Год, прожитый по-библейски - Эй Джей Джейкобс

Моего свидетеля Иеговы зовут Майкл, и он приходит ровнехонько в 19:30. На нем коричневый костюм, коричневые туфли и коричневый галстук, а в руках – коричневый портфель с Библией и буклетом. Он был бы немного похож на актера Гэри Бьюзи, если бы тот носил волосы на прямой пробор.

Майкл – приятный в общении человек. У него низкий голос – но скорее мягкий, а не зычный: не тренера по американскому футболу, а психотерапевта.

И он благодарен. Так благодарен, что почти хочется плакать. Он благодарит за то, что я его принял:

– У людей столько предубеждений против свидетелей Иеговы. Я рад, что вы говорите со мной и хотите узнать правду.

Он сидит на диване в гостиной, наклонившись вперед и разводя руки, словно показывает: «вот такая была рыба».

– Говорят, что у нас примитивное христианство, – а мы считаем это комплиментом.

Свидетели верят, что возвращаются к изначальному смыслу Библии. Буклет, который дает мне Майкл, называется «Чему на самом деле учит Библия?».

Майкл, компьютерщик из огромной штаб-квартиры свидетелей Иеговы в Бруклине, читает мне короткую вводную лекцию о своей вере. Вот некоторые основные моменты (конечно же, в упрощенном виде).

• Бога нужно звать Иеговой, потому что так зовет его Библия. «Можно назвать человека “мужчиной”, а можно обратиться к нему по имени – например Боб. У Бога есть имя – Иегова».

• Люди должны буквально воспринимать пацифистские слова Иисуса. «В Ираке не найдешь свидетелей Иеговы, – говорит Майкл. – Иисус сказал: “Все, взявшие меч, мечом погибнут…”»

• Они не верят в Троицу. Иисус не Бог, но первое творение Бога. (Из-за этого иногда считается, что они не относятся к христианам.)

• Армагеддон приближается – и верующие воскреснут, чтобы жить в раю. Но большинство добродетельных не вознесется в небеса. Почти все останутся в раю здесь, на Земле. Небеса же будут зарезервированы для 144 тысяч праведников, которые станут править вместе с Иеговой как божественные администраторы.

• Свидетели не празднуют Рождество и Пасху, поскольку эти праздники не упоминаются в Библии. Дни рождения тоже исключаются: в Библии присутствуют только два – египетского фараона и еврейского царя, симпатизирующего римлянам. Майкла не расстраивает этот запрет, особенно сейчас: «Чем старше я становлюсь, тем меньше мне нужны напоминания о дне рождения».

• Ада нет. Свидетели верят, что «ад» – неправильный перевод слова «геенна». Так называлась древняя свалка для мусора. Они говорят, что неверующие просто умрут во время Армагеддона, а не попадут в ад. «Как можно верить в доброго и любящего Бога, который поджаривает людей?» – спрашивает Майкл.

Меня удивляет теология свидетелей – особенно этот последний пункт. Я слышал, что секта грозит неверным адскими муками – но вот передо мной Майкл, и он говорит об отрицании ада. Возможно, по общепринятым стандартам это еретическое верование, но в нем есть что-то приятное.

Прошло тридцать минут, и Майкл начал посматривать на часы.

– Вы скажите, когда мне будет пора, – говорит он. – Я со Среднего Запада и не привык злоупотреблять гостеприимством.

– Нет, все в порядке.

Я и правда мог бы продолжать часами. Сомневаюсь, что Майкл обратит меня, но обсуждать Библию очень интересно. Не могу наговориться.

Спрашиваю, какой из постулатов его веры вызывает самые большие споры.

– Вопрос переливания крови, – отвечает он. – Нас считают психами. Но мы в полной мере пользуемся системой здравоохранения. (Интересно, это был тонкий намек на христианскую науку?[70]) Просто отказываемся от переливания крови.

Причина – в буквальном переводе нескольких стихов из Библии, среди которых Деяния 15:29, Бытие 9:4 и Левит 7:26. В последнем сказано: «И никакой крови не ешьте во всех жилищах ваших».

Здесь Свидетели приводят необычный аргумент. Они говорят, что слово «есть» надо переводить как «потреблять» и что переливание нужно считать потреблением.

Как утверждает Майкл, это весьма скандальная тема. Критики говорят, что запрет привел к многочисленным смертям, и на Свидетелей неоднократно подавали в суд. За последние годы руководство церкви смягчилось. Сейчас компоненты крови – например гемоглобин – уже допускаются. Однако запрет на переливание крови как таковой остается.

Для меня все сводится к такому вопросу: надо ли следовать библейским правилам, если они связаны с риском для жизни? Я посмотрел, что говорит сама Библия. Как и ожидалось, четкого «да» или «нет» там не нашлось.

С одной стороны, в Библии полно мучеников и почти мучеников за веру. В Книге Даниэля злой царь Навуходоносор приказывает троим евреям поклониться золотому идолу и обещает в противном случае бросить их в огонь. Те отказываются. Навуходоносор разжигает огонь в семь раз жарче – и бросает туда бунтовщиков. Но Бог защищает верных, и те выходят необожженными.

С другой стороны, есть множество примеров, когда жизнь оказывается важнее соблюдения правил. Иисус выговаривает фарисеям, которые критикуют его последователей за сбор зерен в шаббат. Точно так же в современном иудаизме жизнь перевешивает все. Даже самый кошерный раввин разрешит прихожанам пересадку сердечного клапана от свиньи, если это необходимо (а вот в сериале «Анатомия страсти»[71] все было наоборот).

Как вы, возможно, догадались, из меня бы вышел ужасный свидетель Иеговы. Даже во время библейского года, если бы мне понадобилось переливание крови, я бы закатал рукав до того, как доктор закончил предложение. Просто я недостаточно предан/смел/безрассуден, чтобы поступить иначе. Более того, Библия побудила меня относиться к жизни еще более благоговейно.

Наконец в десять тридцать – через три часа после прихода – Майкл вежливо говорит, что ему надо идти, потому что уже поздно и он не дает мне лечь спать. Я собираюсь сказать, что готов продолжать, но звонит его телефон. На проводе жена Майкла.

– Да, мы как раз здесь заканчиваем.

Майкл встает и жмет мне руку.

И тогда до меня доходит: я сумел сделать то, что мало кому удавалось. Я переплюнул свидетеля Иеговы в стремлении говорить о Библии.

Праздник кущей совершай у себя семь дней…

День 47. В Библии подробно объяснено, как построить Ноев ковчег: 300 на 50 на 30 локтей, с крышей и тремя палубами из дерева гофер. А потом идет аж восемь страниц о том, как сделать скинию – шатер, в котором хранились Десять заповедей, – с подробностями вплоть до голубых и пурпуровых занавесей.

К счастью, я освобожден от участия в обоих этих проектах – они были одноразовыми.

Однако Библия все же велит мне построить кое-что другое – а именно шалаш. Раз в год следует построить шалаш и жить в нем неделю, чтобы вспомнить, как жили древние евреи, пока сорок лет бродили по пустыне. Это один из главных библейских праздников под названием Праздник кущей, или Суккот, и он до сих пор отмечается религиозными евреями. Начинается он сегодня. (Как выяснилось, октябрь очень богат библейскими праздниками. Также я отмечал Йом-Киппур и Рош ха-Шана – но об этом, с вашего разрешения, позже.)

Откровенно говоря, от идеи построить большую трехмерную конструкцию у меня ноет живот. Я совсем не мастер на все руки. Скажем так, когда мы с Джаспером смотрим «Боба-строителя», я всегда узнаю́ что-нибудь новое (так вот как выглядят стропила!).

Пытаюсь успокоить себя тем, что шалаш будет приятной переменой после запретов в духе «Не делай того-то и того-то». Здесь ясно сказано: «Делай то-то». Поэтому я с места в карьер приступаю к решению первого вопроса: где устроить шалаш? Крыша кажется логичным вариантом. Я звоню нашему управдому и объясняю план.

– Не могу этого разрешить. Материальная ответственность.

– А если во дворе?

– Пользоваться двором запрещено всем, кроме жильцов одной квартиры.

– А какой?

– Вам это не поможет. Строить шалаш во дворе нельзя.

И я возвращаюсь к запасному плану – соорудить шалаш в нашей гостиной. Это не идеально по двум причинам. Первая – в том, что это наша гостиная.

Вторая – подобный шалаш, который на иврите называется «сукка», не прошел бы проверку даже у самого вольнодумного раввина в Америке. Раввины говорят: шалаши надо строить на улице, заодно соблюдая десятки других правил. В это время года одобренные сукки вырастают повсюду на крышах Вестсайда.

– Не легче ли использовать сукку на крыше Еврейского культурного центра? – спрашивает Джули.

– Может быть, – говорю я.

Но чувствую, что это будет нечестно.

Объясняю Джули, что у меня сольный проект и задача лично докопаться до истинной сути Библии. Я одинокий искатель приключений. Я должен сам прокладывать дорогу.

– Хорошо, но, кажется, ты усложняешь себе дело.