Тайный год. Неизвестный дневник священника - Архимандрит Спиридон (Кисляков)

Суд начался. Вся тварь еще сильнее начала тосковать, ужасаться, рыдать и плакать. Суд начался с херувимов и серафимов, архангелов и ангелов. Все они перед Судьей предстоят в ужасе и страхе. Царь славы подвергает все их духовное существо всестороннему рассмотрению: Он каждого из них обозревает внешне и внутренне. Он взвешивает на весах Своего правосудия жизнь каждого. Взвешивает Он также стремления, чувства, мысли, слова и дела каждого из них и находит, что и они нечисты перед Богом. И страшно становится на душе, и слезы скорби орошают мои ланиты.

И тут я весь переполняюсь жгучим стыдом, и печаль сердца моего пронзает все мое существо, и я вздрагиваю и ужасаюсь своим грехам. Боже мой, думаю я, что же будет со мною, если я сейчас буду судим Христом? Что же будет с моей душой, со всем моим существом, когда суд Божий со всею тяжестью своего правосудия обрушится и на меня? Увы! Если уж суд Христа находит херувимов, серафимов, престолы, начала, власти, силы, архангелов и ангелов нечистыми перед Собою, то что же мне остается думать, столь величайшему грешнику, о себе самом? О, Боже, спаси меня, о, Господи, не осуди меня, о, Христе, прости все мои грехи вольные и невольные. Аминь.

3 августа. [Суд над святыми и над детьми]

Утро ясное. На душе сильное волнение.

В семь часов утра я снова предаюсь созерцанию суда Господня. И вот перед моими очами раскрывается картина, еще более страшная, чем вчера. Здесь я вижу, как вся тварь предается неописуемому горю, как все херувимы и серафимы, архангелы и ангелы с поникшими долу глазами трепетно предстоят перед Христом. Здесь я вижу даже и Пречистую Деву Марию. Она с грустным лицом стоит возле Сына Своего и Бога, Господа нашего Иисуса Христа, и не сводит очей с Него, умиленно смотрит на Него, орошая Свои ланиты крупными слезами. Я также вижу находящегося здесь Иоанна Крестителя: он еще до моего созерцания был подвергнут строгому суду Господню тотчас после всех небожителей. И его, одного из величайших сынов человеческих, Господь Бог также находит нечистым перед лицом Своим. Здесь я также вижу только что начавшийся суд Божий и над двенадцатью апостолами, и над апостолом Павлом, и над семьюдесятью апостолами, учениками Господними. Строго судит их Христос!

Он все моменты их земной жизни, все их стремления, чувства, мысли, слова, дела, все их путешествия с проповедью Евангелия, все их страдания и даже их мученическую кончину за Него – все это Он исследует, взвешивает и находит их нечистыми перед Собою. В это время я взглянул на мучеников, которым после апостолов предстоит великое испытание. Они от большого страха и ужаса стоят в каком-то смертельном оцепенении. Среди них, правда, некоторые бодро себя чувствуют – это те, кто в детском возрасте пострадал за Христа. И вот теперь происходит и над ними суд Господень. Он страшен и грозен.

Здесь око Господа подвергает рассмотрению и личную свободу каждого из них, и все стремления, чувства, мысли, слова, дела, всю жизнь их. Одних из них Он находит нечистыми только сравнительно с Собою, но через свою пролитую кровь за Христа они все тотчас вписываются в книгу жизни. Среди них Судья находит очень много недостойных, и они с величайшей скорбью и с невыразимой болью в сердце горько рыдают, ломая руки. При виде их я терзался душой и думал: «О, какой ужас! Даже и мученики за Христа не все венчаются мученическим венцом перед Богом».

Вслед за мучениками суд Божий, точно орел, распластывает свои крылья и над сонмом всех преподобных, бывших отшельниками, пустынниками, затворниками, столпниками, девственниками, юродивыми и монашествующими. И над ними суд бесконечно страшен и грозен. Господь Бог и их всех со всею их жизнью неоднократно взвешивает на весах Своего правосудия, подвергает самому тщательному рассмотрению и все их молитвы, и пост, и покаянный плач, и весь религиозный, деятельный опыт, и их религиозность, и подвижничество, и свободу, и всю их волю, и ум, и сердце, и все стремления, чувства, мысли, слова и дела каждого из них и находит, что и они нечисты перед Ним.

Здесь я также вижу бесчисленное множество святителей Христовых. И они все судятся Христом. Ужас и страх сковали их сердца. Все они отчаянно рыдают, содрогаются, трепещут. Господь Бог всесторонне подвергает и их Своему рассмотрению: каждого поодиночке. Страшно! Он рассматривает всю их жизнь, начиная с момента их зачатия, и заканчивает последним предсмертным вздохом каждого из них. Грозный суд! Он взвешивает всю их веру в Триипостасного Бога, рассматривает их религиозность, исследует за все время их земной жизни все их настроения, стремления, чувства, мысли, слова, дела и т. д. и находит, что и они все нечисты перед Ним.

Здесь я вижу еще бесчисленное множество лиц! Все они стоят спокойно, и я узнаю, что это христианские дети-выкидыши. Происходит и над ними суд Господень, и он и их находит нечистыми перед Христом. И вот я вижу, как тотчас огненная рука вписывает и их имена в книгу жизни как особого рода мучеников, принявших кровавое крещение в своей мученической смерти. Я, видя их, горько рыдаю. Здесь я вижу также всех праведников Господних; их бесчисленное множество, и все они цепенеют от ужаса, и ни одного нет, который чувствовал бы себя спокойно. Настает и над ними суд Христов. Он строг и беспощаден. Правосудие Господне после тщательного рассмотрения жизни каждого из них находит и их нечистыми.

После сих праведников суд Господень останавливается также на другом бесчисленнейшем сонме – это христианские дети, умершие в детстве от всевозможных болезней. Строг суд Божий и над ними, хоть он и не продолжителен. Правосудие Господне находит и их нечистыми перед Богом. Я очень удивляюсь тому, что суд Господень так беспощадно подвергает всякую добродетель всестороннему рассмотрению. Он тщательно рассматривает все условия ее возникновения в человеке, ее рост в нем и все ее плоды. Он таким же образом рассматривает в той же самой добродетели и ее чистоту, и ее цельность, и ее творческие силы. Точно с такой же самой тщательностью суд Христов взвешивает и рассматривает и всякую нечистоту, и всякий грех и всякое зло. Он с необыкновенной строгостью и такой же тщательностью взвешивает и всякие, даже малейшие, условия возникновения греха в человеке. Он взвешивает и наследственность той или другой греховной страсти в человеке, его наклонность к тому или другому греху, его личную свободу, его волю, его среду,