Сильвио Берлускони – Премьер Италии - Михаил Ильинский

Оценивая итало-российские отношения и основываясь на публикациях в печати, итальянский наблюдатель давно научился многое читать между строк и делать продуманные, аргументированные выводы, давать оценки московским лидерам. Отношение к М. С. Горбачеву было и остается позитивным как к инициатору перестройки. Б. Н. Ельцина, особенно в финальный период его президентства, воспринимали в Италии, мягко говоря, остро критически, хотя все три визита Бориса Николаевича в Италию в 1991, 1994 и 1998 годах прошли на должном государственном уровне. К Путину в Европе, в частности в Италии, присматривались, и не случайно мой коллега из «Коррьере делла сера» вывел журналистский неологизм: «Бенефис или польза от сомнений – “дуббио”». Смысл – «чем больше сомнений на первом этапе отношений, тем перспективнее и определеннее снятие всех сомнений при дальнейшем развитии дипломатических и других связей». И уже появились первые результаты. Итальянцы, с некоторым опасением встретившие сначала московский термин «диктатура закона», затем стали давать ему и позитивное толкование. В соответствии с журналистскими неписаными правилами в Италии, если какому-либо лидеру приписывают титул «царя», звание «диктатора», «консула» и т. д., то это обязательно имеет негативное значение.

В. В. Путин также попал под действие этого правила. Виной тому были и Чечня, и «диктатура закона», и операция вокруг «Моста» Гусинского. Но все это постепенно отошло на второй план, уступило место нормальному стремлению видеть в московском собеседнике представителя, лидера сильного государства, не диктатора в прямом смысле этого слова, а просвещенного реформатора, демократа, для которого демократия – это не анархия, а разумная надежная дисциплина. «Коррьере делла сера» писала, что «диктатура закона» – это управление финансами, пересмотр с высоты кремлевского Олимпа банковской и налоговой системы, недопущение и торможение на пути бегства российских капиталов, создание условий безопасности для иностранных инвестиций, умение держать политическое и коммерческое слово, решение аграрной и других проблем. Под такими углами зрения и встречали итальянские наблюдатели визит В. В. Путина в Италию в 2000 году, желали российскому Президенту больших и ярких успехов.

Ни одна встреча политических лидеров Италии и России не проходила без обсуждения афганского вопроса и проблемы международного терроризма. Они были затронуты и в ходе переговоров российского руководителя с премьер-министром Италии Сильвио Берлускони, прибывшим в Москву с рабочим визитом 5 октября 2001 года.

К встрече Путина и Берлускони дипломаты подготовили шахматную партию с беспроигрышными взаимовыгодными для партнеров ходами. Этот визит – третья поездка Берлускони в Россию с октября 1994 года, когда флагману итальянских предпринимателей и финансистов, впервые занявшему тогда пост премьера, был оказан самый торжественный прием в Кремле, где он даже ночевал и о чем с восторгом всегда вспоминает. Наблюдатели рассматривали тот визит как логически последовательный шаг на пути укрепления российско-итальянского сотрудничества в условиях, когда миру угрожает терроризм всех мастей и оттенков.

После победы правоцентристских сил блока «Дом Свобод» на парламентских выборах в мае 2001 года и прихода к власти Кабинета Берлускони, как полагали эксперты, Италия может рассчитывать на пять лет стабильного политического и экономического развития. Правда, для этого придется преодолеть напряженность, вызванную происками террористов. Например, в октябре 2001 года в поезде, следовавшем по маршруту Рим – Авеццано, было обнаружено мощное взрывное устройство, обезвреженное полицией. По оперативным данным спецслужб, в 12 крупных городах на Апеннинах выявлены резидентуры террористических организаций, поддерживающих связь с талибами и Усамой бен Ладеном. В Милане обнаружены следы банкиров, финансировавших исламистские террористические организации. На фоне событий 11 сентября 2001 года в США в Италии был пересмотрен порядок всех спецмероприятий.

В этих условиях политики в Риме расценивали визит Берлускони в Москву как особенно важный и своевременный. Основное внимание на переговорах было сосредоточено на перспективах и путях сотрудничества в борьбе с международным терроризмом, вопросах стратегической стабильности, региональных конфликтах, в том числе на Балканах и Ближнем Востоке. Речь шла также о судьбе Договора по ПРО и об отношениях России с Евросоюзом и НАТО.

Разумеется, были затронуты и вопросы двустороннего экономического сотрудничества. В первой половине 2001 года товарооборот между нашими странами вырос на 20 % по сравнению с соответствующим периодом 2000 года. Объем взаимных поставок достиг примерно 9 млрд долларов. Первостепенную роль играли поставки газа, нефти, нефтепродуктов и других энергоносителей.

Несмотря на объективные трудности, развивались туристические и культурные связи. Так, в 2000 году Италию посетило более 168 тыс. россиян, из них около 106 тыс. – туристы. В 2002–2003 годах в Москве и Риме было запланировано провести ряд крупных культурных мероприятий. В центре событий – большая выставка, посвященная истории российско-итальянских отношений.

По сведениям, полученным из дипломатических и журналистских источников, премьер-министр Италии Сильвио Берлускони отправился 5 сентября 2002 года в Испанию, где присутствовал среди почетных гостей на свадьбе 20-летней Анны – дочери испанского премьера Хосе-Мария Азнара. Но прежде, утверждали дипломаты, Берлускони рассчитывал обязательно найти время для встречи с российским Президентом Владимиром Путиным, чтобы обсудить ряд назревших международных и общественных проблем, а также двусторонних связей.

Но об этом пока не было объявлено. Итальянская же печать особо подчеркивала искренность, открытость личных отношений, сложившихся между российским и итальянским лидерами. Считали, что Сильвио Берлускони займет разумную позицию в отношении предложения В. Путина о предполагаемой более глубокой интеграции России в общее европейское экономическое, правовое и гуманитарное пространство и, в частности, в развитие процесса взаимной свободы передвижения граждан России и государств – членов ЕС.

Но пока, повторю, – это были только настойчивые слухи в кулуарах итальянских влиятельных кругов, дипломатов, промышленников и финансистов, коммерсантов и хозяев туристических агентств, кровно заинтересованных в качественном улучшении и развитии наших связей.

Кстати, шефы туристических агентств расценили как добрый знак и свидетельство взаимного доверия тот факт, что в августе 2002 года на Сардинии, в резеденции «Чертоза» («Обитель») в Порто Ротондо на северо-западе Изумрудного берега, отдыхали дочери российского Президента. Машу и Катю пригласила 18-летняя Барбара Берлускони – изучающая русский язык дочь итальянского премьера. Она вместе с матерью – Вероникой Ларио (Берлускони) прервала свое летнее путешествие по Австралии, вернулась в Италию. В Риме все помнили о том, как принимали в апреле 2002 года Сильвио Берлускони в Москве, а Президента В. В. Путина в июне 2002 года на саммите в Пратика-дель-Маре под Римом.