Весенние заморозки (СИ) - Александр Хомяков

Дорога постепенно забирала в гору, скоро уже среди деревьев должны были показаться две громады, сдвинувшие плечи в борьбе за право именоваться Звездным пиком. Недалеко отсюда и озеро, из которого вытекает Катаста. На берегу его еще не успела пробиться трава в выжженом погребальным огнем Серого волка круге. Вспоминая этот костер, Эрик понимал, что и сам описал на своем пути круг, и пытался понять, сколько и чего этот круг уже выжег из его души. Совсем другим он шел на север, в замок Скассл, в поисках своей судьбы, и не поверил бы тогда, что найдет свою судьбу в этом спешном пути через дикий лес. Герой для времени? Нет. Может быть, герой - для нее, но вряд ли для кого больше. И не надо больше, уже - не надо. Позади оставался лагерь, из которого выступали на битву войска, а он, прошедший через него безвестным всадником, мчится на запад за книгами для лекаря, и ничто в нем не противится той мысли, что его, потомка Ровенда Великого, в этой битве не будет. Сбылось пророчество Уивера ЭахТислари: Эрик вышел из гор, где обитают боги, другим. И его, Эрика, это не огорчало.

Лишь зудела где-то на краю сознания тревога, вцепившаяся в него маленькими острыми коготками и не отпускавшая ни на миг.

Вечер начался пением соловьев в густых зарослях, но чуть позже ухо Эрика уловило стук топора. Возможно, впереди был хутор или хотя бы лагерь лесорубов. Все лучше, чем ночевать на голой земле. Он пришпорил коня, пока тени от деревьев еще позволяли видеть дорогу. Оба пика уже белели вершинами среди деревьев справа - значит, он преодолел самую сложную часть пути. Завтра он будет на равнине, и дело пойдет быстрее.

Выехав на открытое место, он придержал коня, удивленно всматриваясь в то, что ждало его впереди. Этого раньше не было - он мог поклясться.

Перед ним в обе стороны простирался вал в половину человеческого роста, а на валу поднимался частокол. Сверху над частоколом горели факелы на вышках. Стучали топоры, визжала пила: работа не прерывалась и сейчас, спешно достраивались недостающие участки. Тропа уходила к частоколу, поворачивая лишь у самих ворот. Эрик тронул поводья, направляя коня вперед.

Его окликнули на Старшей речи, он представился. Ворота распахнулись, впуская его внутрь. Перед ним был лагерь, рядами стояли палатки, горели костры - но он не видел воинов, ни единого. Только плотники, строившие частокол - и их были тысячи.

-Что это? - удивленно спросил он у вышедшего ему навстречу ардена.

-Последний рубеж обороны, князь Эриох, - был ответ. - Прорицательница Аэлевит направила сюда тьму пехотинцев, которые в случае поражения под Скейром примут здесь последний бой.

-Здесь? - он не торопился спешиваться, слова этого человека казались ему какой-то странной шуткой. - А что здесь защищать-то?

Вместо ответа арден поднял глаза наверх, и тут Эрик наконец понял.

Да, это имело смысл. Толпы завоевателей явились в Риммарави вовсе не по души арденов и миакрингов.

Он выехал до рассвета. На огромной стройке у подножья Звездного пика работа все еще не утихала: часть воинов, по воле прорицательницы Аэлевит обратившихся в землекопов и строителей, отдыхала, другие трудились. Дорога на юг была хорошо укатана, и по ней к возводимым укреплениям двигались подводы с пеньковыми веревками, смолой, инструментом, целые подводы кованых гвоздей. Шли подводы с провиантом для десяти тысяч воинов - одна из них, груженая бочками, явственно пахла селедкой. Обратно они уходили пустыми, и их было значительно меньше. Дорогу патрулировали всадники-ардены, с копьями, мечами и каплевидными щитами, с которых скалились литые волчьи морды.

Холмы становились все более гладкими, лес остался позади, рассыпавшись на перелески и отдельные рощи. Потянулись поля, потом дорога свернула к берегу Катасты, где приютилась живописная деревенька с крытыми красной черепицей домами и мельницей у запруды. Ниже запруды на берегу виднелись следы древних раскопок, в заросших крапивой траншеях еще можно было разглядеть белый мрамор когда-то стоявшего на этом месте эльфийского города.

Покинув деревню, дорога долгое время петляла вдоль берега речки, и лишь после полудня вскарабкалась по склону и устремилась прочь от долины Катасты, на равнину. Вдалеке уже виднелись башни Скейра, а над ними поднимались многочисленные шпили и главная башня городской ратуши - самая высокая в городе.

Зеленели поля, жили своей мирной жизнью завоеватели в деревнях, и лишь тень тревоги мелькала на лицах тех, кто сторонился к плетням с пути Эрика и оглядывался ему вслед. Тревога не отпускала и его, напротив - с каждым ударом копыт жеребца по сухой, пыльной дороге все мрачнее были его предчувствия. В следующей деревне с трудом заставил себя остановиться в трактире, проглотить пару кусков мяса в подливе и запить их стаканом кваса. Денег с него не взяли, отказались.

Ближе к городу чаще стали попадаться конные и пешие отряды, а потом Эрик увидел целую колонну всадников, уходящую рысью от города на север. Ядро колонны образовывали тяжеловооруженные рыцари-эйтории, но много было и всадников-арденов в легкой кожаной броне.

У ворот его пропустили, не задерживая. Эрик пришпорил коня, устремившись к центру города. Он не был в Скейре уже лет десять, но дорогу к ратушной площади вспомнить было несложно. На одной из соседних с ней улиц и жил в старинном особняке, принадлежавшем нескольким поколениям его предков, Галдор, известный завоевателям как Галд-лекарь - придворный врачеватель герцога Илдинга, а арденам - как Галдор ЭахКоллар, прорицатель Круга. Среди предков лекаря были, помимо врачевателей, алхимики и даже маги, его род была известен еще при императорах. Завоеватели ни тронули ни его прадеда, ни его семью, даже дом им оставили.

Эрик увидел впереди одинокую фигуру, стоящую посреди улицы и преграждавшую ему путь на ратушную площадь. Не сразу он понял, что его ждут. Подъехав поближе, с некоторым трудом узнал в золотоволосой женщине в кольчуге и походном плаще прорицательницу Аэлевит из Окбери. Серьезным и печальным было лицо Аэлевит, и предчувствия, мучившие Эрика всю дорогу, заставили его осадить коня, спрыгнуть на мостовую, подбежать к ней, схватить за плечи и встряхнуть:

-Что с ней?! Говори! Что с Эрви?!

-Она с тобой, Эрик, - ответила ему прорицательница, опустив голову. - она теперь всегда будет с тобой.

-Со мной? - он невольно обернулся по сторонам. Зловещий смысл слов Аэлевит медленно доходил до него.

'Вместе, и только вместе' - именно так предрек ему когда-то Уивер ЭахТислари. Они не могут расстаться надолго. Эрви с ним. В памяти его. Только в памяти...

Эрик с ужасом посмотрел на Аэлевит. Печаль на ее лице говорила больше, чем любые слова.