась к Паломе:

– Наши близкие начнут приезжать с завтрашнего дня. Ты готова встретить их, дорогая?

– Честно говоря, я немного волнуюсь, – призналась Палома.

– И я тоже, – вздохнула она. – Алонсо приедет с Элиз… У меня даже язык не поворачивается назвать эту женщину его невестой. Да и что это за имя для женщины, разменявшей шестой десяток?

Донья Долорес презрительно хмыкнула.

– Дядя не виноват в том, что они так долго тянули. Он годами умолял ее выйти за него. Но Элиз вбила себе в голову, что не может принять предложения, будучи его горничной.

– И она была права! Не то что эта Натали Дюкло.

– Знаешь, мама, а Палома находит Натали довольно хорошенькой.

– Мы, правда, никогда не встречались, – пробормотала Палома. – Но мне бы хотелось познакомиться с ней.

Сеньора Долорес побелела от злости.

– Ты находишь ее хорошенькой? Не слишком большое достоинство для той, кто собирается взять фамилию Торрес-Кеведо!

– Э-э-э… я не то хотела… – начала было Палома, но Антонио жестом попросил ее замолчать.

– Мама, ты несправедлива к Паломе.

– О, прости, дорогая! Здесь нет твоей вины.

Она взяла девушку за руку, и опасный момент благополучно миновал.

– А Алехандро, как всегда, примчится в самый последний момент. Ему не по себе среди приличных людей. – И донья Долорес с недовольным видом поджала губы.

– Это уж наверняка. Знаешь, возможно, он бы и вовсе не приехал, если бы ему не надо было лететь на Азорские острова. Из Норвегии через Испанию проще попасть в птичий заповедник.

– Ох уж этот мне естествоиспытатель!

– Мама, Алехандро довольно известный а научных кругах орнитолог. И ему просто повезло, что он нашел свое место в жизни… Впрочем, ты и сама это понимаешь.

– Не желаю тебя слушать! – заявила сыну донья Долорес. – И это один из представителей молодого поколения Торрес-Кеведо, которому надлежит продолжить наш род!

На следующее утро донья Долорес и Палома встречали Алонсо Торрес-Кеведо с невестой. Они вышли из машины рука об руку, и, взглянув на них, Палома расплылась в улыбке. Любовь, так тщательно скрываемая от посторонних глаз на протяжении долгих лет, наконец вырвалась наружу. И теперь они обращались друг с другом с такой трогательной нежностью, что Палома не могла им не позавидовать. Интересно, многим ли удается пронести такие отношения через всю жизнь? – подумала она. Ну уж им-то с Антонио это не грозит, они ведь не любят друг друга. Конечно, Антонио прав, и в браке по расчету нет ничего плохого. Но при взгляде на пожилых влюбленных в горле ее появился подозрительный комок.

Через несколько часов прибыл сын Алонсо и старший брат Алехандро Эрнесто Торрес-Кеведо со злополучной Натали Дюкло. Эрнесто оказался весьма обворожительным молодым человеком с красивыми, но чуть холодными глазами. Правда, лед таял, когда он смотрел на Натали, и Палома с удовольствием подумала о том, как красивы влюбленные мужчины. Ах, если бы только…

Паломе Натали сразу понравилась, и та ответила ей тем же, причем выразила свою симпатию с присущей француженкам экспрессивностью.

– Неужели мы совсем скоро станем родственницами? Ты не представляешь, как я рада! Только подумай, в один прекрасный день мы проснемся почти сестричками. Ужасно здорово, правда?

– О да, – ответила Палома, хотя вовсе не была уверена, что этот день когда-нибудь настанет.

Правда, кольцо на пальце напоминало ей о том, что все происходит на самом деле. И тем не менее Палома не могла избавиться от мысли, что это не более чем сои. Впрочем, что толку сейчас об этом думать? Предпраздничная суета и волнение оставляли мало времени для копания в своих чувствах, и девушка была этому рада.

Как бы донья Долорес ни оценивала выбор брата своего покойного мужа, она тепло отнеслась к Элиз. Палома отмстила, что, несмотря на некоторую старомодную манерность, у доньи Долорес доброе сердце, а это она ценила в людях превыше всего. Антонио тоже вел себя по отношению к Элиз безупречно, называл ее тетей и то и дело ласково прикасался к ее руке…

Когда за ужином Эрнесто развлекал всех историей знакомства с Натали, дверь стремительно распахнулась и в столовую вошел высокий, спортивного вида молодой человек в джинсах.

– Алехандро! – в один голос вскрикнули все сидящие за столом.

Антонио тут же вскочил и приветствовал кузена, похлопав его по спине. Тот широко улыбнулся в ответ и вежливо поздоровался с доньей Долорес и Натали. Когда подошла очередь Паломы, Алехандро окинул девушку оценивающим взглядом. Он был так же хорош собой, как и Антонио с Эрнесто, но в отличие от них производил впечатление человека более непосредственного и мягкого. Но в целом, решила Палома, трио молодых Торрес-Кеведо просто восхитительно! Пожалуй, даже чересчур.

Алехандро непринужденно поцеловал Палому а щеку, и девушка почувствовала, что ей нравится этот человек. В его манерах была та самая простота, что так раздражала донью Долорес и ее сына и так высоко ценилась самой Паломой. Меж тем, она заметила, что Алехандро снова оглядел ее с ног до головы, уже более внимательно. Решив подыграть ему, Палома в свою очередь посмотрела ему прямо в глаза и не отводила взгляда до тех пор, пока за спиной не раздалось деликатное покашливание.

– Эй, кто это? – произнесла Палома, оборачиваясь и с деланным изумлением глядя на Антонио.

Все рассмеялись, и она с удовольствием отметила, что и Антонио разделяет общее веселье. Он терпеть не мог подобные шутки, но ему польстило, что вся семья пришла в восторг от ее поведения.

– Иди отсюда, Алехандро. Дай-ка я напомню моей невесте, кто я такой. – Он оттеснил кузена плечом. – И впредь держись от нее подальше.

Алехандро неожиданно наклонился к Паломе и страстно прошептал на театральный манер так, чтобы слышали все:

– В полночь на террасе!

Палома уже открыла рот, чтобы ответить в том же духе, но в это время властная рука обхватила ее за талию и оттащила от Алехандро.

– Мы же просто шутили! – запротестовала Палома.

– Знаю. Но что до Алехандро, он «шутит» с таким количеством женщин, что тебе и не снилось. Безжалостный сердцеед, знаешь ли.