Князья Эльдорадо - Владимир Лошаченко
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
– Ну, твоя жена – известный эрудит.
– Так, а где наше вино? О, легка на помине.
Влетела давешняя служанка с кувшином в руках и со сбитым чепцом на голове:
– Простите за задержку, благородные господа, пришлось лезть в погреб. Там у нас так темно, вот страху натерпелась.
– Надо было меня позвать, – приосанился Мачо.
– В следующий раз обязательно, – отчаянная, стрельнув глазами и вильнув бедром, исчезла.
– М-да, а ведь она к тебе клинья бьет, Илюха.
Тот лишь пожал плечами, разливая вино в большие кубки. Выпив для аппетита, вплотную занялись обедом. Кормили здесь отменно, и через полчаса черноглазая убрала со стола пустую посуду.
Парни, расслабившись, потягивали винцо из кувшина и негромко обсуждали сложившуюся ситуацию:
– Илья, как ты считаешь, какая на данный момент у нас главная цель?
Мачо, поперхнувшись вином, вытаращил глаза:
– Разве можно так, под руку, а если бы я нес патроны?
Откашлявшись, продолжил:
– На тебя, командир, видимо, акулий супчик повлиял, все глобальные проблемы решаешь.
– Не балаболь, отвечай по существу.
Юсупов повертел в руках пустой оловянный кубок и, слегка нахмурившись, выдал:
– Так ить золото, елы моталы.
– Узковато мыслите, товарищч, – развеселился Кошкин. – Слушай сюда.
Оба склонили голову к центру стола и заговорили вполголоса:
– У нас две цели, Илья. Первая – адаптация в этом времени и помощь нынешней Московии, будущей России. И ты правильно подметил – нужно золото и серебро, у государства нашего его маловато. Вторая цель – вернуться в свое время. Как? Это уже другой вопрос. Здесь слишком много лишних ушей, на корабле то же самое. Предлагаю выехать на природу, где в спокойной обстановке обсудим, так сказать, болевые точки.
– Целиком и полностью поддерживаю, я чичас. – Илья крутанулся на табурете и исчез за портьерой, отделяющей кабинет от общей залы.
Кошкин не торопясь допил кувшин французского вина, даже успел подремать, расслабившись. Илюхино «чичас» растянулось на час, и он разбудил всхрапнувшего Ивана:
– Откройте глазки, милорд, такси у подъезда, съестной припас с вином загружен.
– А, Мачо, не прошло и двух часов, а ты уже управился. Быстрый, однако…
Кошкин замолк, не закончив фразы. Знакомое выражение Илюхиной довольной морды все расставило на свои места.
– Где же соизволил оприходовать служаночку, любвеобильный ты наш?
Мачо, особо не смутившийся, пожал плечами:
– Где, где? В погребе. Вино выбирали. Прохладненько там, малоподходящая обстановка, прямо скажу.
– Никак, задницу застудил. Га-га-га, – развеселился Кошкин. – Ох, Илюха, Илюха, не доведут тебя амуры до добра. Но сегодня не считается.
– Это почему? – встрепенулся Мачо.
– По кочану! Слишком большое влияние на тебя полячка оказывала, подозрительно это.
– Правда твоя, командир, сейчас вроде как пелена с глаз спала.
– Теперь на природу! – и они степенно вышли из трактира. У низкого крыльца их поджидал транспорт, нанятый на весь день.
Открытый экипаж наполовину оказался заставлен корзинками с провиантом и даже присутствовал винный погребец в виде небольшого сундучка. Поверх запасов съестного лежал рулон парусины. Поминая нехорошими словами шпаги, цеплявшиеся за все, что попадется на пути, прыгнули в повозку. Направились к западу от бухты, проехали озелененную площадь и углубились в узенькой улочке между домами с лоджиями. Наконец, вырвались за пределы города и, оставив слева от себя дозорную башню Сан-Ласаро, нашли крохотную бухточку на побережье.
Пять прижавшихся друг к другу пальм давали отличную тень, а легкий бриз обдувал прохладным ветерком, очень уместным в этот жаркий день.
Выгрузив все припасы и снабдив возницу вареной курицей, отправили его отдыхать, наказав, чтобы держался в пределах прямой видимости. Немногословный мулат поклонился и направил возок в сторону мангровых зарослей.
Разложив кусок парусины, друзья изобразили походный стол. Мачо, повозившись в погребце, достал бутылку вина. Не заморачиваясь с сургучом, рукояткой револьвера отбил горлышко.
Бордовое вино хлынуло в кубки. Утолив жажду, скинули легкие кафтаны, оставшись в рубахах с пышным жабо – по моде этого времени. От шпаг избавились раньше, они валялись рядом на песке, но кобуры с наганами остались на поясе. Совсем без оружия, что голому посреди толпы на тротуаре.
– Наливай, Илья, добьем эту бутылку и обсудим кое-чего. Неплохое винцо, хорошо утоляет жажду.
Выпили.
Юсупов сел по-турецки, скрестив ноги, начал первым.
– Командир, я так полагаю, ты уже выработал диспозицию на наше будущее?
Кошкин откашлялся:
– Тут дело такое, не буду скрывать, о нашем незавидном положении советовался с Анной.
– Ну и правильно, она умней нас обоих.
Приободрившись, Кошкин продолжил:
– Так вот, по провалу во времени и возврата обратно на родину пришли к единому мнению – попали мы сюда не случайно. Кто-то или что-то нас отсюда не выпустит – только после определенной миссии.
– Какой?
– Э, Мачо, мы с Аней все извилины заплели, остается только догадываться. Жена считает, всему свое время. Будет такая подсказка – мимо не проскочим. Так что не станем попусту голову ломать и зря тратить время.
– Да, пойдем дальше, но один секунд, – и Юсупов опять нырнул за вином в погребец. В этот раз он достал кувшинчик емкостью с литр.
– Италийское вино, Хуана рекомендовала.
– Дык у нее осталось время еще что-то рекомендовать? Га-га-га.
– Будет тебе ржать, может, у нас чистые, большие отношения, – Мачо мечтательно прикрыл глаза.
– Ага, отношения ниже пояса, – пробормотал Кошкин.
Выпив по кубку изделия итальянских виноделов, захрустели ананасом – их числом четыре уложила в корзинку Илюхина зазноба. Что интересно, несмотря на расслабон и идеальное уединенное место, ни один из них не терял бдительности. По старой привычке – всегда настороже. Сидели морпехи, вернее, полулежали друг против друга, прикрывая спину товарища и оставляя сектор прямой видимости минимум двести градусов. Клапаны на кобурах приоткрыты, на всякий случай.
– Что касаемо каперства и планов бомбануть «Золотой флот», – тут Кошкин скривился. – Неспортивно как-то получается, супротив наших пушек противников нет, сам понимаешь. А само понятие капер – по сути то же что пират, бандит и тать с большой дороги. Слишком тонкая грань между ними, только и всей разницы – одни грабят под государственным флагом, другие – под «Веселым Роджером». Правда, каперы должны соблюдать пару-тройку формальностей.
– Ага, – подключился Юсупов.
– И один из законов мы нарушили – подняли ложный флаг при подходе к Кубе.
– Не пойму, к чему ты клонишь, командир?
– Видишь ли, Илья, мы с Аней в последнее время обсуждаем разные варианты увеличения капитала. На дорожку она набросала кое-какие прожекты, причем некоторые с точными географическими координатами. Держи, – и Кошкин, потянувшись, достал из широкого кармана камзола стопку листков, исписанных знакомым каллиграфическим почерком.
С полчаса Юсупов мусолил самиздат в телячьей обложке, вид после прочтения имел несколько очумелый.
– Эк тебя торкнуло, срочно выпей, – и Кошкин сунул Юсупову в руки кубок с вином.
Тот осушил его одним глотком, медленно возвращаясь в реальность.
– Значит, ненайденное золото инков существует.
– Ты обратил внимание, командир, на ссылку исторической хроники?
Мачо схватил книжицу, полистал и, найдя нужное место, зачитал: «Когда после завоевания Перу инка Манко II встретился с испанским послом, он высыпал перед ним на стол бокал кукурузных зернышек. Потом взял одно из них в руки, сказал: «Это все, что вы смогли украсть из золота инков». Потом, показав на все оставшееся, сказал: «А это то золото, которое осталось у нас». – Хоть испанцы и награбили Перу на пять миллионов фунтов стерлингов, – такова доля лишь одного Франсиска Писарро. Представляешь, сколько золота осталось лежать замурованным в тайниках. – Мачо не выдержал, вскочил и забегал по траве.
Кошкин, посмеиваясь, наблюдал за товарищем:
– Успокойся, а то не ровен час заболеешь кладоискательской лихорадкой.
Илья, вняв голосу рассудка, остановился и плюхнулся на парусину.
– Помутнение сознания счас вылечим, – и присосался к кувшину. – Нужно выбрать оптимальный вариант.
– Ограбить «Золотой» или «Серебряный» флот испанцев, найти и разработать калифорнийские или бразильские золотые прииски или искать спрятанное золото инков в Перу и Эквадоре, – резюмировал Кошкин.
Илья покачал головой:
– Такие вопросы с кондачка не решаются, тут не трясти, а думать нужно.
– И я того же мнения, – кивнул Кошкин. – Илюха, у нас гости.
Со стороны города к ним приближались шестеро всадников. Расфуфыренные испанцы мало походили на стражников-альгвазилов, тем не менее один из них с бородкой а-ля Ильич с ходу заорал: