Путь к сердцу мужчины (СИ) - Кира Муромцева

для меня — все. Это моя мечта, моё детище, мой многолетний труд. И сейчас, из-за кого-то рогатого чмо, я могу потерять все. Только потому, что я умудрилась ему понравится. Ну, вот почему ему? Почему не тому же Гоше? Если уж терять дело своей жизни, то из-за чего-то стоящего. А так и Гошу не завоевала, и пекарня висит на волоске. Пошла бы утопилась, но как этот мир, без такой красоты, как я?!

***

Нечисть, гад ползучий и просто неприятный тип — Виктор Петрович, явился ближе к обеду. Я к тому времени успела посчитать шагами кухню, придумать тридцать разных способов убийства и еще столько же способов, как избежать за него наказания. Благо, опыт почерпанный из детективных сериалов, сказывается. Но инспектор все не думал появляться. Так что, когда он вплыл на мою кухню, я подскочила со стула, как ужаленная.

— Добрый день, Валентина, — и глазами своими крысиными водит, разглядывая меня от макушки до носков балеток. Останавливается чуть дольше только на груди, но и тут ему ничего не светит. Платье скрывает все, что можно и нельзя. Кроме этого велико мне, на размеров пять. У нас в семье женщины все не пушинки.

— Здравствуйте, — ручки за спиной сцепила и глазами хлопаю.

— Вы, я смотрю, готовились, — произнес он, махнув на меня рукой, подходя ближе. — Правда, я прекрасно помню, что вы прячете под этим убо… нарядом, — а молодец какой! Быстро в воздухе переобулся и даже не поморщился. Только еще внимательнее в глаза мне посмотрел и губы в противной ухмылке искривил. Тьфу ты! Как есть нечистая сила!

— Я всегда так одеваюсь, — посмотри в мои честные глаза и попробуй докажи, что я безбожно вру. Благо мы встречались всего дважды и надеюсь больше точно не увидимся.

— Не буду спорить, — Виктор Петрович присел за стол и указал мне рукой на стул, стоящий, напротив его. Какое благородство! Сейчас всплакну от умиления. Всплакну, но не сяду. Из вредности. — Вы подумали над моим предложением?

— Конечно, — как я могла не думать над таким предложением?! Целыми днями ходила, голову ломала, как послать тебя куда подальше. Так послать, чтобы ты обратно дорогу не нашел.

— Тогда я не вижу клубники и шампанского. Или предпочитаете гостиничный номер? — от такой наглости, я даже воздухом поперхнулась. То есть он и не рассматривает вариант, что я откажусь?!

— Я предпочитаю… — голос почему-то подвел и сел. Видимо, сказались все эти нервотрепки. Право слово, все болезни от нервов.

— Я весь во внимании.

Глазами обвела кухню в поисках чего потяжелее, поэтому упустила момент, когда этот хмырь встал со стула и подошел вплотную. Пришлось отступать до ближайшей стеночки.

Вот учила меня мама, что нельзя убегать. Лучше упасть и мертвой притворится, а я поступила в высшей степени глупо.

— Отойдите. Вы мешаете мне думать, — уперлась руками в грудь мужчины, но он и не подумал отойти. Вот же…нечисть!

— Потому что вы от меня без ума? — усмехнулся инспектор.

— Потому что я априори без ума, — хмыкнула я. — Нет, ну серьезно! Я прекрасно помню, что вы инспектор, что вот прямо сейчас решается судьба моей пекарни, но Виктор Петрович…

— Да?

— Пошли вы на …., - я очень и очень хорошая девочка, но когда меня загоняют в угол, тормоза приходят в полную неисправность. И сколько раз я себе обещала держать язык за зубами, столько же раз я свое же обещания нарушала.

— Что? — завопил он, схватив меня за плечи. Ой, мамочки… Что сейчас будет?! Меня или убьют и прикопают или просто прикопают, или ….что там еще «или» думать не хотелось, но инспектор, напоминающий, вскипающий чайник, явно не к добру.

Я маленькая и незаметна, маленькая и не заметная!

— Всем оставаться на своих местах, работает СОБР! — раздалось от окна и в кухню, разбив окно ввалился Гоша.

— Ты ж моя радость! — выпалила я и загорелась подобно новогодней гирлянде.

Глава девятая

— Что за? — глаза скользкого и противного округляются до невероятных размеров, грозя то и дело вырваться из орбит и укатить в закат. Да, Валя, у тебя явно больное воображение. Хотя, после всего того стресса, что я испытала, проделав огромную работу по отпугиванию сей нечисти, то ничего удивительно.

— СОБР, — услужливо подсказала я инспектору. Даже то, что окно теперь придется менять нисколько не омрачило моего, моментально ставшим одухотворенным, настроения.

— А что собственно тут происходит? — наконец, вступает в наш диалог Георгий и так зло щурит глаза, что мне моментально хочется его расцеловать. До чего же миленький, когда вот так злиться, подобно вскипающему чайничку. Еще немножко и пар из ушей и ноздрей повалит, поэтому мне бы, по-хорошему, его успокоить, отшутиться, но делать я сего, хоть убивайте, не желаю. Нет, ну а что? Мужчина пришел же меня спасать? Вот пусть и спасает. К тому же злыдень, по имени, Виктор Петрович заслужил. Нечего обижать маленьких и беззащитных.

— Проверка, — злыдень отошел от меня на несколько шагов, будто чисто случайно рядом оказался. Мимо, так сказать, пробегал козлик горный и заблудился.

— Проверка? — изогнул бровь Серов, буравя взглядом минимум Марианскую впадину в инспекторе. — И как? Успешно?

— Что? — не поняла нечисть, но и позорно бежать не спешила. Ух, так же неинтересно. Хоть бы пятиться начал или, я не знаю, убегать. А то Гошенька мой глаза об него ломает и ломает, а этому хмырю, хоть бы что.

— Проверка, — Гоша скрестил руки на груди, тем самым подчеркнув еще сильнее свои, нажитые долгими годами тренировок, мышцы.

— Я бы так не сказал….- и надулся, словно индюк.

Я посмотрела на Гошу, перевела взгляд на пышущего недовольством инспектора и громко, со всей силой своих легких, вздохнула, дабы прервать воцарившуюся тишину. Правда, мой вздох не возымел эффекта, мужчины так и стояли друг напротив друга меряясь, черт знает чем, а из окна уже хорошенько так поддувало. Я снова вздохнула. Тяжело так, с надрывом. Нет, я не подгоняю и не хочу разрядить обстановку, просто холодно, как бы. Сквозняк.

— Вот как, — отмер, наконец, Георгий. — Тогда я бы с удовольствием обсудил с Вашим начальством это маленькое недоразумение.

Он под недоразумением результат проверки имел в виду или все-таки самого инспектора?!

— Как Вам будет угодно, — пропыхтел Виктор Петрович, однако, спесь ему Гоша явно сбил. Вон как пальцы нервно задрожали, когда тянулись, чтобы узел галстук ослабить.

— Тогда всего доброго, — Серов подошел к выходу и демонстративно открыл дверь, махнув инспектору в приглашающем жесте. Мол, чеши ногу об дорогу, пока эти самые ноги