Мечтатели - Филип Шелби

Николас понял, что выиграл. Ему не придется убеждать Кассандру. Она сделала это сама. Потому что любит его.

После отставки М. А. Пикореллы Николас был назначен руководителем следственного отдела «Глобал». Он получил в наследство пять тысяч дел на мошенников, фальшивомонетчиков, воров-карманников, жуликов и их адвокатов, а также на банки, которые иногда действовали в качестве прикрытия для похищенных облигаций, векселей и ценных бумах. Эти досье, как Николас объяснил Кассандре, составляли защитный щит «Глобал». Без них компания стала бы добычей для разного рода преступников, начиная с жуликов, пытающихся выкрасть дорожные чеки у беззаботных туристов, и кончая фальшивомонетчиками, чье виртуозное искусство может обойтись компании в миллионы долларов.

Николас делал частые поездки в Вашингтон, где обменивался информацией с коллегами из ФБР и разведки. Хотя Кассандра работала вместе с Розой над реализацией планов возвращения дорожных чеков в Европу, она иногда находила время, чтобы сопровождать его.

– Исполнительный охранный отдел был создан после покушения на президента Линкольна, – объяснял Кассандре сопровождающий, когда они совершали экскурсию по закрытому музею разведывательных служб. – Нашей основной задачей всегда было выслеживать фальшивомонетчиков.

Кассандра была ошеломлена количеством преступников, которые на протяжении многих лет пытались подделывать деньги. Свидетельством их изобретательности служили экземпляры банкнот, печатных форм, целые печатные станки и образцы красок и чернил.

– Я думаю, что они проводили очень много времени в тюрьме, после того как вы ловили их, – сказала она.

Агент улыбнулся.

– Не говорите этого никому, но нашей неофициальной политикой является заставить работать мошенников на нас. Если нам это удастся, то мы получаем в свое распоряжение их фирменные секреты, а также их глаза. Эти парни могут выявить такие подделки, которые не смогли бы распознать наши люди.

Кассандра довольно скоро пришла к пониманию важности работы Николаса и той ответственности, которую возложила на него Роза. В качестве главы следственного отдела Николас имел неограниченный доступ ко всем отделам компании. Хотя шестьдесят следователей подчинялись непосредственно ему, он предоставил им полную свободу в исполнении своих обязанностей. Николас, как считала Кассандра, был прирожденным лидером, человеком, которого уважают за оказываемое им доверие.

Кассандра была рада, что он не унаследовал некоторые проблемы от своего предшественника. Он проводил много времени на Нижнем Бродвее, но редко когда из-за дел он не являлся на ланч или обед. Этому помогло то, что он немедленно приобрел только освободившиеся апартаменты в Карлтон-Тауэрс. С помощью Абелины Кассандра переоформила интерьеры, и теперь она и Николас могли проводить все свое свободное время, соблюдая правила приличия. Самые простые вещи, – покупка мужской одежды, планирование поездок на уик-энд, приготовление коктейлей на двоих – делали Кассандру очень счастливой. Это были обыденные вещи, которые свидетельствовали об устойчивости и спокойствии в ее жизни. После всего, что случилось, она остро чувствовала им цену.

Весной 1947 года, после того как Николас провел в «Глобал» чуть меньше года, Роза Джефферсон почувствовала удовлетворение и от выполнения плана возвращения дорожных чеков, и от способности Кассандры проводить его в жизнь.

– Как вы оба знаете, – говорила Роза Кассандре и Николасу за обедом, – «Глобал» стремится поставить на ноги свою европейскую финансовую систему. Мы должны возобновить операции с дорожными чеками. Ключом к этому служит армия. В оккупационных войсках находятся десятки тысяч американских солдат, и они пробудут в Европе долгое время. Я хочу, чтобы военные банковские операции обслуживали их финансовые потребности. Это в конечном итоге будет нашим трамплином к дорожным чекам.

Николас взглянул на Кассандру.

– Самые крупные банки страны претендуют на жирный кусок военного пирога, – едко заметила Кассандра. – Пока всем было отказано. У нас столько же шансов, сколько и у других.

Роза кивнула головой.

– Мы начнем наступление на два фронта. В Вашингтоне и в Европе. Хью и Эрик возьмут на себя министерства обороны, финансов и Государственный департамент. Николас, я хочу, чтобы ты поехал вместе с Кассандрой и со мной в Европу. Чейз и Морган и остальные ничего не получат, потому что военные не верят, что гражданские могут иметь с ними общие дела. Мы убедим генерала Дрейпера, который возглавляет Отдел экономики в Германии, в обратном.

Роза сделала паузу.

– Это будет удобной возможностью для встречи с некоторыми из руководителей полиции в Европе. Никогда не знаешь, когда может потребоваться их помощь.

Николас Локвуд понял намек Розы. Он точно знал, что она хотела сказать своими последними словами, и оценил, как тонко объяснила она ему настоящую цель его поездки.

Они втроем прибыли в Лондон в начале июня. По пути в город из аэропорта Кассандра была ошеломлена масштабами разрушений. Хотя большинство достопримечательностей Лондона уцелело, целые районы подверглись разрушениям в результате бомбардировок и ударов ракет «ФАУ-2».

– Будет чудо, если город поднимется из руин, – воскликнула она.

– Когда заработает план Маршалла, Европа обретет свое чудо, – спокойно заметила Роза.

Кассандра уже была хорошо знакома с привычками Розы и не удивлялась предельно плотному графику пребывания. Одна за другой следовали бесконечные встречи со старшими американскими офицерами, которые отвечали за повседневную жизнь тысяч американских солдат и гражданских лиц, находящихся в городе… Тем временем Николас встречался с представителями Скотланд-Ярда, которые возглавляли борьбу с фальшивомонетчиками и мошенниками.

– Вам не надо беспокоиться о наших ребятах, – заверил Николаса усатый инспектор по фамилии Роулинс. – Мы знаем, чем они занимаются и где их найти.

Но были и другие встречи за пределами управлений полиции. Их темой не были фальшивомонетчики. Вместо этого Николас Локвуд интересовался Гарри Тейлором, спрашивал у Роулинса о любой информации, которую могли бы предоставить британские органы правосудия.

– У нас ситуация хаоса, – пояснил Роулинс. – Тысячи людей остались без учета, и лодки с беженцами прибывают каждый день. Вдобавок мы говорим о человеке, который, как полагают, считается мертвым уже десять лет.

– Я знаю об этом, инспектор. Но даже в этом случае я был бы признателен за любую информацию, которой вы располагаете. Это личное дело.

Роулинс внимательно посмотрел на молодого человека.