Бандиты эпохи СССР. Хроники советского криминального мира - Федор Ибатович Раззаков

решения, подписывал постановления, издавал указы, давал распоряжения и указания, направленные на обеспечение выполнения практических действий по захвату власти и устранению препятствий этому, чем совершил преступление, предусмотренное статьей 7 Закона СССР «Об уголовной ответственности за государственные преступления» (см. ст. 64 УК РСФСР)».

И далее: «В связи с этим Прокуратура РСФСР постановляет прекратить дело в связи с самоубийством обвиняемого».

Не прошло и трех дней после самоубийства Б. Пуго, как 25 августа прозвучало сообщение о том, что покончил с жизнью Маршал Советского Союза Сергей Ахромеев, а 26 августа – бывший управделами ЦК КПСС Николай Кручина (он выбросился из окна своей квартиры).

29 августа 1991 года Верховный Совет СССР утвердил новые назначения Президента СССР: В. Бакатина – председателем КГБ СССР, В. Баранникова – министром внутренних дел СССР, Е. Шапошникова – министром обороны СССР.

Трагедия в Щербинке и дело Мадуева

Если путч довольно легко решил судьбу министра внутренних дел Союза, то вот с начальником ГУВД Москвы дело обстояло значительно сложнее. Несмотря на тот компромисс, который был достигнут между Моссоветом и Мосгорисполкомом в декабре 1990 года, когда В. Комиссаров все-таки был назначен новым начальником столичной милиции, летом 1991 года конфликт вновь вернулся к своей исходной точке. Комиссарову вновь не позволили занять его новое служебное кресло. В начале сентября депутаты Моссовета, активно поддерживавшие В. Комиссарова, объявили голодовку в знак протеста. Пока деятели от политики ломали копья в бесполезных спорах, сотрудники МУРа ежедневно рисковали своей жизнью. 3 сентября в подмосковном городе Щербинка Подольского района двое сотрудников МУРа погибли в схватке с вооруженным преступником. Этой схватке предшествовали следующие события.

Подольско-щербинская преступная группировка считается в криминальном мире столицы одной из самых влиятельных. Эту славу ей принесли такие авторитеты, как Раф, Скоч, Бахор, Ульян и братья Соболята. В самой Щербинке непререкаемым авторитетом пользовался неоднократно судимый Фидель. За его группировкой МУР наблюдал давно. 1 сентября в Щербинку отправился сам Андрей Гальперин, сотрудник МУРа, занимавшийся этой группировкой. Перед Фиделем и его людьми он выдавал себя за другого, но в тот день эта игра не принесла ему успеха.

Фидель заподозрил подвох и решил избавиться от нежелательного свидетеля. А. Гальперин был убит и зарыт недалеко от Симферопольского шоссе.

Тем временем жена Гальперина, два дня напрасно прождав мужа, позвонила в МУР. Но там никто не смог дать ей вразумительного ответа насчет судьбы ее мужа, так как Гальперин уехал в Щербинку на свой страх и риск. О дальнейших событиях мы узнаем со слов майора милиции, старшего оперуполномоченного МУРа Владимира Дельнова: «Звонок жены Гальперина был поздним вечером, а уже ранним утром 3 сентября на двух машинах мы выехали в Щербинку. Сразу же начали работать. Связались с местным отделом, создали совместную оперативно-поисковую группу, и пошло-поехало. Встречи с людьми, возможными свидетелями и т. д. и т. п. Кто видел, где видел, с кем видел? В этот же день задержали двоих – некоего Фрола, ранее судимого, и чуть позже Ирину, сожительницу главаря по кличке Фидель. Он уже был известен нам по прежним делам. Допросы дали мало, а время поджимало. Три дня нет вестей от Гальперина. Но во время допроса Фрол и эта Ирина описали человека, который встречался с Фиделем. По описаниям – Гальперин. Значит, нужен теперь Фидель. Узнали дом, квартиру. Установили наблюдение. В ту минуту, когда туда пришел Фидель, мы уже знали об этом. Взяли с собой Ирину, поехали. «Там?» – спрашиваем у наблюдателей. – «Там».

Постояли тихонько у двери. Музыка играет, вода, слышим, льется. Ну, что делать? А если у него пистолет Гальперина? Позвонили все-таки. Музыка стихла, вода, слышим, тоже не льется. И молчок. Решили входить; расположение квартиры Ирина рассказала заранее. Выбили дверь, я, по плану, сразу в кухню. Остальные – в комнаты. Вбежал в кухню, слышу из комнаты голос, по-моему, Климовича: «Стоять спокойно! Не двигаться!» Я сразу в комнату. Вижу: сидит Фидель, руки поднял. Ну, думаю, сейчас дело техники. Наручники… И никто, черт возьми, не заметил, что в руках у него по гранате. Первая не взорвалась, и Климович успел выстрелить. Но в то время уже рванула вторая. Вот и все. Самойлов умер в «скорой», Луканин жил еще три дня… Один-единственный осколок. Но в морг. Все!»

Самому В. Дельнову осколки попали в ногу, руки, плечи, в левый глаз. Фидель скончался в больнице. Через несколько дней товарищи устроили ему пышные похороны, о которых долго помнила вся Щербинка. На бетонном заборе возле железнодорожной платформы огромными буквами красной краской было выведено: «Фидель жив!» Эта надпись держалась несколько месяцев в двух местах, и люди, спускавшиеся с платформы по лестнице вниз и проезжавшие мимо в электричках, читали ее вплоть до зимы 1992 года, после чего надпись закрасили.

25 января 1992 года на Петровке, 38 состоялось вручение правительственных наград сотрудникам милиции. Среди награжденных были и четверо муровцев, 3 сентября 1991 года бравших Фиделя. Ордена Красного Знамени получили майор Владимир Дельнов, старший лейтенант Владимир Климович. Эти же ордена, выписанные на имя капитана Михаила Луканина и Михаила Самойлова, получили их вдовы.

Всего же за один только 1991 год будет убито 300 милиционеров (за два года, с 1988 по1990–448 милиционеров), 566 сотрудников милиции будет ранено. За весь этот год милиция применит оружие в 1116 случаях и убьет 100 бандитов. В 20 случаях Прокуратура признает стрельбу необоснованной.

Москва, как и вся страна, захлебывалась от преступности, которая была равна ускорению гиперинфляции. Из МУРа уходили профессионалы, к тому же необратимо рушились старые межреспубликанские связи между работниками милиции, разваливались и без того слабые в материально-техническом отношении районные розыскные структуры, которые с подачи непрофессионалов и политических дилетантов превратились в окружные.

На страницах газеты «Начало» начальник 2-го отдела МУРа, занимающийся убийствами, Вячеслав Звигуля горько резюмировал: «Самым пиковым по количеству убийств безусловно был прошлый, 1990 год. Но и нынешний еще не закончился (интервью бралось в октябре), и на моей памяти он останется самым дерзким и массовым, убийства сейчас носят самый нелепый и невероятный характер, все чаще имеют насильственно-корыстный характер. Увеличилось число двойных и тройных убийств. Я думаю, что самые пиковые годы еще впереди… Раньше в Москве ежегодно происходило 100 убийств, а теперь более 400!»

Отметим, что в 1991 году Московский уголовный розыск обрел своего нового начальника. К руководству им пришел Юрий Федосеев. Он начал службу в МВД в 1964 году. В 1967 году пришел на Петровку, 38 на должность младшего лейтетанта. Оклад – «чистыми» на руки 81