Звёздный Вавилон (СИ) - Гиерри Саггаро

Глаза Императора чуть расширились, но сам он замер неподвижной статуей самому себе, почти сразу же обмякнув в кресле, попав под воздействие тщательно выверенного и направленного электрического импульса, погасившего сознание мужчины. Тонкий лучик света с потолка каюты забегал по телу, тщательно сканируя организм Турхана и отмечая все накопленные за его жизнь особенности и отклонения. Он и правда умирал – при должном медицинском уходе Император мог бы прожить ещё около полугода, но любой стресс имел вссе шансы усугубить состояние и спровоцировать обширный сердечный приступ. А, учитывая, что «работа» императором сама по себе была тем ещё «удовольствием»…

Под моим внимательным взглядом, кресло под Турханом «потекло», плавно меняя форму, пока, наконец, не превратилось в некое подобие саркофага исцеления, который используют гоаулды. Только, в отличие от оригинального устройства, этот вариант должен был не просто исцелить старого центаврианина, что продлило бы его жизнь, пусть и не особенно надолго… Нет… Его Величество хотел увидеть чудо? Он его увидит…

Интерлюдия.

Это походило на сон… На долгий, тяжёлый сон, вроде тех, которые каждый центаврианин видел в своей жизни, тех, которые предсказывали им конец их пути. Но что-то разительно отличало это сновидение от прочих, и Император Турхан не мог понять, что именно. В своих видениях он явно был на «Вавилоне-5», он помнил, что и в… в реальности он прилетал на эту станцию, прилетал ради того, чтобы сделать в своей жизни хотя бы что-то хорошее… Но что было дальше?

Старый центаврианин помнил, как в доках его встречала целая делегация из старших офицеров станции, как ему устроили увлекательную, пусть и не слишком долгую (всё же возраст давал о себе знать) экскурсию… Помнил разговор с капитаном Шериданом, а дальше…

А вот дальше перед ним словно стояла пелена. Обычно, когда центаврианин видел сновидение о своей смерти, он словно бы проживал его, с пугающей точностью принимая участие в происходящем и, порой, даже чувствуя всё то, что ощущало его будущее Я. Здесь же, Турхан словно был безмолвным наблюдателем…

Вот он идёт по коридорам посольского сектора станции. Следом, как всегда, молчаливо двигаются верные императорские гвардейцы, а рядом – привычные его сердцу и разуму придворные телепатки. Он хотел… хочет… должен присутствовать на званом приёме, где собирается… надеется на то, что сумеет встретить и посла Нарна, сумеет взглянуть его в глаза и… извиниться за всю причинённую его народу боль… Это не изменит и не перечеркнёт всех тех столетий угнетения и разрушений, но, он надеялся, послужит тем крохотным кирпичиком в фундаменте будущего, на который сможет опереться его преемник…

Вдруг, Император из видения побледнел, схватившись за грудь, а он, безмолвный наблюдатель, кристально ясно понял… Болезнь, наконец, догнала старика… Дальнейшее представало перед ним отдельными образами – испуг и горе на лицах женщин, лихорадочная готовность действовать у гвардейцев… Медотсек «Вавилона» и напряжённое, сосредоточенное лицо доктора Франклина. Лицо доктора, пытающегося что-то спросить… сказать… И, лишь пожелав услышать, Турхан-наблюдатель начал слышать слова, хоть это было и странно – знать, что говоришь ты сам, но видеть это со стороны.

- Ваше Величество… К сожалению, я не знал, что вы серьёзно больны… Если бы мне сообщили… Возможно, я бы сумел…

- Не важно, - прошептал Император в видении.

- Ваше правительство требует, чтобы мы перевели вас на ваш корабль, но, - Франклин нахмурился, - любое перемещение только усугубит Ваше состояние…

- Какая разница, где умирать? Есть вещи куда важнее, доктор… Вы должны передать моё послание, прошу вас…

- Если это столь важно, - непонимающе покачал головой Стивен, - я могу позвать одного из ваших людей…

- Боюсь, в этом случае оно просто не дойдёт до адресата… Слушайте меня, доктор… Я хотел сказать это лично, но, похоже, уже просто не успею…

Турхан-наблюдатель знал, о чём собирался сказать… Самое важное из его решений, истинная причина, ради которой он прилетел на «Вавилон-5», и ему оставалось лишь надеяться, что главный врач станции сумеет выполнить его просьбу. Хотя бы так, пусть не лично, но посол Г’Кар услышит его слова… Его извинения…

- Я передам, - выслушав, коротко кивнул посерьёзневший Франклин. – Могу я что-то ещё сделать для вас?

- Да… Я хотел бы всё же увидеть посла Ворлона… Коша… Если это будет возможно, доктор…

Видение снова изменилось… Вот уже рядом стоит посол Кош, высокая фигура ворлонца в неизменном зеленовато-коричневом скафандре. Посол стоит, молча глядя на лежащего Императора, но Турхан-наблюдатель чувствует, что, непонятным образом Кош смотрит одновременно и на него. Смотрит и словно пытается принять какое-то решение на его счёт.

- Посол Кош… - улыбнувшийся центаврианин на кровати поворачивает голову к ворлонцу. – Скажите… Как… Как всё это закончится?

- В огне… - в голосе посла, даже искажённом его скафандром, слышались нотки, пусть и еле заметные, сочувствия. – Но на каждом пепелище может вырасти новый сад… Главное – хороший садовник…

Турхан-наблюдатель был готов поклясться, что последние слова были сказаны именно ему… Не старому умирающему Императору на кровати, а ему, тому Турхану, который с каждой секундой понимал всё меньше и меньше. Он уже порывался спросить, что тут происходит, хоть и не представлял, как сможет это сделать, но сон, если это, конечно, был сон, внезапно прервался…

Мужчина осознал себя лежащим с закрытыми глазами на чём-то мягком. И он прекрасно себя чувствовал! Более того, Император был готов поклясться, что так хорошо он не ощущал себя с самой ранней молодости – времён, когда даже вечные уроки и наставления воспитателей не могли лишить его радости яркого солнца и щебета поющих в дворцовом парке птиц, доносящихся из приоткрытого окна…

- Я… Я умер? – осторожно приоткрыв глаза, Император удивлённо умолк.

Он действительно лежал на мягком диване. В каюте Лорда Баала… Но… Как?.. Точно! Он же хотел поговорить с вызывающим такой интерес представителем инопланетной расы из невероятно далёких уголков вселенной… Но… Он помнил, что он пришёл сюда… Они даже беседовали, а потом… Что было потом? Лорд Баал сказал что-то о… чуде?

- Я полагаю, - со стороны раздался явно чем-то невероятно довольный голос посла гоаулдов, до сих пор остававшегося скрытым от мужчины за высокой спинкой предмета мебели, заставив Турхана резко сесть и повернуться в его сторону, - в данный момент эта тема более не является самой актуальной… Ваше величество…

- Лорд Баал? - Инопланетянин перед ним просто светился от удовольствия, словно ребёнок, провернувший невероятно гениальную и, определённо, неповторимую… шутку? – Что… Что произошло?

- Вы хотели увидеть небольшое, но настоящее чудо. Что же, - Баал подошёл ближе, протягивая центаврианину небольшое зеркало, - теперь у вас есть такая возможность.

Всё ещё ничего не понимая, Турхан взял протянутый ему предмет и замер, в первый момент даже не понимая, что именно он видит перед собой, что именно отражается в зеркале. А отражался там молодой, словно только что разменявший третий десяток лет, центаврианин… Молодой Турхан.

Глава 38. Совочек войны

Единственная гарантия мира –

закопать топор войны вместе с врагом.

(народная мудрость)

На лице Императора, теперь уже явно «бывшего», читалась одна единственная эмоция, лучше всего описываемая словом «охреневание». Молодой Турхан уже добрых пять минут сидел на диване в той же позе, в какой взял в руки зеркало, и продолжал в это самое зеркало… пырить… Вот даже не «смотреть», а именно, что таращиться, застыв, как изваяние.

- Л-лорд Баал… Но… - наконец с трудом выдавил из себя центаврианин.

- Как это возможно? – обхожу диван вокруг, с улыбкой глядя на его «мучения».