Четыре стихии. Том 1. Небесные острова - Никита Андреевич Панов

родителей спать ночью на жёсткой кровати. Она же хоть и теребила, и тёрла его спину, он был всё равно рад наслаждаться такою роскошью, тем, что он бесшумно лежал на нём. Другие бы предки могли просто позавидовать этим.

Многое обсуждали они за весь свой разговор. Начавшая первой, фея Облачка всё-таки объяснила и рассказала Родосу о, попавшем в Волшебную страну через дупло старого дуба, Гаме. Тут после этого летописцу стало всё понятно.

– Нуину, повидаться с настоящим мальчиком это для меня огромная удача и счастье в моей жизни! Хотя и Гаму, конечно же, в дальнейшем придётся вернуться домой, зато у меня есть большое время побеседовать с единственным тем, кем имею много общего, – восхитился вдруг Родос, сидя на диване радостным.

Гам обрадовался в след ему, ведь у него тоже не было много друзей. В основном его друзьями можно было считать только одноклассников в параллельном классе, и то, когда он общался с ними, они поверхностно разговаривали с ним и просто не замечали его. Их занятия мешали даже встречи с ним и вынуждали его одноклассников делать пару неловких пауз в беседе с ним, которые и оканчивали их здешние разговоры с мальчиком из бедного дома, из села Подмосковье.

Гам улыбался в ту минуту от такого счастья до тех пор, пока он не посмотрел и не навострил свой взгляд на феечку. Та, судя по маленькому её личики, была грустная от чего-то. Он спросил её:

– Что с тобой?

И Облачка тихо с унынием, как будто пыталась уже снова заплакать ответила:

– Наш летучий корабль верно служил нам… Маг-медведь Атикин был не только для нас всех мудрым правителем, но ещё и познавательной и любопытной личностью. В свободное от государственных дел время он занимался различными науками, читал книги, следил за звёздами. Основной его интерес пал на невероятные изобретения мира людей. Он по их чертежам пытался сконструировать что-то во благо для своего народа, многие из них не были воплощены в реальность, как это было у самих людей-гениев. Первым и единственным удачно сделанным Атикином изобретением стал именно тот самый летучий корабль. Не успел он его испытать, как он из-за нас в ненужный момент сломался. Я думала и ожидала нечто другого, что если его летательный аппарат у нас останется целым и невредимым, мы, возможно, нашли бы в этой хижине для него энергию, то могли бы заправить его. Мне очень жалко его, творение Атикина, ведь он так, не сдаваясь, старался и трудился…

Выслушав её, Гам промолвил ей нужные слова:

– Не надо жалеть. Это же всего лишь машина, хоть она и помогла нам всем втроём улететь из замка. И к тому же всё это мы делаем для вашего друга, Мага-медведя Атикина, и для всей Волшебной страны, чтобы вернуть ей то, чего она лишилась за все эти годы.

Он продолжал смотреть и вглядываться прямо в крошечные глазки феи воздуха, которые в свою очередь искрились от наполняемой его словами надежды. Перед сном Гам успел сказать Облачке последние хорошие шёпотом слова:

– Мы найдём выход и обязательно выберемся отсюда…

Окончив ночной разговор, все они потушили возле себя свечи, стоявшие на позолоченных канделябрах, не навлекая при этом на свои сны кого-либо. Стало темно, воцарилась полная тишина, и все втроём, пожелав друг другу доброй ночи, крепко заснули.

Всё кругом было тихо и благополучно. Но эта наступившая ночь была не спокойной лишь для одного Гама: ему приснился страшный сон, будто он пытается добежать быстро до светлого выхода из тёмного, замкнутого пространства. Ему становилось жутко идти во мраке, нежели, когда наяву он спокойно воспринимал и игнорировал его. Он снова стал слышать чей-то голос, издавшийся из того единственного выхода, зовущий мальчика вперёд. Он широким шагом идёт на звук, но внезапно земля, содрогнувшаяся под его ногами, начала разрушаться и раскалываться на множество кусков, камней. Он побежал и прыгал с камня на камень, опасаясь своего падения вниз, своей гибели, лишь бы только добраться до выхода из этой западни. Он уже был близок от него, оставалось только набрать скорости и прыгнуть вперёд. Ещё чуть-чуть – и он будет спасён. Он постарался спрыгнуть повыше, как можно дальше, его глаза были устремлены туда, к самому выходу, но вдруг каменная плита, с которой он спрыгнул, последняя среди всех раскололась, и он упал вниз в глубокую тьму, поглотившая его… Он испугался и от этого пробудился.

Его громкий, раздавшийся крик разбудил его друзей, и те встали. Не понимая, что произошло, фея Облачка взлетела, зажгла погашённые свечи в холле и приблизилась к Гаму. Она стала успокаивать его, разбираясь узнать, в чём дело. Тем временем, как Гам рассказывал про свой кошмар, Родос, слезший с дивана, стал тихо рассматривать сквозь приоткрытое им окно ночной пейзаж, заглядывая также через закрытые им шторы.

По своим часам, он, разузнав время, сообщил своим товарищам, что сейчас должно наступить утро. В этот разбуженный период времени нигде не было видно солнца, закрытого всё ещё хмурыми тучами.

Рассказ о сне Гама пришлось прервать, когда вдруг за окнами дома послышались звуки лошадиного ржания и каких-то порывов ветра. Гам, Облачка и Родос вышли из укромной хижины на улицу. С первого дня их путешествия, вчера им не удавалось разведать обстановку. Рассмотрев свой дом со всех сторон, они обнаружили одну большую конюшню, располагавшуюся сзади него.

Ворота конюшни, вход в него не были заперты. И какое у всех них загорелось счастье, когда они отворили их и увидели в ней добрых и крылатых созданий. Ими были пегасы – летающие лошади. Они не были запряжены ни в сани, ни в телеги, поскольку те вовсе отсутствовали, да и то сами белого цвета кожи и с белоснежными конскими волосами и могучими крыльями длиной с их туловища, приблизительно полтора метра, лошади были свободолюбивыми. Но какое-то не хорошее событие или даже кто-то заставил этих верных крылатых спасателей опасаться преследующих их, спрятаться и укрыться здесь.

Их добрые и верные всем им и друзьям сердца помогали им спасать многих путешественников, попавших в беду. В том числе и наших с вами героев, у троих которых в одну секунду блеснула и появилась их прекрасная выдумка: использовать их в качестве воздушного вида транспорта и с помощью них выбраться из летающего острова. Они именно так и поступили: широко отворили ворота конюшни, надели на их спины сёдла, к ним в свою очередь прицепили верёвки, которые соединяли четыре конца, угла квадратной, плотной, сетчатой