Проект «Кракен» - Дуглас Престон

Лансинг смотрел на экран, ожидая, что акции интернет-компании пойдут вниз или даже рухнут. Но ничего подобного не случилось. Наоборот, цена акций неожиданно начала расти.

Бизнесмен не верил своим глазам. В этом не было никакого смысла. Внезапно, без всякого предупреждения, инсайдеры прекратили сбрасывать акции и начали покупать – по все более высоким ценам! Почему? В отчаянии Паркер попытался выключить «Мамбу». Но было уже поздно: программа успела продать без покрытия шестнадцать миллионов акций. Отменить сделки было невозможно. А «тупая» программа алготрейдинга вместо того, чтобы предсказуемо продавать акции, сделала нечто невероятное. Она внезапно развернулась на сто восемьдесят градусов и купила весь необеспеченный пакет «Черной мамбы», с маржой – и в результате цена акций повысилась еще больше. После этого началось полное безумие: программа покинула черный пул ликвидности и начала открыто, на глазах у всего мира, покупать крупные пакеты акций на бирже НАСДАК, еще сильнее толкая цену вверх.

В результате всех этих неожиданных махинаций акции за несколько секунд подскочили в цене на тридцать процентов. Теперь для того, чтобы передать покупателю шестнадцать миллионов акций, которые продала «Мамба» (не владея ими), компания «Лансинг Партнерс» должна была купить эти акции по цене на тридцать процентов выше, чем продала их.

Это была классическая ситуация «короткого сжатия», самое ужасное и болезненное, что может случиться с трейдером. Через девяносто секунд участия в торгах Дж. Паркер Лансинг уже имел убыток в триста двадцать миллионов долларов, причем по мере повышения стоимости акций эта сумма стремительно росла – и он ничего не мог с этим поделать. Он был обязан «покрыть» свою позицию, купив шестнадцать миллионов акций, которые уже продал, не владея ими. Но как только миллионер выставил заявку на покупку, опасаясь дальнейшего подорожания, его вынужденное «покрытие» привело к повышению стоимости акций еще на пятнадцать процентов, увеличив и без того серьезный убыток.

Не было никакой возможности избежать этого классического короткого сжатия, развернуть торги вспять и избежать потерь. Рынок уничтожил Паркера. Он смотрел, как «Мамба» покупает последний пакет акций по цене на сорок шесть процентов выше изначальной.

Через двадцать секунд все было кончено. Дж. Паркер Лансинг потерял четыреста одиннадцать миллионов долларов.

Он безвольно обмяк в кресле. Руки у него дрожали. Во рту пересохло, а в ушах шумело. Как такое могло случиться? Как эта тупая программа алготрейдинга смогла перестроиться и повести себя настолько безумно, нелогично, неожиданно и странно?! Это была настолько блестящая стратегия, что она казалась просто невероятной. Она была возможна только в том случае, если программа алготрейдинга заранее знала, что будет делать «Мамба».

Если сформулировать вопрос таким образом, то ответ очевиден. Это не случайность. Не аномалия. «Черная мамба» стала жертвой атаки. «Тупая» программа алготрейдинга была написана специально для того, чтобы приманить «Мамбу», вовлечь ее в крупные рискованные операции, а затем захлопнуть ловушку короткого сжатия.

Не успел Лансинг подумать об этом, как из коридора послышался взволнованный голос и в кабинет ворвался Эрик Моро, его молодой, одетый в джинсовый костюм партнер. Бледное лицо программиста было взволнованным.

– Какого черта? Какого черта?!

– Сядь, Эрик. – Дж. Паркер вытянул руку с растопыренными пальцами.

– Ты что, не смотришь на мониторы?! Ты не видишь, что произошло?

– Пожалуйста, сядь. – Лансинг не опускал руку.

– Я хочу знать, что здесь происходит!

– Все очень просто, – тихим голосом произнес бизнесмен. – Мы стали жертвой специальной операции.

Моро пристально смотрел на него, и его лицо приняло задумчивое выражение.

– Тебе и вправду лучше сесть.

Затем Эрик опустился в массивное кожаное кресло и с шумом выдохнул.

– Мы должны, – продолжил его партнер, – найти того, кто это с нами проделал, и предпринять соответствующие действия.

– Соответствующие действия? Например? Какими могут быть «соответствующие действия» против этой вонючей мрази, которая только что нагрела нас на четыреста миллионов долларов?!

– Нечто настолько ужасное, чтобы больше никому даже не пришло в голову так поступать с нами. Только тогда, – Лансинг холодно улыбнулся, – мы сможем обезопасить наш бизнес.

13

Лимузин подвез Форда до того места, где подъездную дорогу перегораживали полицейские барьеры и охраняли агенты ФБР. Детектив вышел. Был чудесный осенний день – красные кленовые листья, синее небо с пушистыми облаками… Стены испытательного модуля Годдарда уцелели, но основная часть крыши лежала в виде обломков на окружающих здание лужайках. Следователи в костюмах химзащиты медленно прочесывали местность, собирая улики в синие контейнеры и расставляя маленькие пронумерованные флажки.

Уайман направился к палатке и подсобной площадке, разбитой прямо на дороге. Откинув клапан палатки и войдя внутрь, он увидел вешалки с костюмами химзащиты, коммуникационное оборудование, душ для дезинфекции и десятки следователей, которые куда-то шли, делали записи, переговаривались по рации и осматривали улики. Наконец ему удалось разыскать островок безопасности, где он должен был встретиться с руководителем проекта «Кракен».

Форд узнал Энтони Гровса по фотографии из досье, которым снабдил его Локвуд. Увидев его, Гровс пошел навстречу. Правая рука у него была на перевязи, так что они пожали друг другу левые руки. Ладонь ученого была вялой и липкой.

– Доктор Гровс? Я Уайман Форд, – представился сыщик.

– Можете называть меня Тони.

Вид у Гровса был ужасный – лицо бледное и, несмотря на прохладный осенний воздух, покрытое капельками пота. Ничего удивительного, подумал Форд. Но самое главное, Энтони выглядел так, словно был раздавлен, пребывал на грани срыва и держался из последних сил.

– И как же… – Голос Гровса дрожал. – Как вы собираетесь это сделать?

– Если не возражаете, мне бы хотелось осмотреть место аварии.

– Конечно. Но нам придется надеть защитные костюмы. И еще нужен сопровождающий.

Сотрудник службы безопасности подобрал для них костюмы и вместе с ними прошел через выбитые взрывом двери внутрь разрушенного здания. Они шли сзади, и Тони заговорил почти истерическим тоном:

– Все эти тяжелые механизмы и оборудование направили силу взрыва вверх. – Пластиковая маска приглушала его голос. – Это разрушило крышу, но спасло очень много жизней.