Янгель: Уроки и наследие - Лев Андреев

А пока впереди борьба за ракету Р-36, борьба буквально "не на жизнь, а на смерть", ставка в которой, как покажет ход ближайших событий, необыкновенно велика — судьба конструкторского бюро. А на пути опять все тот же конкурент, все тот же В.Н. Челомей со своими неуемными амбициями подмять под себя всю ракетную технику. Тяжелой ракете Р-36 он противопоставляет свою УР-200. На сей раз это открытый конкурс. Принципиально обе ракеты были одного класса. Главным предстоит доказать, чей проект более совершенен, несет в себе бóльшие потенциальные возможности, наконец, более перспективен с позиций модификаций.

Прежде чем любая ракета, независимо от ее назначения, получит права "гражданства" как транспортный корабль, она должна пройти три экзамена. Первый экзамен теоретический — это эскизный проект и разработанная на его основе чертежно-техническая документация. Второй проходит в цехах завода, когда дается ответ на вопрос о возможности технологически материализовать решения, заложенные в проекте. Заканчивается он на испытательных стендах, где проверяется реальность выполнения узлами и агрегатами конструкции ракеты возложенных на них функций. И, наконец, самый главный, являющийся по своему содержанию экзаменом на зрелость, который ракета держит на полигоне, когда ее "учат" летать.

Вот этот-то экзамен за всю историю конструкторского бюро для ракеты Р-36 оказался самым сложным. Испытания шли очень трудно, сопровождались многочисленными авариями, число которых на определенных этапах превышало количество удачных стартов. И самое обидное во всей этой эпопее для создателей ракеты заключалось в том, что в процессе пусков не было выявлено никаких принципиальных просчетов, как и не пришлось столкнуться с новыми неизвестными ранее явлениями, которые встречались при испытаниях предыдущих ракет. Но причин, приводивших к аварийным исходам, было выявлено предостаточно.

Следует подчеркнуть, что работы по созданию ракеты, учитывая ее важность и острую конкуренцию, осуществлялись предельно интенсивно, очень широким фронтом под жесточайшим контролем всех заинтересованных руководителей различных уровней республиканского и союзного масштаба. В результате, на летные испытания вышли даже раньше назначенного срока. Но, к сожалению, первый пуск не опроверг народную мудрость, согласно которой "первый блин всегда комом". И это, увы, была не последняя неудача.

Ниже представлена хронология тех стартов, результаты которых порой приобретали трагический характер:

28.09.1963 г. Первый пуск. Аварийный. Ракета разрушилась на стартовом столе. Неправильная геометрия стартового стола привела к возникновению отраженной газовой струи со всеми вытекающими последствиями.

03.12.1963 г. Второй пуск. Нормальный.

13.12.1963 г. Третий пуск. Аварийный. Из-за несовершенства конструкции контакта подъема команда на маршевый двигатель не прошла. Ракета, простояв на стартовом столе 35 секунд с работающим в режиме полета рулевым двигателем, взорвалась.

16.01.1964 г. Четвертый пуск. Нормальный.

25.01.1964 г. Пятый пуск. Аварийный. В результате прогара штуцера двигательной установки произошла потеря устойчивости полета на 32 секунде.

19.02.1964 г. Шестой пуск. Нормальный.

27.02.1964 г. Седьмой пуск. Аварийный. Причина до конца не установлена и станет ясна после следующего пуска.

26.04.1964 г. Восьмой пуск. Аварийный. В полете разрушился обтекатель рулевой машины. В результате произошел обрыв всех кабелей, и ракета сбилась с курса. Председатель Государственной комиссии генерал-лейтенант М.Г. Григорьев провел "убедительный эксперимент на прочность", нажав сапогом на обтекатель, который мгновенно разрушился.

23.05.1964 г. Девятый пуск. Аварийный. Ракета не долетела 100 километров по дальности из-за ненормальной работы двигательной установки первой ступени.

30.05.1964 г. Десятый пуск. Нормальный.

24.06.1964 г. Одиннадцатый пуск. Нормальный.

01.07.1964 г. Двенадцатый пуск. Нормальный.

Итак, первая критическая ситуация сложилась после девятого пуска, когда счет аварийных стартов достиг угрожающих размеров — 3:6, не в пользу конструкторского бюро. Только лишь после двенадцатого старта счет стал равным 6:6.

И тут наступил час "Х". Была назначена демонстрация ракетной техники высшему руководству страны, по результатам которой должно было быть принято решение о дальнейшем ее развитии. М.К. Янгелю предстояло решить архисложную задачу. Учитывая жесткую конкурентную борьбу, ситуация для конструкторского бюро сложилась крайне неблагоприятная. Было известно о существовании подготовленного постановления правительства, представленного в ЦК КПСС о превращении ОКБ-586 в серийное конструкторское бюро. Между тем, неудачи, преследовавшие пуски ракет, могли повергнуть в уныние любого. Даже по прошествии нескольких десятков лет статистика пусков ракеты Р-36 кажется обескураживающей. А каково же было тем, у кого фактически на карту было поставлено все.

Но последнее слово за Главным конструктором ракеты и комплекса, отвечающем не только за огрехи своего конструкторского бюро, но и всех смежников, в том числе и авторов наземного старта, внесших "весомый" вклад в создание пиковой ситуации.

Тщательно проанализировав сложившуюся для конструкторского бюро обстановку во внешнем мире, взвесив возможные исходы, М.К. Янгель принимает, может быть, одно из самых смелых решение в своей жизни. Дело в том, что все предшествовавшие пуски, как и принято на начальном этапе отработки были на промежуточную дальность в район Камчатки. У испытателей это называлось "по Куре". В связи с предстоявшим смотром ракетной техники соревнование с В.Н. Челомеем можно было выиграть только при условии старта ракеты в район дальней акватории на расстояние 14 тысяч километров, то есть на дальность, которая была недосягаемой для ракеты В.Н. Челомея УР-200. Риск огромнейший. Ведь в случае неудачного пуска есть вероятность, что сработает "заботливо" подготовленный в ЦК КПСС документ, ждущий своего часа, а тогда до участия в смотре ракетной техники дело может просто не дойти. И номер ракеты для решающего эксперимента крайне неподходящий — тринадцатый!

Пуска все ждали с огромным нетерпением, ведь от его результата зависела судьба не только ОКБ-586, но и многих других предприятий и коллективов людей, участвовавших в создании ракеты. Старт состоялся 5 августа 1963 года и прошел успешно. Это уже вселяло уверенность: ракета может летать на предельную дальность. Но следующий пуск через 6 дней, 11 августа, опять аварийный! В срочном порядке готовится очередная машина, и девятого сентября повторяется пуск в район акватории. Ракета достигает цели. Теперь впереди главное испытание — участие в смотре ракетной техники, демонстрируемой высокой правительственной комиссии. Показ ракетной техники назначили на конец сентября 1964 года. По его результатам Н.С. Хрущев должен был самолично принять окончательное решение: какую ракету В.Н. Челомея или М.К. Янгеля принять на вооружение.