Дядюшка Бо. Из Темноты. Часть первая - Леколь

ждали её, но она так и не пришла.… Старушка закрыла глаза рукой и разрыдалась. Люди вокруг кинулись утешать её.

А я замерла, как парализованная.

Прошлой ночью девушка ехала сюда.… Ехала на поезде, но не пришла домой…

Что-то стояло у ног пожилой женщины. Я пригляделась и увидела большой чёрный кожаный чемодан.

Мне стало плохо. Всё кругом будто оказалось в густом тумане, в ушах поднялся страшный гул…

Это та самая девушка…

– Я знаю, где она… – прошептала я одними губами.

Но меня всё равно услышали.

– Знаешь?! – воскликнул кто-то. – Так говори, говори скорее, где же!

Я чуть отошла от барной стойки и опёрлась рукой о спинку стула. Через некоторое время дурнота немного отступила, и я смогла ответить:

– Я не знаю, как это место называется.… Не могу сказать. Я здесь недавно.… Но могу провести вас.

– Точно? Не врёшь? – какой-то парень присел на корточки передо мной и заглядывал мне в лицо.

– Не вру, – неуверенно ответила я.

– Что ж, тогда веди нас. Сейчас, – настойчиво попросил он, положив мне руку на плечо.

Я кивнула, и, отпустив спинку стула, направилась к выходу.

Казалось, вся деревня пошла вслед за мной.

Мне было ужасно страшно идти вперёд, потому что с каждым моим шагом, я узнавала всё больше предметов из моего сна. Заросшая тропинка, деревья… Я не остановилась у ручья, только потому, что мне не хотелось подводить людей. Будь я в другом положении, я бы с визгом убежала отсюда подальше и никогда не возвращалась бы.

Вот лес и кончился, и открылись глазам заброшенные здания. А вот и площадка, покрытая бетоном, а на ней…

– Нет, нет, только не она! – закричала пожилая женщина, кидаясь вперёд.

Тут на моё сознание будто кто-то набросил тёмную занавесь.

Я очнулась, лёжа на кровати в какой-то незнакомой комнате. Голова моя после всего произошедшего отказывалась соображать. Сначала я испугалась, но, услышав знакомый голос, успокоилась:

– Как ты себя чувствуешь, Ева?

– Синтия! – радостно воскликнула я, садясь на кровати.

– Да, это я, – улыбнулась женщина. – Ты у меня дома.

– Что произошло? – спросила я.

– Ты увидела труп, испугалась и упала в обморок, – ответила Синтия. – Так все думают. Но, мне кажется, это неправда.

– Я…Я даже не знаю, что сказать, – я растерялась.

– Лучше скажи всё, что знаешь, – серьёзно сказала Синтия, – потому что уже прибыла полиция. Они ждут, пока ты придёшь в себя, чтобы допросить.

Тут я поняла, что дело принимает нешуточный оборот и призналась:

– Наверное, это прозвучит странно. Я увидела это во сне.

– Во сне? – переспросила Синтия.

– Да. Мне приснилась Эмма, но тогда я ещё не знала, кто она такая… Вы мне не верите?

– Я? Я думаю, во снах можно увидеть правду, – ответила Синтия. – Просто расскажи всё, что знаешь. Кто ещё был в этом сне?

– Там ещё был какой-то человек. Я не знаю, кто он, он постоянно держался в темноте, так, что его не разглядишь. Он повёл Эмму через лес…

–Она его знала? Они договаривались о встрече?

– Нет, она увидела его и… Что-то произошло, что она бросила чемодан, свернула с пути и пошла за ним. Она совсем-совсем не боялась, и шла вперёд.

– А потом?

–А потом тот человек… Не знаю как, но он исчез. Его нигде не было…

Я запнулась, вспомнив тот, самый ужасный момент в моём сне. Мне очень не хотелось переживать это ещё раз.

– Ну, говори, – поторопила меня Синтия. По мере того, как мой рассказ близился к кульминации, её лицо всё больше мрачнело.

– На девушку набросилось что-то… – выдавила из себя я, – это было не похоже на человека.

– А на что это было похоже?

Я впервые задумалась над этим:

– На какое-то животное, наверное… Она даже закричать не успела. Оно… перегрызло ей горло.

– Всё? – спросила Синтия.

– Да, – ответила я, – на этом я проснулась.

– Ясно… – проговорила она, подперев рукой подбородок. Она на некоторое время глубоко над чем-то задумалась, сведя брови вместе, а потом вдруг спросила:

–Какого цвета были глаза у того человека в твоём сне?

– Это важно? – удивилась я.

– Да.

Сосредоточившись, я вспомнила его глаза, в которых отражался свет луны…

– Синие. Его глаза были синие, как небо, – сказала я.

Синтия вздохнула. Я с удивлением посмотрела на неё: это был вздох… с облегчением? И её лицо будто бы просветлело?

Вдруг она протянула ко мне руку и взялась за серебристую половинку монетки, висевшую у меня на шее.

– Красивая штучка, – произнесла Синтия, вертя медальон на пальцах. – У меня тоже такой есть. А знаешь, для чего они?

– Нет, – ответила я. – Не знаю.

– Серебряная монетка защищает от злых сил…

Я не поняла, что это значит, но ничего не успела сказать, потому что раздался громкий и настойчивый звонок дверь.

Синтия тут же вскочила и побежала вниз. Я же, глянув в окно, увидела во дворе нетерпеливо переступающую с ноги на ногу фигуру, укрытую чёрным плащом. Фигура оказалась мне знакомой, поэтому я вышла из комнаты, осторожно прокралась к лестнице на первый этаж и, укрывшись там за углом, стала ждать.

Бронислав Патиенс довольно бесцеремонно ворвался в дом. С ним, уцепившиеся за полы его плаща, внутрь ворвались капли дождя, и пронизывающий холодный ветер. Хлопнув дверью, он оставил их на улице, а сам, сбросив с мокрой головы капюшон, остановился на пороге. Тут произошло нечто странное.

Бронислав на мгновение замер, словно статуя, глядя на Синтию Вэн. Синтия тоже замерла, глядя на него, и в воздухе что-то со скрежетом вспыхнуло, так бывает тогда, когда берёшь в руки наэлектризованный предмет. Это длилось всего лишь секунду.

– Где она?! – без предисловий спросил дядя.

– Наверху, – ответила Синтия. – Она ещё не проснулась.

– Разбудим, – уверенно сказал дядя Бронислав, решительно двинувшись к лестнице. Испугавшись этого движения, я задвинулась подальше за угол. Больше я не могла видеть их, зато слышала всё так же хорошо.

– Нет, стой! – воскликнула вдруг Синтия.

Дядя остановился.

– И что же она сказала? – спросил он.

Синтия, понизив голос до шёпота, пересказала дяде всё, что услышала от меня.

– Питибл… – прошептал, нет, почти прошипел дядя.

Вдруг в дверь снова позвонили. Ему немедленно открыли.

– Мы привели собак, как вы просили…

Я поняла, что это был полицейский.

– И? – нетерпеливо спросила Синтия.

– Вы были правы, мы нашли их. Мы нашли лисьи следы.

– Ну, я же говорил, – устало бросил дядя Бронислав.

– У нас нет к вам вопросов, господин Патиенс, – сказал полицейский, и дверь за ним закрылась.

Синтия облегчённо выдохнула.

– Иди, разбуди её, – сказал ей дядя Бронислав, – я подожду здесь.

Синтия тут же пошла выполнять поручение. Она поднялась по лестнице и обнаружила меня, спрятавшуюся за углом. Она встревоженно обернулась, схватила меня за руку и увела в комнату.

– Одевайся быстрее, – сказала Синтия, закрыв дверь, и добавила: – А подслушивать – нехорошо.

– Извините!

Женщина вздохнула и протянула мне мою куртку.

– О, ты живая! – полушутливо поприветствовал меня Гарт Вэн, когда я спускалась вниз по лестнице. Я удивилась, что он тоже здесь: привыкла, что он всегда на работе.

– Ты не ранена? Помощь не нужна? – уже серьёзно спросил